Том 5 Глава 227 — К истокам (часть 3)

Глава 227. К истокам (часть 3) — Странно… — задумался я, глядя на Эрсель. — По голове я тебя, вроде, не бил… — Бил! Пару раз, когда я сломала какую-то безделушку. — «Безделушку»? Вряд ли. Да и битьём тот случай не назовёшь. Так, один-другой подзатыльник. Хотя… — я осмотрелся и перевёл взгляд на новенький диван. — Я наконец-то вспомнил, почему пришлось сделать эту комнату такой пустой. — Та ничего я с ним не сделаю! — тут же парировала Эрсель. — Тем более он мягкий! — Главное, сама не поранься… — За кого ты меня держишь? Я баба прожжённая, не поранюсь! Это ты не поранься, малыш! — Ты-то? Баба? Прожжённая? Если я малыш, то ты слюнявый младенец, застрявший в личине взрослого. Так, — я выдвинул ящик стола, — где твоя соска? Где соска?! Что?! Почему ты не вернула её на место. Чем мне теперь заткнуть твой рваный рот?! — Фе, это мерзко и не смешно! Слышишь, мерзко! И вообще — я требую к себе уважения! — Ммм, уважения… — я задумался и оценивающе осмотрел сидящую напротив девушку. — Уважения значит… Какое к чёрту уважение?! Слюни подбери! Твоё место в стойле для скота, а не уважение. Ты противный трутень, который забыл своё место! И если ты думаешь… — Ха! Не интересно. Или… Ты мечтал, что я обижусь? Я-то? Ха-ха. Да я на сто шагов вперёд знаю, как именно ты себя поведёшь. Как я и сказала, я — прожжённая! И, видимо, — лицо Эрсель расплылось в самодовольной улыбке, а тело — на стуле, — из нас двоих выросла только я! — Поменьше спеси, а то лопнешь от её переизбытка и потом не отмоешь комнату; как и не отмоешь добела чёрного кобеля. — Опять умничаешь? — Нет. Если бы я умничал, сделал бы ремарку, что в твоём случае правильнее говорить «суку». — Сам ты кобель и сука, причём в одном лице! Могу то же самое сказать и о тебе — такого как ты только могила исправит! — Ошибаешься, — я повернулся боком, показывая спину. — Разве я горбатый? Нет. А ты — невежественная псина, и это факт. При этом… — Сам ты… Ух!.. — я задавил невежественную псину магией. Повысив голос, я продолжил: — При этом нам с тобой нужно будет вместе работать, и если ты думаешь отлынивать, то нет! Отлынивать — моя прерогатива! Отлынивать здесь буду только я! Я! Не ты! Я не Хэй, чтобы церемониться с тобой! — Нечестно! — лопнула Эрсель. — Ты подлый!! Гнилой человек!! К тому же — стол твой! Комната и всё остальное — тоже твоё! Заправляешь всем… — Хватит! Не пытайся копировать Хэя. У тебя это плохо получается! Не говоря уже о том, что даже если захочешь уйти, — я тебя не отпущу! — Почему это?! Его послал, вот и меня пошли! Делов-то?! Да и какая разница — никто не справится лучше тебя! — Во-первых, он справлялся лучше. Ты тоже справишь и тоже будешь лучше! Во-вторых, ты не он — тебя я не отпущу, не говоря уже о том, чтобы послать! — Ха?! Прискорбно! Я поднялся, обошёл стол, встал позади Эрсель и положил руки ей на плечи. — Эрсель, — я сделал подзатыльник. — Ауч! Чего тебе?! — Прости, если уделял тебе мало внимая в последнее время… — В последнее время?! В последнее время?!! Десять лет — не последнее время! — Ты утрируешь… — Нет! Я округляю! Причём в меньшую сторону! — Неужели? Ну… Всё может быть, — я опустился и приобнял её сзади. — Тогда прости дважды… — И сто-дважды будет мало! — Не капризничай… — И ты это называешь «капризничать»?! — Да. Как ты и сказала, ты баба прожжённая, поэтому не капризничай. К тому же… — я вытянул голову и посмотрел ей в глаза. — Мы оба знаем, что, когда ты повзрослела, тебе стало некомфортно со мной находиться. Если «психологическую» проблему моего «внешнего вида» с другими людьми можно было спокойно решить грубыми методами, то с тобой всё было иначе. И пусть ты до сих пор злишься и считаешь, что я отдалился от тебя, ты упускаешь из виду один важный момент: не отдались я тогда и оставь всё как есть, сейчас бы мы стали ещё дальше друг от друга. — Опять