Сквозь веки пробивался яркий, мягкий свет. Адам неохотно приоткрыл глаза и тут же снова их зажмурил. Парень попытался заснуть вновь, но чувство голода не давало покоя, окончательно прогоняя остатки сна.
Он не ел уже несколько дней, поэтому сейчас главной его задачей было найти хоть какую-то еду — поймать зверя или найти что-то съедобное в лесу. Впрочем, охота не должна была стать для него непосильной задачей: с его телепортацией достаточно было просто подобраться к добыче поближе и быстро её схватить.
Но прежде чем заняться поисками пищи, Адам хотел проверить одну догадку. Каждый раз во время телепортации он ощущал, как вокруг него сжимается пространство — это трудно было описать словами, он чувствовал это скорее на интуитивном уровне. «Что, если попробовать сжать пространство, но не перемещаться?» — подумал он.
Парень попытался воспроизвести это чувство самостоятельно, без телепортации, однако первая попытка ничего не дала. Тогда он решил телепортироваться ещё раз, внимательно сосредоточившись на ощущении и стараясь удержать его после перемещения.
И в этот момент что-то щёлкнуло в его голове — понимание пришло почти само собой. Во время телепортации пространство сжималось до тех пор, пока ткань реальности не рвалась и не соединяла две точки, позволяя переместиться. Это была как миниатюрная червоточина. Но сейчас Адам хотел использовать это иначе — не для перемещения, а чтобы оказать на объект мощное физическое воздействие, буквально раздавив его.
Адам вытянул руку, направив её на лежавший в нескольких метрах камень, и полностью сконцентрировался. Он мысленно представил, как невидимая сила сжимает пространство именно в этой точке, и, помогая себе сосредоточиться, медленно сжал пальцы в кулак.
Почти сразу пространство вокруг камня слегка задрожало и исказилось, а сам объект с громким хрустом покрылся сетью глубоких трещин и частично раскололся. Но полностью уничтожить камень не получилось — большая его часть так и осталась лежать на земле, хотя и покрытая трещинами.
— Почему эффект такой слабый? — размышлял Адам. Хотя сама идея оказалась действенной, но совсем не оправдывала его ожидания. — Из-за недостатка контроля?..
Ответ выстроился сам собой. Парень интуитивно чувствовал, что если он будет продолжать эксперименты рано или поздно от камня не останется ничего. Конечно, его расстроил тот факт, что мгновенно не получилось добиться совершенства, но повторение — мать учения.
На этот раз он выбрал в качестве жертвы небольшую сухую ветвь. Она была около полуметра длиной, немного изогнутая, с неровной, потрескавшейся корой. Идеальный объект для следующего эксперимента.
Он глубоко вдохнул и поднял руку, как уже делал ранее с камнем, медленно сжимая пальцы в кулак. Но теперь он визуализировал процесс от начала и до конца. Он представлял, как пространство вокруг ветви схлопывается внутрь, как невидимая сила вдавливает всё к центру, сжимая материю, искажая саму структуру ткани мира.
Пространство вокруг ветви задрожало. Воздух стал плотнее, как будто начал сгущаться. Затем древесина медленно, но неуклонно начала изгибаться внутрь самой себя. Кора потрескалась, щепки взметнулись в стороны, а тело ветви начало втягиваться к своей середине, будто подчиняясь гравитации, которой не существовало.
Адам замер, не смея отвлечься даже на долю секунды. Пот начал выступать по всему телу. С каждым мгновением становилось всё труднее поддерживать концентрацию, всё жарче, чем дальше он заходил, тем больше хотелось остановиться и выдохнуть.
Процесс напоминал будто бы кто-то невидимый начал скручивать дерево, как мокрое полотенце, вдавливая его концы к центру. Хруст, треск и тихое шипение — ветвь теряла форму, её волокна ломались, гнулись, исчезали. И спустя несколько секунд вместо неё на траве лежал небольшой плотный шар — грубый, тёмный, словно спрессованная древесная масса. Он выглядел тяжёлым и плотным, гораздо меньше по размеру, чем исходная ветка, но явно весил почти столько же.
