Глава 44 — Глава 044 Трусики с запахом за сто тысяч иен

Глава 044: «Трусики с запахом за сто тысяч иен» — На самом деле я просто был одержим они, — Розен развел руками, с досадой поясняя ситуацию. Он понимал, что ему не поверят, но такова была истина. — П-ха… прости, Амон. Я слышала от дяди Шинохары, что до смены профессии ты был экзорцистом. Неужели это правда? — Акира Мадо не сдержалась и, услышав столь нелепое оправдание, прыснула вином прямо на Амона. Она поспешно вытерла его салфеткой и вновь перевела взгляд на Розена. Акира считала, что следователь особого класса Танакамару, выходец из храма, и так достаточно суеверен, но и представить не могла, что встретит кого-то с еще более запущенной стадией «болезни». — Разумеется. Если вам когда-нибудь посчастливится столкнуться с паранормальщиной, обращайтесь – сделаю скидку в два процента. — Звучит как замашка шарлатана… Неужели в мире действительно существуют призраки? — На лице Акиры Мадо застыло недоверие. Однако непоколебимая уверенность в ответе собеседника заставила даже такую убежденную материалистку, как она, засомневаться в своих взглядах. — Они повсюду на улицах. По крайней мере, в этом мире. — И обычный человек не видит их невооруженным глазом? — Разве что при смерти или при каких-то особых обстоятельствах. Но хватит обо мне… Разве вы все не люди со своей историей? Что такое? Или вы готовы только выведывать чужие секреты, а свои держите под замком? Амон, давай ты первый. Мне как раз любопытно узнать о тебе. Розену, похоже, надоели расспросы, и он перевел стрелки на сидящего рядом Котаро Амона. Тот после секундного колебания не стал отнекиваться и честно поведал о своей жизни до совершеннолетия. — На самом деле мне особо нечего рассказывать… — начал он. — Я был сиротой, воспитывался в церкви, но Священник оказался замаскированным гулем… точнее, Гулем-Священником. Под предлогом усыновления он пожирал сирот… В итоге выжил только я. Позже этого гуля взяли живьем следователи особого класса Уриэ и Куроива, и по сей день он заперт в Кокурии. — Теперь моя очередь? — Подхватила Акира. — У меня всё так… Родители оба были следователями. Особенно мама… если бы она была жива, то стала бы первой в истории женщиной – следователем особого класса. Но десять лет назад… Жертвенность… Поэтому я обязательно добьюсь успеха в истреблении «Совы», отомщу за маму и завершу то, что она не успела… Захмелевшая Акира Мадо стала на редкость словоохотливой и, не дожидаясь вопроса Розена, сама начала изливать душу. На самом деле ее раздражало, что все женщины-следователи в CCG равняются на Киёко Ауру, не зная, что именно ее мать когда-то была ближе всех к званию первой женщины на высшем посту. — Карэ-тян, а ты? — Зови меня «семпай»! И вообще, ты же и так всё знаешь, разве нет? — Отрезала Каренина. — Сирота из трущоб. Благодаря дедушке вступила в гильдию техников «Юниверс», после академии попала в инженерные войска. Каждый день вкалывала на стройке, проводила взрывные работы… А в свободное время, когда становилось скучно, помогала отрядам зачистки. Вынужденная скрывать свою личность, Каренина не стала вдаваться в подробности. В официальных архивах CCG значилось, что она перевелась из армии после отставки, но это была лишь легенда, созданная Божественной благодатью. — Замечательно. Четыре человека за столом, а на всех едва наскреблась одна мать. — Я так и знала! — Взорвалась Каренина. — Ты, подонок, заставил нас откровенничать только ради этой паршивой шутки?! Розен наконец-то выдал свой заготовленный «черный юмор». Конечно, смешно было только ему одному, и, как и ожидалось, он