умничаешь? — Нет, — я улыбнулся. — Теперь, когда ты имеешь твёрдый разум и крепкий нрав, пусть время от времени и валяешь дурака… — Кто валяет?! — …общаться нам с тобой будет куда проще, и мы сможем даже хорошо сработаться. Хотя… Мы и так сработались. Поверь, я искренне восхищён ходом твоих мыслей и действиями той ночью. Без сучка, без задоринки. Ты выросла. По-настоящему выросла. И я рад, что мне посчастливилось внести лепту в твой рост, пусть на определённом этапе нам и пришлось свести к минимуму наше общение… — Не «нам», а «тебе»! И не «свести», а «бросить»! И не «общение», а меня! Понял?! И ещё — твои слова были бы мёдом для ушей, если бы ты не продолжал давить на меня своей магией! И, поверь, как только я превзойду тебя в этом аспекте — мало не покажется! Станешь моим безвольным плюшевым мишкой! Развей уже! — Развеять? Чтобы ты тут всё сломала? — Ничего я не сломаю! — Честно? — Да! — Честно-честно? — Сказала же — да! — Ладно, — вернув свою голову на место и потрепав Эрсель по волосам, я ослабил кварки. Девушка дёрнулась, размяла плечи. Затем запрокинула голову, чтобы с улыбкой посмотреть на меня: — Вот видишь, — она показательно вытянула руку в сторону, — я ничего не сломала, — диван, как ледяное изваяние, стал таять на глазах; казалось, он одновременно тлел каждой своей частичкой, отчего быстро проседал, обваливался и сжимался, пока от него не осталась одна лишь пыль. — Неплохо, — кивнул я. — Будем считать, что это достойна плата за то, что вырубил тебя… — Что?! И близко не достойная! К тому же, ты так и не ответил какого £¥®$# лезешь на рожон! — Успокойся, — я погладил Эрсель по голове, собрал растрёпанные волосы и скрепил их тонкой синтезированной цепочкой. — Так-то лучше. — Лучше?! Ты никогда не умел нормально заплетать волосы! А про то, что твои «заколки» можно открыть только с помощью молотка и зубила, я вообще молчу! — Хе-хе, то было раньше. — Ты наконец-то сделал застёжку? — спросила Эрсель и потянула руку, чтобы пощупать. — Ещё чего! — я шлёпнул её по руке и засмеялся. — Теперь у тебя нет проблем с магией, так что молоток и зубило тебе не понадобятся. Эрсель фыркнула, встала, пнула в плечо, затем сказала: — Подлый гнилой человек! Но… — она вцепилась в руку, которую только что неслабо пнула. — Хе-хе-хе… Мы снова будем работать вместе — так что ладно! Хе-хе-хе… — Смех какой-то зловещий, да и ты только что хотела всё бросить и уйти. Передумала? — А кто сказал, что хотела?! — «удивилась» Эрсель. — Смотрю, — она «жалостливо» покачала головой, — внешний вид обманчив и маразм крепчает… — И то верно, — я снова погладил её по голове. — Крепчает и очень сильно, но не переживай, мы тебя вылечим, ауч. А теперь к делу, — я стал серьёзнее. — Ты должна понимать, что твои беззаботные дни закончились. — Да ладно, я и раньше вкалывала как папа Карло! Хочешь из меня вообще раба сделать?! — Нет. Рабу нужно указывать и заставлять, а ты всё будешь делать сама и добровольно. — Я? Сама?! Тебе самому не смешно? — Ни капли. Итак. Везде, где это возможно, я буду тебе помогать, а также учитывать твоё мнение во всех вопросах. Однако, Эрсель, терпеть твои капризы и выходки с этого момента я не стану, особенно там, где это непозволительно. — Совсем? — Совсем. — Совсем-совсем?! — Эрсель, — я посмотрел ей в глаза. — Сейчас мне нужна не просто ты, а ты, которая сможет самостоятельно принимать решения и выполнять работу. Со своей стороны я сделаю всё возможное, чтобы помочь тебе с этим. При этом мне не нужен новый Хэй. Мне нужна Эрсель — такая, какая она есть. Самобытная. — Ммм… Самобытная… Это просто! Вот если бы ты решил слепить из меня Хэя… — Мир не выдержит двух Хэев и расплющится в смятку. Поэтому нет. — О как~ не выдержит~ — перекривляла Эрсель. Пока она отвлеклась и ослабила хватку, я вырвался из её цепких лап и пошёл к месту, где совсем недавно стоял диван.