— Фух... — выдохнул наконец Адам. Его дыхание напоминало дыхание человека, только что пробежавшего марафон.
Он опустился на корточки, упершись руками в колени. Концентрация, которую требовала новая техника, истощала его не меньше физической нагрузки.
— В бою я точно не смогу поддерживать такую концентрацию… — пробормотал он. — Это совсем не так просто, как телепортироваться. Может, это... нечто более сложное, чем телепортация?
Перед глазами всплыло системное уведомление:
[Профиль пользователя обновлён].
[Уровень: новичок].
[Способности:
«Пространственный шаг» — способность перемещаться в пространстве на небольшое расстояние. Прогресс: 5%.
«Пространственное давление» — способность оказывать всестороннее давление на объект. Прогресс: 1%].
— Не пространственное сжатие?.. Пространственное давление? — удивлённо переспросил Адам. Он был уверен, что только что освоил нечто вроде сжатия пространства. Но, похоже, система понимала это иначе.
— Хотя… — он нахмурился. — Да, система права. Это и впрямь больше похоже на давление со всех сторон, а не на чистое сжатие. Я не меняю структуру объекта, я давлю на него через само пространство…
Он помолчал, переводя дыхание и приходя в себя. Потратив ещё минуту на восстановление, Адам наконец выпрямился и сделал очередной Пространственный шаг, плавно телепортировавшись между двумя деревьями.
До начала экспериментов голод терзал Адама, а теперь, после расхода энергии, это чувство лишь усилилось. Живот свело, и он почувствовал резкую потребность в пище — срочно нужно было найти хоть какое-нибудь животное, которое можно было бы зажарить и съесть.
Слюна всё чаще скапливалась во рту, пока он перемещался короткими скачками по лесу, но, как ни странно, он не встречал ни одного зверя. Казалось, будто кто-то невидимой рукой отгонял от него всю живность.
К счастью, это ощущение длилось недолго. Вскоре он заметил зайца, который спокойно жевал траву, не подозревая об угрозе. На первый взгляд он был похож на обычного земного зайца, но массивные клыки, едва выступающие изо рта, выдавали в нём хищную природу.
Адам замер. Это был идеальный момент не только для охоты, но и для того, чтобы проверить одну из своих теорий: что произойдёт, если телепортировать живое существо... на высоту с десятиэтажный дом?
Он мысленно сосредоточился, представив, как заяц оказывается где-то высоко над деревьями, в десятках метров над землёй.
Вжух!
В мгновение ока зверёк исчез с поля зрения.
В следующее же мгновение он появился в небе — крошечная, извивающаяся фигура стремительно падала вниз.
— Крии-и-и! Кри-и-и! — пронеслось по лесу. Заяц метался в воздухе, дико визжа, его лапы отчаянно перебирали воздух, пытаясь ухватиться хоть за что-то. Но было уже поздно.
Пам!
С глухим, тяжёлым звуком тело ударилось о землю, пролетев сквозь крону деревьев. Адам невольно вздрогнул. Он увидел, как зверь несколько раз дёрнулся, а затем замер. Мёртв.
Сердце сжалось. До этого момента он никогда не убивал. Ни разу. И хотя всё происходило мгновенно, мысль о том, что он только что отнял чью-то жизнь, отозвалась горьким эхом внутри. Это было совсем не похоже на абстрактные мысли о выживании. Это было по-настоящему.
Но он заставил себя отвернуться.
— Закон джунглей, — прошептал он. — Сильный поедает слабого.
Он постарался вытеснить чувство вины, напоминая себе, что это другой мир, а он оказался один в глухом лесу.
Адам нехотя подошёл к мёртвому зайцу и, морщась, осторожно поднял его за шкуру, отведя тушу как можно дальше от себя. Он изо всех сил старался не смотреть на безжизненное тело, но отбросить добычу просто так тоже не мог — голод напоминал о себе с пугающей настойчивостью.