тут же получил порцию тумаков от беловолосой девушки. — Ладно… хватит драться, а то меня сейчас стошнит прямо на тебя. — Сегодня ваш банкет в честь победы… Давайте радоваться, а не сидеть с кислыми лицами. Вот именно… я о тебе говорю… Может, хоть разок улыбнешься? Или у тебя паралич лицевого нерва? — Глядя на шутливую перепалку этих двоих, Акира Мадо невольно улыбнулась сама. Но заметив, что Розен с самого начала не сменил свое выражение лица «презрения к миру», она внезапно разозлилась. — Какой еще паралич… Это называется «безупречный контроль эмоций». Но раз уж ты хочешь веселья, как насчет сыграть в одну игру? — И какие правила? — Каждый вытягивает номер. Затем на цу-е-фа выбираем первого Короля. Король называет любой номер, кроме своего, и приказывает этому человеку выполнить что-то выполнимое. Затем этот человек становится Королем. Номера не должны повторяться. И чтобы никто не строил козни специально, сначала озвучивается приказ, а уже потом – чей это номер. — Хорошо… ик… да будет по-твоему. Было очевидно, что Розен замышляет какую-то пакость, но Акира Мадо, не раздумывая, шагнула в ловушку. Сегодня она обязана была проучить этого парня. — Камень, ножницы, бумага! — Хм… я первая. Шанс один к четырем… но это исключает вероятность того, что твой номер назовут первым. Итак… один, два, три, четыре… Номер четыре! Поверни голову на сто восемьдесят градусов. Ты мне давно не нравишься! Как ты… ик… посмел глумиться над моим отцом прямо при мне?! Искупи вину смертью! Акира, перехватив инициативу, прищурилась, вглядываясь в лица присутствующих. Она пыталась уловить хоть какую-то реакцию, но, кроме Котаро Амона, двое других не выдали себя ни единым мускулом. Пришлось тыкать пальцем в небо. — Это уже чересчур. Мы же договорились не требовать невозможного? — Начал было Розен. — На сто восемьдесят? Вот так? — Не дожидаясь, пока Розен закончит свои притворные протесты, Каренина первой привела приказ в исполнение. Она с пугающим хрустом развернула голову затылком к остальным под немыслимым углом. Акира чуть не подавилась от ужаса. — Как… как это вообще возможно?! — Кхм… врожденная аномалия, «взор волка». Говорят, Сыма И тоже так умел, так что не бери в голову. — На самом деле я могу и на триста шестьдесят… — Ладно, ладно, твоя очередь, семпай, — Розен поспешил остановить дальнейшую демонстрацию способностей беловолосой девушки. Если она действительно провернет голову вокруг своей оси, он никаким красноречием не сможет это оправдать. — Номер два, выдай свою самую лучезарную улыбку. Хватит вечно ходить с этой вонючей миной, думаешь, мне очень хочется на нее смотреть? — Самую лучезарную… Главное, чтобы тебе не стало жутко. Раз уж Каренина решила пойти против него, Розену оставалось только подчиниться. На самом деле у него не было паралича, просто его эмоции жили отдельно от мимики. — Ч-что… Оказывается, ты всё-таки умеешь нормально улыбаться? — Семпай, ты сейчас произнесла очень скверную реплику. Обычно такое говорят главные герои героиням в любовных дорамах. Могу я расценить это как харассмент на рабочем месте? — Заткнись! — Дай-ка подумать. Остались номера один и три. Похоже, кто-то хотел меня подставить. Шанс пятьдесят на пятьдесят. Посмотрим, кто у нас тут неудачник. — Давай быстрее, ты играешь или нет? — Каренина, всё еще пребывая в стыдливом гневе, нашла повод еще раз огреть Розена, заставив его прекратить ломать комедию и озвучить приказ. — Видишь того сального дядьку за соседним столом? Убеди его купить твои поношенные трусики, которые снимешь прямо сейчас, за сто тысяч иен. Да-да, это я тебе… номер три.