Глава 2 — Глава 2. Бунт против системы! Взрывной рост репутации

**Глава 2. Бунт против системы! Взрывной рост репутации** — Ван Бо, а ну-ка живо к доске. Изобрази нам решение той физической задачи, которую я задавала вчера. Голос Чжан Фэнся, резкий и скрипучий, словно гвоздь по стеклу, разрезал тишину класса. В её интонациях сквозило нескрываемое пренебрежение, обещавшее очередную порцию унижений. Ученики, почуяв запах крови, оживились. Десятки пар глаз устремились на заднюю парту, предвкушая бесплатное представление. — Похоже, у Старой Ведьмы сегодня критические дни, — прошелестел шепоток с соседнего ряда. — Лютует с самого утра. — Ага, — ехидно отозвался другой голос. — Ван Бо, нашему главному терпиле, снова достанется по полной программе. Бедолага. Хотя они старались говорить тихо, в душной тишине класса прозвище «Старая Ведьма» предательски громко долетело до ушей Чжан Фэнся. Её лицо перекосило. Желваки на скулах заходили ходуном, а внутри вспыхнуло пламя бессильной ярости. Она прекрасно знала, кто именно шептался — детишки из богатых семей, чьи родители имели вес в городском отделе образования. Трогать их было себе дороже. А вот выместить всю накопившуюся желчь на беззащитном, забитом ученике — это всегда пожалуйста. — Чего ты там копаешься?! — взвизгнула она, сорвавшись на фальцет. — Ван Бо, ты оглох? — Ты хоть представляешь, насколько дорого моё время и время твоих одноклассников? — Чжан Фэнся ударила указкой по столу, выбивая облачко меловой пыли. — Не знаешь решения — так и скажи! И катись колбаской в коридор, стой там и не мозоль мне глаза своим тупым видом! Слова падали, как удары хлыста, но Ван Бо, сидящий за своей партой, лишь криво усмехнулся про себя. «Тупой вид», значит? По правде говоря, когда-то его считали гением. Он поступил в эту элитную старшую школу, имея лучший результат во всем уезде. Физика, математика — эти науки давались ему играючи. Но стоило переступить порог старших классов, как всё пошло прахом. Оценки рухнули в бездну, а вместе с ними и отношение окружающих. Родственники цокали языками и качали головами, друзья отворачивались, а сам он, раздавленный собственной неуверенностью, молча глотал обиду, не пытаясь оправдаться. Никто не знал, через какой ад он проходит каждый день. Бесконечные часы стояния в коридоре, тычки и подножки от «золотой молодежи», презрительные взгляды учителей, для которых он был лишь статистической погрешностью. И после всего этого они смеют попрекать его оценками? Раньше он терпел. Сжимал зубы, опускал голову и терпел, превращаясь в серую тень. Но сегодня всё изменилось. «Если я продолжу быть половой тряпкой даже после того, как получил Систему, — подумал Ван Бо, чувствуя, как в груди разгорается холодное пламя решимости, — то грош мне цена. Я просто опозорю свой золотой палец». Он медленно, нарочито неторопливо поднялся со стула. Увидев это, Чжан Фэнся победно хмыкнула, ожидая, что он, как побитая собака, поплетется к двери. Это был их привычный ритуал. Но Ван Бо остался стоять на месте. Он стоял прямо, расправив плечи, и смотрел на неё не снизу вверх, а прямо в глаза. Взгляд его был пугающе спокоен. — Ты чего застыл, Ван Бо? — рявкнула учительница, чувствуя, как что-то идет не по сценарию. — Мне что, паланкин вызвать, чтобы тебя вынесли отсюда? Ван Бо выдержал театральную паузу. В классе повисла звенящая тишина. — Я смотрю, — его голос звучал ровно, но в каждом слове чувствовалась сталь, — на одного очень жалкого человека. На цепную шавку, которая виляет хвостом перед богатеями и скалится на слабых. Слова упали в тишину, как булыжники в стоячую воду. Класс ахнул. Единый вздох изумления пронесся по рядам. Даже самые отбитые мажоры, чьи отцы спонсировали школу, не осмеливались так открыто плевать в лицо учителю. Это был не просто бунт — это было объявление войны. — Ван Бо сегодня белены объелся? — прошептал кто-то с задних рядов. — Он что творит?! — Похоже на то. На перемене он нес какую-то чушь про «Марвел» и супергероев, — отозвался сосед. — Видимо, кукуха поехала окончательно. — Хе-хе, да плевать, поехала или нет, — потирал руки третий. — Зато какое шоу! Цирк приехал! — Главное, чтобы его не исключили сразу, — хохотнул кто-то. — А то над кем мы будем угорать до выпускного? Пока класс гудел, как растревоженный улей, Чжан Фэнся стояла у доски, хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. Смысл сказанного доходил до неё медленно, но когда дошел, лицо её налилось багровой краской. — Ван Бо… — прошипела она, и голос её дрожал от бешенства. — А ну-ка… повтори, что ты сейчас сказал! У тебя хватает наглости?! Но Ван Бо её уже не слушал. Он замер, прислушиваясь к мелодичному перезвону в своей голове. **[Система: Ваши действия вызвали общественный резонанс!]