Как же сильно я хохотала! Свернувшись калачиком на кровати и держась за живот, я каталась по матрасу, пока на глазах снова не навернулись слезы. Видимо, я смеялась настолько громко, что Гахи и Уджу, находившиеся на кухне, не на шутку перепугались и прибежали на шум.
— Ты в порядке, Юнха? Что тебя так рассмешило, что ты аж задыхаешься?
Гахи, явно раздосадованная, звонко шлепнула меня по спине. Это означало что-то вроде: «Ну и напугала же ты нас!». Я кое-как перевела дух и с заплаканными глазами посмотрела на Джэхи, который сидел рядом с совершенно потерянным видом. Только когда друзья вернулись на кухню, я наконец смогла говорить нормально.
— Ха-а... Чуть не померла. Ну почему ты такой смешной? Если буду так смеяться, у меня точно рога на заднице вырастут...
— ...Я ведь наполовину серьезно.
Джэхи, казалось, совсем пал духом: он поник и тяжело опустился на край кровати. Эй, парень, ты это серьезно? «Наполовину серьезно» — это как? Даже если бы ты вложил в свои слова всю душу, я бы еще сто раз подумала, принимать ли такие чувства. Я легонько щелкнула его по затылку и спокойно озвучила свой вердикт:
— И не надейся. Мне нравится быть девушкой — Со Юнхой.
Услышав это, он, видимо, вспомнил наш недавний разговор в парке — на его лице одновременно отразились и сожаление, и чувство вины. Ну и чего ты на меня так смотришь только сейчас!
К тому же, я рассмеялась именно потому, что не верила, будто он всерьез предложил мне «стать его второй женой» из-за большой любви. Я была уверена: он просто ляпнул это, чтобы подбодрить меня, пока я хандрила.
— А-а, ладно. Не хочешь — как хочешь. Неужели твоё сердце ни капельки не ёкает, когда перед тобой, прямо под носом, сидит такой классный парень?
— Даже не смешно. Это тело вообще-то моим было! Как может парень так легко начать сохнуть по другому парню? Хочешь проверить?
Когда Джэхи вдруг начал самодовольно хвастаться своей крутизной, я, недолго думая, схватила его за руку и приложила её к своей груди. Я исходила из логики, что Юнха была девушкой, а значит, прикосновение к женской груди не вызовет у него никаких мыслей. К тому же, это ведь его собственное тело.
— Смотри, я на тебя смотрю, и во мне не просыпается абсолютно никаких чувств. Ну кто в здравом уме станет возбуждаться от собственного тела...
...Однако, вопреки моим словам, Джэхи, чья рука всё еще покоилась на части тела, когда-то принадлежавшей ему, отреагировал как самый настоящий мужчина. То ли это плоть сама по себе отозвалась на прикосновение, то ли он просто перевозбудился. Несмотря на то, что между его ладонью и моей кожей были слои нижнего белья и пижамы, этого оказалось недостаточно, чтобы скрыть волнительное ощущение. Джэхи резко сбросил мою руку, накрывавшую его ладонь, и, чувствуя, как голова буквально закипает от смущения, поспешно отдернул руку от моей груди.
— Эй... Ты...
— Черт! Ты же девчонка, чего ты такая смелая?! Какая нормальная девушка станет прикладывать руку парня к своей груди!
Да что ты говоришь? Это же изначально было твое тело! Так ты теперь у нас настоящий мужчина, да? Весь такой пылкий?
— Ну ты и озабоченный. Поразительно, стал мужиком до мозга костей.
— Что? Чего? Э-э?
Джэхи изо всех сил пытался всё отрицать, но по его недавней реакции было ясно: он уже вовсю находится под влиянием мужских гормонов, источаемых моим нынешним телом. Судя по тому, что он рассказывал мне в прошлый раз... он наверняка и «этим» занимался. Нет, лучше не буду об этом думать. Я ведь тоже через это прошла, так что мы квиты.
Поскольку атмосфера стала неловкой, я сбежала от Джэхи в ванную, чтобы сделать массаж припухших глаз и умыться. Когда я вышла, Гахи и Уджу уже накрыли на стол.
— О-о, как вкусно пахнет. Что вы приготовили?
