Вершина горы Цаншань.
Мужчина средних лет в чёрных одеждах сидел, скрестив ноги. Перед ним лежала шахматная доска, а рядом — пика тёмного золота.
Бессмертный Копья, Сыкун Чанфэн.
Он задумчиво повертел в пальцах белый камень и опустил его на доску.
Раздался щелчок. После каждого его хода на доске появлялась новая дырка — противник отвечал ударом ци, прошивающим дерево насквозь.
Сыкун Чанфэн горько усмехнулся:
— Помнишь, я рассказывал тебе на днях? В Хотане я встретил ученика из семьи Лэй —
Вершина горы Цаншань.
Мужчина средних лет в чёрных одеждах сидел, скрестив ноги. Перед ним лежала шахматная доска, а рядом — пика тёмного золота.
Бессмертный Копья, Сыкун Чанфэн.
Он задумчиво повертел в пальцах белый камень и опустил его на доску.
Раздался щелчок. После каждого его хода на доске появлялась новая дырка — противник отвечал ударом ци, прошивающим дерево насквозь.
Сыкун Чанфэн горько усмехнулся:
— Помнишь, я рассказывал тебе на днях? В Хотане я встретил ученика из семьи Лэй —
Вершина горы Цаншань.
Мужчина средних лет в чёрных одеждах сидел, скрестив ноги. Перед ним лежала шахматная доска, а рядом — пика тёмного золота.
Бессмертный Копья, Сыкун Чанфэн.
Он задумчиво повертел в пальцах белый камень и опустил его на доску.
Раздался щелчок. После каждого его хода на доске появлялась новая дырка — противник отвечал ударом ци, прошивающим дерево насквозь.
Сыкун Чанфэн горько усмехнулся:
— Помнишь, я рассказывал тебе на днях? В Хотане я встретил ученика из семьи Лэй —