** **[Получено очков репутации: +300]** Он взглянул на виртуальный интерфейс, видимый только ему. Баланс: 384 очка. «Вот оно! — пронеслось в голове. — Так это работает! Конфликт, эпатаж, шок — вот ключ к богатству!» Он едва сдержал хищную улыбку. Эта старая мегера годами пила из него кровь, а теперь она станет его дойной коровой, источником силы. Раз так, зачем сдерживаться? Сегодня он вернет ей всё. С процентами. — Повторить? С удовольствием, — Ван Бо усмехнулся, глядя на учительницу с жалостью, смешанной с презрением. — Чжан Фэнся, я не то чтобы презираю тебя… мне тебя жаль. Ты — эталон неудачницы. Столько лет в школе, а повышения всё нет и нет? Единственное, что у тебя растет — это возраст, количество морщин и стопка жалоб от родителей. Он сделал шаг вперед, выйдя из-за парты: — Если бы я докатился до такой жизни, я бы не позорился перед детьми. Я бы пошел домой, вырыл яму и закопал себя заживо от стыда. Класс взорвался. Это был уже не шепот, это был гул потрясения. — Охренеть! — выдохнул Сунь Вэйхун, местный задира. — Ван Бо — смертник! Он ударил в самое больное! — Точно! Все знают, что её непрофессионализм и отсутствие категорий — это её главная боль! — Ему конец. Сегодня его не просто выгонят, его уничтожат. Чжан Фэнся схватилась за сердце. Воздуха катастрофически не хватало. Её многолетняя, тщательно скрываемая боль, её комплекс неполноценности — всё это было вытащено на свет божий и брошено под ноги тридцати подросткам. Этим ничтожеством! Этим худшим учеником! Она понимала: завтра об этом будет знать вся школа. Она станет посмешищем. В её глазах, за стеклами очков, вспыхнула чистая, незамутненная ненависть. — Отлично. Просто великолепно, Ван Бо, — прохрипела она, и слюна брызнула с её губ. — Если сегодня же тебя не исключат из этой школы, я положу партбилет на стол! Я больше ни дня здесь не проработаю, пока ты дышишь этим воздухом! Но Ван Бо, казалось, пропустил угрозу мимо ушей. Он нахмурился, глядя в пустоту. «Почему счетчик молчит? — озадаченно подумал он. — Я же только что унизил её еще жестче. Где мои очки?» Неужели это работает как стрижка газона? Срезал верхушки эмоций — и жди, пока отрастут новые? Если так, то продолжать перепалку здесь бессмысленно. Нужно расширять аудиторию. Если о скандале узнает вся школа — вот это будет урожай! План созрел мгновенно. — Вы совершенно правы, учитель Чжан, — вдруг сменил тон Ван Бо, изображая раскаяние, но с явной издевкой в глазах. — Я был не прав. Я ужасный ученик. Вам срочно нужно позвать директора или завуча. Пусть меня исключат. Немедленно. Чжан Фэнся, ожидавшая дальнейшего сопротивления, поперхнулась воздухом от такой наглости. Она восприняла это как очередную издевку. — Жди здесь! — рявкнула она и, хлопнув дверью так, что со стены посыпалась штукатурка, вылетела из кабинета. Как только «Старая Ведьма» исчезла, плотина прорвалась. — Мужик! — крикнул кто-то с первой парты. — Ван Бо, ты что, озверина выпил? Это было жестко! — Старуху чуть инфаркт не хватил, ты видел её лицо? Сунь Вэйхун, развалившись на стуле, лениво протянул: — Ну ты даешь, Ван Бо. Только вот что мы делать будем, когда тебя вышвырнут? Кто нам будет бегать за едой в столовку? Его дружки тут же подхватили, загоготав: — Точняк, брат Сунь! А носки кто стирать будет? А форму? — Слышь, убогий, пока тебя не выгнали, давай-ка метнись за кипятком. Напоследок послужи обществу! С этими словами на парту Ван Бо с грохотом приземлились несколько термосов. Смех компании стал громче, злее. Ван Бо медленно перевел взгляд на термосы, а затем на ржущих одноклассников. Лицо его оставалось пугающе спокойным. — Знаете, — тихо произнес он, но его услышали все. — На вашем месте я бы заткнулся. Сидите тихо и смотрите шоу. Целее будете. Сунь Вэйхун, привыкший к безнаказанности, аж подскочил. Лицо его налилось кровью. — Чего?! Ван Бо, ты берега попутал, гнида? Ты с кем разговариваешь?! Да я сейчас… Договорить он не успел. Свист рассекаемого воздуха. *БАМ!* Тяжелый металлический термос пролетел в миллиметре от уха Сунь Вэйхуна, обдав его лицо ветром, и с чудовищной силой врезался в заднюю стену класса. Штукатурка брызнула во все стороны, а на железном боку термоса осталась глубокая вмятина. В классе повисла мертвая тишина. Сунь Вэйхун застыл с открытым ртом, чувствуя, как по спине стекает холодный пот. Он судорожно сглотнул. Слова застряли в горле. Они всегда считали Ван Бо тряпкой, но в этом броске была нечеловеческая сила. И точность. Если бы этот термос попал в голову… Сунь Вэйхун посмотрел в глаза Ван Бо и увидел там не страх, не обиду, а ледяную бездну. Инстинкт самосохранения, дремавший в избалованном мажоре, вдруг заорал во весь голос: «Опасность!». Этот парень… он изменился. От него веяло угрозой, как от заряженного пистолета. Остальные хулиганы тоже притихли, вжав головы в плечи. Никто не решился издать ни звука. И именно в этот момент, в звенящей тишине, дверь распахнулась. На пороге стояла торжествующая Чжан Фэнся, а за её спиной возвышался мрачный, как туча, начальник учебной части.