Оглядевшись, он заметил неподалёку небольшую поляну, куда пробивались солнечные лучи. Вздохнув, он телепортировался прямо в её центр, бросил тушу на траву и принялся искать подходящие ветки. Некоторые оказались достаточно длинными, чтобы использовать их для костра и примитивного вертела. Позже ему удалось найти и острый камень — неидеальный, но достаточный для грубой разделки.
Соорудив из сухих веток очаг, Адам наспех собрал конструкцию, над которой можно было подвесить тушу. Перед этим, неловко и с явным отвращением, он содрал с зайца шкуру, не заботясь о аккуратности.
Прошёл почти час. Мясо жарилось медленно, потрескивая над углями. Когда наконец запах мяса начал смешиваться с дымом, Адам понял, что еда готова. Однако аппетит куда-то исчез. Вместо ожидаемого голода — лишь странная тяжесть внутри.
Он заставил себя откусить кусок. Мясо оказалось сухим, волокнистым и безвкусным. От него веяло дымом, гарью, а вкус оставался… плоским. Ему казалось, будто мясо не прожарилось до конца, хотя разум подсказывал — всё в порядке. Стиснув зубы, он продолжил есть, больше из необходимости, чем из желания.
Когда насытился, оказалось, что осталась ещё добротная часть туши. Он не мог её оставить — еды в лесу было не так уж много. Разорвав несколько широких, плотных листьев с ближайших исполинских деревьев, Адам соорудил из них примитивную сумку, в которую аккуратно положил остатки.
Солнце до сих пор стояло высоко, ослепляя золотыми бликами. Терять время было нельзя. Определив направление — прочь от восхода — он двинулся в путь, всё чаще прибегая к Пространственному шагу.
С каждым прыжком он ощущал, насколько легче и естественнее становится телепортация. Казалось, теперь он мог телепортироваться так же просто, как ходить. А может, даже проще. Ощущение мгновенного перемещения нравилось ему всё больше, словно какой-то наркотик.
…
Солнце вновь скрылось за горизонтом, уступая место ночи. Незнакомые звёзды одна за другой зажигались на небосводе. Адам сидел на верхушке дерева, вглядываясь в это чужое небо. Но оно не вызывало ни капли узнавания — не было ни одного знакомого созвездия, ни одной звезды, за которую мог бы зацепиться взгляд.
Он точно оказался в совершенно другом мире. Настолько далёком, что ни Земля, ни Луна, ни даже намёка на знакомый космос здесь не существовало.
Занырнув обратно в дупло, он устроился на самодельной подушке из сложенных листьев. Тело было измотано, и сон накрыл его почти сразу.
Ему снова приснилась та самая червоточина. Он смотрел на неё со стороны — как она медленно, с хищным спокойствием, засасывала его в себя. А потом... пробуждение.
Это был первый сон, который он отчётливо запомнил с момента прибытия в этот мир. Не самое приятное воспоминание, но оно означало одно: он жив.
С первыми лучами утреннего солнца Адам выбрался наружу, быстро перекусил оставшимся куском остывшего зайца и двинулся в путь.
Шёл не так долго — и в какой-то момент, пересекав очередной пологий холм, заметил нечто странное: тонкая полоска дыма поднималась из-за деревьев. Он тут же активировал Пространственный шаг, несколько раз телепортировавшись подряд, пока не оказался на верхушке высокого дерева, нависшего над долиной.
То, что он увидел, заставило его сердце замереть на миг. А затем — бешено забиться.
Внизу, раскинувшись у побережья широкого водоёма, стоял город. Настоящий город. Люди ходили по улицам, дома тянулись вдоль аккуратных каналов, повсюду зелень — деревья, лианы, живые крыши.
Адам едва не рассмеялся от облегчения. Его глаза расширились, а на лице появилась настоящая, тёплая улыбка. После стольких дней одиночества, голода и тишины — он, наконец, увидел цивилизацию.
Обновлено: 19.01.2026