Глава 16 — Глава 16

**Выживешь и возродишься — тогда зовись Фениксом!** Только когда фигура Линь Сяо исчезла в коридоре, Е Цинсянь прекратила свои «случайные» размышления вслух, сказанные специально достаточно громко, чтобы он их услышал. Понял ли он её намек? Она не знала. Но как старшая, она была обязана направить его. Она должна была дать ему понять: мир плотских утех, с его красивыми девушками и сладкими обещаниями, лишь снаружи кажется блестящим и заманчивым. Внутри же он полон грязи. И речь не о моральной грязи, а о самой что ни на есть физической. Только лекарь, видящий пациентов без одежды и масок, знает, какая мерзость скрывается за шелками и духами. Увы, врачебная этика требует хранить тайны пациентов, поэтому обычные люди редко осознают масштаб бедствия. — Надеюсь, если однажды он не сможет сдержаться, он вспомнит мои слова и найдет себе достойную девушку, чтобы провести с ней жизнь, а не пойдет искать спасения в кварталах красных фонарей, — тихо проговорила Е Цинсянь. В глубине души она ценила Линь Сяо. Иначе с её холодным характером она бы и пальцем не пошевелила, чтобы вмешаться в чужую жизнь. Что же до того, что он «друг Линлин»… Пф, это друг Линлин, а не её друг. Какая ей разница? Е Цинсянь начала убирать инструменты, но мысли её снова вернулись к словам мальчика. — Неужели и правда есть надежда снять проклятие Бегонии Девяти Сердец? — Глупая девчонка Линлин, такая жадная… Ей, видите ли, пятидесяти процентов мало, хочет гарантий. — Да я была бы счастлива и при трех процентах… Е Цинсянь издала долгий, печальный вздох и заперла дверь на засов. ... — Тетя Е хоть и властная женщина, но сердце у неё доброе. Сегодня она не просто подхватила мою идею с закалкой, но и довела её до ума, сделала безопасной… — И те слова на выходе… Я понимаю, к чему она клонила. Она не считает меня развратником, который побежит по бабам. Она просто предупредила о рисках. Это забота о моей безопасности, как ни крути. Линь Сяо был не дурак. Он прекрасно умел отличать искреннюю заботу от нотаций. Ведомый Е Линлин, он заселился в гостевую комнату семьи Е. Дугу Янь же решила не заморачиваться и осталась ночевать в комнате подруги. На следующий день. Дугу Янь и Е Линлин отправились на учебу. Линь Сяо вышел во двор, чтобы отработать Комплекс Пяти Зверей. Попрощавшись с девочками, он погрузился в тренировку. Е Цинсянь тем временем крутилась как белка в колесе: подбирала рецепты, сверяла дозировки, корректировала состав ванн под конкретные особенности организма Линь Сяо. — Линь Сяо? Подойди-ка, — вдруг позвала она. — Сними верхнюю одежду. Мне нужно прощупать твои кости и проверить пределы прочности твоего тела, чтобы точно рассчитать дозировку лекарств. Линь Сяо послушно стянул рубашку. Рядом с Е Цинсянь он чувствовал себя как пациент перед строгим главврачом в прошлой жизни: робкий, послушный, готовый выполнить любую команду. «Дышите — не дышите». Закончив осмотр и тесты на прочность, Е Цинсянь не смогла скрыть удивления. — Как ты добился такого тела? Ты всего лишь мага духа десятого ранга, но прочность твоих мышц и костей уже приближается к уровню Великого Мастера Духа. Это просто аномалия какая-то. Линь Сяо ответил честно, как на духу: — Мой дух — топовый Зверь Духа, он изначально дает мощный буст к телосложению. Плюс, однажды у меня случился прорыв Злого Огня. Я восстановился с помощью «Искусства Пяти Зверей», и это сделало меня крепче. А потом я поглотил первое кольцо возрастом почти 600 лет, что дало еще один скачок силы. Он был предельно откровенен. Он не стал скрывать даже название своей техники, потому что хотел построить с семьей Е доверительные отношения. Обмен искренностью — лучшая политика. Особенно с такой умной женщиной, как Е Цинсянь. Пытаться хитрить с ней — значит только создавать стену недопонимания. К тому же… Разве Линь Сяо не раскусил главный секрет Бегонии Девяти Сердец? Его дальнейший прогресс теперь напрямую зависит от этого «читерского» лекаря. Они теперь в одной лодке, союзники по фронту борьбы с судьбой! Е Цинсянь едва заметно кивнула. Она не