Создание «лекарства от Учиха» оказалось задачей не из легких. Это вам не пластырь наклеить. Мне пришлось превратить свою квартиру в полноценную лабораторию. На столе громоздились реторты, перегонные кубы (купленные по дешевке у старьевщика, который клялся, что они принадлежали самому Орочимару — наглая ложь, но стекло качественное) и стопки свитков с анатомическими атласами.
Проблема заключалась в балансе.
Шаринган питается особой чакрой, которая вырабатывается в мозгу при стрессе. Если я полностью заблокирую этот процесс, Учиха потеряют силу глаз. Они станут обычными людьми с хорошей реакцией. Фугаку меня за это казнит.
Мне нужно было создать фильтр. Что-то, что пропускает чакру к глазам, но отсекает эмоциональный «шум», который разрушает психику и толкает к агрессии.
Я использовал знания из сферы «Психология Шиноби», смешивая их с традиционной травологией и каплей собственной крови Сенджу (для стабилизации смеси).
Через две недели экспериментов (и трех взорванных колб) у меня получилось.
«Сыворотка Ясности».
Жидкость бледно-голубого цвета. На вкус — как мята с железом.
— Ну что, клон номер один, — я протянул пробирку своей теневой копии. — Твой выход.
Клон вздохнул.
— Почему я всегда подопытный кролик?
— Потому что если у тебя отвалится печень, я просто создам нового тебя. Пей.
Клон выпил.
Минута тишины.
— Ну? — спросил я. — Как ощущения?
— Странно, — клон почесал затылок. — Голова стала... холодной. Я вспомнил, как на прошлой неделе Акира назвала меня занудой. Обычно меня это бесило. А сейчас... мне пофиг. Я просто анализирую факт: Акира импульсивна, её мнение субъективно. Эмоциональный отклик — ноль. Но чакра течет нормально.
— Бинго! — я хлопнул в ладоши. — Мы сделали это. Эмоциональный блокатор без подавления чакры.
На следующий день я представил прототип Фугаку.
Он был скептичен, но разрешил испытать это на добровольцах из тюрьмы клана (Учиха, совершившие проступки на почве ярости).
Результаты были ошеломляющими. Заключенные, которые еще вчера кидались на решетки, стали спокойными, рассудительными и... скучными. Но их Шаринган работал исправно.
Фугаку был впечатлен.
— Это может изменить всё, — пробормотал он, вертя пробирку в руках. — Если наши воины смогут сохранять холодную голову в бою... Мы станем непобедимы.
— И вы станете менее удобной мишенью для провокаций, — добавил я. — Данзо не сможет манипулировать тем, кто не поддается на эмоции.
Упоминание Данзо заставило Фугаку нахмуриться, но он кивнул.
— Производи. Клан обеспечит ресурсами. Но формула должна остаться в секрете.
Я вышел из поместья, чувствуя себя победителем. Я дал Учиха не меч, а щит для их разума.
Но моя радость была недолгой.
На выходе из Квартала меня ждали.
Двое в масках АНБУ. Но маски были без рисунков, чисто белые. Корень.
— Хиракава Сэйсуй, — голос из-под маски был лишен интонаций. — Данзо-сама приглашает вас на чай.
— У меня много дел...
— Чай уже налит.
Меня привели не в резиденцию Хокаге, а в неприметное здание на окраине, под которым скрывалась база Корня.
Кабинет Данзо был темным, освещенным лишь одной свечой.
Сам «Тьма Шиноби» сидел за столом, перебирая отчеты.
— Проходи, юный гений, — он указал на стул. — Или мне называть тебя «Алхимик Учиха»?
У меня похолодело внутри. Откуда он знает? Я закончил сыворотку вчера.
Шпионы. У него шпионы внутри клана Учиха.
— Я просто лечу людей, Данзо-сама.
— Ты лечишь их от того, что делает их полезными оружием, — Данзо поднял единственный глаз на меня. — Ярость Учиха — это их сила. И инструмент контроля. Если они станут слишком разумными... они могут начать задавать вопросы. Например, почему они должны жить в резервации?
— Разумные люди склонны к диалогу, а не к бунту, — парировал я, стараясь держать голос ровным. — Бунтуют те, кто в отчаянии. Я убираю отчаяние. Это в интересах деревни.
— В интересах деревни — иметь послушных псов, а не философов с глазами-убийцами.
Он достал из ящика стола свиток.
— Ты талантлив, Хиракава. Слишком талантлив для простого сироты. Твоя биография чиста, но твои навыки... они аномальны.
Он бросил свиток мне.
— Это предложение. Вступи в Корень. Мы дадим тебе ресурсы, о которых Учиха даже не мечтают. Лаборатории Орочимару. Запретные техники. Ты сможешь развить свой потенциал до уровня бога шиноби.
Искушение было велико. Корень — это власть. Но это и рабство. Печать на языке, стирание личности.
— А если я откажусь?
— Ты не откажешься, — Данзо улыбнулся, и эта улыбка была страшнее любой угрозы. — Потому что ты умен. Ты понимаешь, что быть другом Учиха опасно. Когда они падут — а они падут, рано или поздно — ты упадешь вместе с ними. Корень — это страховка.
— Я подумаю, Данзо-сама. Это серьезное решение.
— Думай. У тебя есть время до конца войны. А пока... — он сделал жест рукой. — Мы будем наблюдать за твоим экспериментом. Если твоя сыворотка сделает Учиха угрозой... мы вмешаемся. И начнем с аптекаря.
Меня вывели наружу.
Я вдохнул свежий воздух, чувствуя, как дрожат руки.
Данзо не угрожал. Он обещал.
Я оказался между молотом (Учиха) и наковальней (Корень). И обе стороны хотят использовать меня.
Мне нужна третья сила. Сила, которая сможет защитить меня от обоих.
Минато.
Мне нужно ускорить сближение с Намикадзе. И мне нужно стать сильнее лично.
Я открыл инвентарь Системы. Там лежала [Золотая Сфера], полученная за «Зов Крови» (с Кушиной). Я берег её.
— Сейчас или никогда.
Сфера раскрылась.
[Получен предмет: Свиток Призыва: Слизни (Кацую).]
[Внимание: Это не основной контракт Цунаде. Это контракт с «Боевой Ветвью» Слизней леса Шиккоцу — кислотные и ядовитые слизни.]
Я уставился на свиток.
Слизни. Медицина и кислота. Идеально.
И, что важнее, это связь с лесом Шиккоцу. Связь с Сенджу.
Данзо не тронет призывателя Слизней так просто. Это вызовет вопросы у Цунаде, где бы она ни была.
Я сжал свиток.
Игра становится всё опаснее, но у меня появляются новые карты.
Обновлено: 22.01.2026