Акаги, наблюдавший за выходкой Сакураги, взорвался:
— Ты, идиот! Такие рожи могут сбить с толку только тех, у кого проблемы с концентрацией! Насколько же ты тупой? Иметь такого игрока в команде — просто позор для меня! Ты понимаешь это?! А?!
— Опять началось, — вздохнула Аяко.
— Этот парень сведет меня в могилу раньше времени, а мое наследство пропьет, — пробормотал Чжан Цзеси, потирая виски.
Сакураги, услышав крики капитана, заскрежетал зубами от обиды, но тут же сменил тактику. Он помчался к скамейке тренера, по-свойски положил левую руку на плечо Андзаю, а правой начал нагло теребить его второй подбородок, растягивая лицо тренера в улыбке.
— Хе-хе, Папаша, ну Папаша! Используй свою тренерскую власть, выпусти меня! Ну дай мне поиграть, а? Ну пожалуйста!
Он продолжал мять мягкий подбородок «Будды», приговаривая:
— Я тебе говорю, я же победил капитана Акаги! Значит, я точно круче этого Рукавы!
Аяко не выдержала. Её фирменный бумажный веер со свистом опустился на красную макушку.
БАЦ!
— Хватит уже!
Она виновато поклонилась тренеру:
— Тренер Андзай, простите его. У него немного не все дома.
Андзай лишь добродушно рассмеялся, глядя на потирающего шишку Сакураги:
— Хо-хо-хо. Ничего страшного.
Аяко оттащила буяна в сторону, заставив смотреть на игру со скамейки.
Тем временем на площадке Когуре разогнал атаку и у границы штрафной скинул мяч Акаги. Капитан, приняв пас, мощно оттолкнулся от паркета. Его прыжок был настолько высок, что он бросил поверх рук Исии Кентаро, который даже не дотянулся до мяча.
Но тут из-за спины Исии взлетел Рукава. Его рука описала дугу и с силой припечатала мяч. Блок-шот!
Чжан Цзеси, предвидевший, куда отскочит мяч после блока, уже был там. Он подхватил снаряд.
— Сюда! — заорал Рукава, устремляясь в отрыв.
Чжан, увидев рывок партнера, тут же выдал длинный пас вперед.
— А?! Цзеси, ты что творишь?! Зачем ты пасуешь Рукаве?! Не давай ему мяч! — завопил Сакураги на бровке, подпрыгивая от негодования.
Чжан Цзеси сделал вид, что оглох, и побежал поддерживать атаку.
Рукава, подхватив мяч, набрал крейсерскую скорость. Пролетая мимо Сиозаки, он лишь слегка ускорился, оставив защитника за спиной. Впереди, под кольцом, оставался только Когуре.
Рукава, не снижая темпа, ударил мячом о пол. Резкий пас самому себе между ног Когуре, легкий контакт плечом — и путь к кольцу свободен. Он подхватил мяч правой рукой, взмыл в воздух и занес его высоко над головой.
Тело Рукавы, словно натянутая струна, устремилось к корзине.
Б-БАМ!
Жесточайший слэм-данк!
Мяч, пронзив сетку, покатился прямо к ногам Сакураги.
В зале повисла тишина. Все завороженно смотрели на Рукаву. Даже Сакураги, глядя на этот полет, почувствовал, как внутри что-то дрогнуло.
Чжан Цзеси перевел взгляд с Ханамичи на Рукаву.
«Сакураги... Рукава и правда монстр».
Акаги, глядя на соперника, тоже был под впечатлением:
«Неплохо. Рукава уже готов играть в основе. Он настоящий ас».
Затем он перевел взгляд на Чжан Цзеси, который спокойно трусцой возвращался в защиту.
«А этот парень... Он до сих пор не показал, на что способен. Плюс этот рыжий...» — Акаги скосил глаза на скамейку. — «Возможно, в этом году у нас действительно есть шанс».
— Вау! Как круто!
— Рукава такой красавчик! — послышался визг девчонок у входа в зал.
Услышав это, Сакураги в ярости подлетел к дверям, метнул на фанаток убийственный взгляд и с грохотом захлопнул створки. Обернувшись, он с ненавистью уставился на Рукаву.
И тут его взгляд упал на Харуко. Она стояла в углу, не сводя глаз с Рукавы, и в этих глазах буквально пульсировали сердечки. Мир Сакураги рухнул.
Он подбежал к ней и начал трясти за плечи:
— А-а-а! Харуко! Харуко, очнись! Посмотри на меня! Это же я, гений Сакураги!
Акаги материализовался за спиной Сакураги, отвесил ему увесистый подзатыльник и закрыл сестру своим широким телом.
— Не смей трогать мою сестру!
Сакураги, обиженно глянув на Гориллу, выбежал на площадку. Он подлетел к Кувате, схватил беднягу за щеки и начал их тянуть:
— Эй, ты же устал, правда? Устал ведь? Давай, я заменю тебя! Я выхожу! Слышишь?
Акаги снова навис над ним:
— Сакураги! Не смей угрожать сокомандникам!
Сакураги обернулся к капитану, и в его глазах стояли слезы:
— Выпустите меня... Я правда очень хочу играть...
Аяко посмотрела на секундомер.
— Капитан, он просится на поле с самого начала. Может, пусть сыграет? Времени осталось всего ничего. К тому же, мы ведь хотели проверить силу новичков, верно? Сакураги, какой бы он ни был, всё же член команды.
— Аяко-сан... — Сакураги посмотрел на неё взглядом побитого щенка.
Когуре тоже подошел ближе:
— Акаги, дай ему попробовать.
— Очкарик... — прохныкал Сакураги.
— Я Когуре! — огрызнулся вице-капитан.
— Спасибо, Когуре! — Сакураги полез обниматься, размазывая сопли.
Лицо Акаги потемнело. Он обреченно подошел к тренеру.
— Тренер, он новичок, только начал играть, да и характер у него скверный...
Андзай посмотрел на Сакураги, который за спиной капитана строил жалобные рожицы.
— Хо-хо-хо. Он довольно забавный малый. Пусть выходит. Поглядим.
Так Сакураги Ханамичи вышел на замену вместо Куваты.
Чжан Цзеси тут же подбежал к нему, положил руку на плечо:
— Ну наконец-то, Сакураги! Слушай, иди в атаку под кольцо, ищи свободное пространство. Я обязательно дам тебе пас. Понял? М? — Чжан многозначительно подмигнул.
— Понял, братец Цзеси! Ты уж точно дай мне мяч!
— Не волнуйся!
Сакураги развернулся и медленно пошел к Рукаве. Встал прямо перед ним. Искра, буря, безумие. Они сверлили друг друга взглядами, не желая уступать ни пяди паркета.
— Вы чего удумали? — рявкнул Акаги. — Вы в одной команде, идиоты!
Чжан Цзеси снова приложил руку к лицу.
«Эти двое неисправимы...»
Харуко, увидев, что Сакураги вышел против Рукавы, наконец-то прогнала «сердечки» из глаз.
— Ой... Сакураги вышел.
— Да, — кивнула Аяко. — Тяжелый случай, конечно...
— Осталось две минуты! Все выкладываемся! — скомандовал Акаги.
— ДА!
— Мы тоже не сдадимся! — крикнул Чжан Цзеси.
— Да... Вперед! — поддержали первогодки.
— Ну держитесь! — оскалился Сакураги.
Обновлено: 22.01.2026