Я не ждала от них кулинарных шедевров. Способности Уджу были вполне заурядными, а Гахи мне раньше никогда не готовила. Но если это окажется вкусным, значит, Гахи постаралась.
— Просто обычное карри, оно легко усваивается. Я не очень умею шинковать овощи, поэтому попросила Уджу. Оказалось, он режет просто виртуозно.
Я никогда не видела, как Уджу работает ножом, и с трудом могла себе это представить, но решила просто принять как факт. Попробовав первую ложку, я пришла в восторг — было очень вкусно.
— Вкуфно! Офифенно! — Джэхи, набив рот полной ложкой, вовсю расхваливал еду.
Даже для меня, чей вкус был избалован маминой стряпней, это блюдо оказалось идеальным. Я даже немного расчувствовалась, вспомнив домашнюю еду из времен, когда я была Хан Джэхи.
Весело болтая и смеясь во время ужина, я внезапно осознала одну вещь.
«Я не одна».
Стоило этой мысли промелькнуть в голове, как странный озноб и страх, сковывавшие меня с самого утра, бесследно исчезли. Даже если папа уедет за границу по делам... У меня есть эти ребята, хоть мы и подружились совсем недавно.
«И всё-таки Джэхи — самый забавный из них... Хоть он и живет в своем каком-то четырехмерном мире и иногда несет полную чушь, с ним действительно весело».
Замерев с ложкой в руке, я смотрела на друзей и начала рассказывать им о событиях прошедшей ночи. Разумеется, больше всех новости об отъезде папы в командировку удивил Джэхи. Несмотря на то, что он всегда вел себя с ним холодно, папа был его единственным кровным родственником, и, похоже, Джэхи пока не мог до конца осознать этот скорый отъезд.
— Когда папа будет уезжать, я тоже поеду. Ты ведь не против, Юнха?
Поэтому он во что бы то ни стало решил проводить его до самого аэропорта. Гахи и Уджу тоже порывались поехать, но в итоге мы договорились, что я возьму только Джэхи. После этого я отправила всех троих по домам.
Мне нужно было многое сказать папе, когда он вернется. Я решила, что в первую очередь должна его успокоить. Вчера я выглядела такой беззащитной, так что, даже решившись на поездку, он наверняка места себе не находит от беспокойства.
Из-за подготовки к командировке папа вернулся домой только после десяти вечера. Как только он вошел, я тут же взяла его за руку и повела в гостиную.
— Ого... Это что такое? Неужели моя дочка сама всё сделала?
На столе в гостиной стояла тарелка с фруктами, которую я подготовила заранее, горели свечи, и ждала бутылка его любимого вина. Я всё это устроила, чтобы создать подходящую атмосферу. Зная, что папа ценит уют, я подумала, что такой жест будет кстати. Надеюсь, он не станет ворчать из-за того, что я открыла его коллекционное вино!
Я разлила вино по бокалам, а себе налила сок, после чего мы чокнулись. Папа поглядывал на меня, явно ожидая, что я заговорю первой.
— Послушай, папа.
— Да, доченька.
Понимая, что должна начать этот разговор, я собралась с духом, сделала глубокий вдох и перешла к делу:
— Когда ты уедешь в командировку, можно я поживу это время у друга?
Папа удивленно вскинул брови. Должно быть, его поразило не только то, что дочь, которая всегда была сама по себе, в последнее время стала такой ласковой, но и то, что она пытается решить вопрос через такой взрослый совет.
— Прошлой ночью я думала, что если тебя не будет рядом, я останусь совсем одна в этом мире и умру от одиночества. Но я ошибалась. Стоило мне заболеть, как ко мне сразу примчались трое друзей.
Глядя на молча кивающего отца, я продолжила:
— И хотя папы, который всегда был моей опорой, временно не будет рядом, у меня есть друзья, которые поддержат меня. Поэтому я справлюсь, папа.
Однако, когда я закончила, папа долго переводил взгляд с пола на потолок, тяжело вздохнул и, явно с трудом подбирая слова, наконец заговорил. Я напряглась, ожидая, что всё окажется не так просто, как мне хотелось бы.
— Но как же быть, Юнха? Я так разволновался из-за твоего вчерашнего состояния, что уже попросил семью своего друга присмотреть за тобой...
...Что?
Обновлено: 09.04.2026