стала расспрашивать, что такое «Искусство Пяти Зверей». Вероятно, это та самая странная гимнастика, которую он делает по утрам. Но это секрет Линь Сяо, и она не собиралась лезть ему в душу или пытаться украсть технику. Ей это было неинтересно. Ближе к вечеру. Дугу Янь и Е Линлин всё еще были на занятиях. Е Цинсянь указала на огромную деревянную бочку, от которой шел пар. — Раздевайся и залезай. Учитывая, что Линь Сяо был не по годам развит ментально, бочку отгородили ширмой. Е Цинсянь поставила стул рядом, чтобы контролировать процесс и лечить его в любую секунду. На столике поблизости уже дымилась миска с лечебной кашей. Вдыхая густой аромат трав, Линь Сяо скинул одежду и скользнул в воду. Поначалу она показалась горячей, но тело быстро привыкло, и на смену жару пришло приятное расслабление. Но это длилось недолго. Вскоре Линь Сяо понял: вода не горячая. Горячий — он сам. Его лицо налилось кровью. Злой Огонь внутри взревел, вырываясь из-под контроля, готовый взорваться. Почувствовав это, Линь Сяо тут же начал мысленно читать мантру Искусства Ледяного Сердца. Хаотичная энергия была перехвачена и направлена в более-менее управляемое русло. Но взрыв всё равно произошел. — Тетя Е! Еду! Бегонию! — прохрипел он. Е Цинсянь мгновенно подала ему миску с лечебным варевом. Линь Сяо проглотил содержимое, даже не жуя, одним махом. В тот же миг за спиной женщины расцвела великолепная Бегония Девяти Сердец. Лепестки засияли, и потоки исцеляющей энергии устремились к мальчику. Находясь в бочке, Линь Сяо, превозмогая боль, начал выполнять движения из Комплекса Пяти Зверей. Энергия из пищи превращалась в топливо, а мощь Бегонии латала разрывы, пока Огонь перековывал его плоть. Линь Сяо в бочке покраснел как вареная креветка. От его кожи валил густой пар. — Пить… — просипел он пересохшим горлом. Е Цинсянь поднесла кувшин с водой. Он выхватил его и осушил до дна за секунду! Это чувство… Знакомый ад! Как и в прошлый раз, его внутренности словно жарили на открытом огне, а кожу и мышцы варили в кипятке. Только сейчас боль была еще острее, еще яростнее! Это была пытка, от которой хочется умереть, лишь бы всё прекратилось. Но умереть тебе не дают. Линь Сяо стиснул зубы так, что послышался скрежет. Боясь, что он откусит себе язык или раскрошит зубы, Е Цинсянь сунула ему в рот свернутое полотенце. — Кусай. Линь Сяо впился зубами в ткань, его лицо исказила гримаса агонии. Е Цинсянь, опытный лекарь, повидавший немало страданий, не выдержала и отвела взгляд. Она тихо вздохнула: — Хочешь стать сильным — плати цену. Разве не так устроен этот мир? — Бегония Девяти Сердец гарантирует, что ты не умрешь. Но она не может избавить тебя от боли сожжения заживо. — Более того… из-за того, что я постоянно лечу тебя, ты не теряешь сознание и не умираешь. А значит, ты будешь терпеть эту адскую муку гораздо дольше, чем при обычном приступе. — Раз за разом твое тело разрушается до основания и раз за разом мучительно собирается заново. Полагаю, это и есть истинный смысл «Нирваны Феникса». — Только… Е Цинсянь не договорила. Только тот, кто вытерпит это, кто пройдет через ад и возродится, имеет право называться истинным Фениксом. Иначе какая разница между ним и обычным петухом-мутантом? Была еще одна причина, почему Е Цинсянь решила провести процедуру до прихода девочек. Она не хотела, чтобы Е Линлин и Дугу Янь видели Линь Сяо в таком состоянии. Видели его искаженное мукой лицо и слышали его стоны. Бросив взгляд на мальчика, которому было так больно, что он едва дышал, Е Цинсянь с досадой покачала головой: — Хорошо, что я взяла это на себя. — Если бы за дело взялась Линлин… Она бы перепугалась до смерти, запаниковала, и ты бы хлебнул горя в десять раз больше! Тем временем. Яростный шторм Злого Огня внутри Линь Сяо начал стихать. Сначала он рвал и метал, сметая всё на пути. Но теперь он слабел. Нет, не огонь слабел. Это тело Линь Сяо, его заново выкованные меридианы и органы, стали настолько прочными, что огонь больше не мог их так легко разрушать! Этот уровень пламени больше не мог перевернуть его небо!