Чжоу И никогда особо не увлекался видеоиграми. Не то чтобы он их презирал, просто... они не вызывали у него интереса. Что это за причудливые виртуальные миры и какая в них магия, заставляющая людей забывать о сне и еде, не замечая, как время утекает сквозь пальцы? Он не понимал этого и не стремился вникать. Для него это было подобно взгляду сквозь непроглядный туман.
Однако, стоило ему самому ступить на невидимое поле боя фондового рынка, он странным образом начал понимать чувства геймеров. С того самого момента, как раздавался звонок к открытию торгов, его разум оказывался намертво прикован к кривым котировок. Душа словно проваливалась в бездну, сотканную из прыгающих цифр и японских свечей, и возвращалась лишь с закрытием биржи.
Сегодня всё повторилось. В мгновение ока дневная битва подошла к концу.
— Фух... — Чжоу И тяжело выдохнул воздух, всё еще пропитанный гарью рыночных сражений, и бросил взгляд в угол экрана, подтверждая сегодняшний результат.
+1%
Один процент. На первый взгляд — сущая мелочь. Но для торгового отдела, где каждый день ходят по лезвию ножа, этот процент был внушительной суммой. Особенно при сегодняшней конъюнктуре.
— Менеджер, вы сегодня сработали очень взвешенно, просто блестяще! — подошел один из молодых подчиненных, в чьем голосе слышалось облегчение выжившего.
— А остальные? — Чжоу И не отрывал взгляда от монитора, его голос был ровным.
— Да что там говорить... кругом стоны и плач. Не только у нас, слышал, в других отделах тоже колоссальные убытки. Рынок разорвал их в клочья.
Последнее время рынок вел себя как бешеная обезьяна: прыгал то вверх, то вниз, изматывая всех до предела. Акции — штука коварная. Даже если в игру вступают лучшие умы с элитными дипломами, вооружившись сложнейшими моделями и детальным анализом данных, им не под силу точно предсказать движение в следующую секунду. Ведь здесь — обнаженное отражение человеческой жадности и страха, коллективный праздник безумия. Перед лицом абсолютной иррациональности логика и цифры порой оказываются хрупкими, как карточный домик.
— С таким раскладом в этом месяце вряд ли хоть один отдел выполнит план, — Чжоу И потер ноющие виски.
— Это точно. Хотя... — подчиненный попытался найти хоть каплю надежды, — менеджер, у нас ведь есть еще почти неделя? Может... может, в последний момент удастся рискнуть и сделать финальный рывок?
На каждом торговом отделе висел груз ежемесячной аттестации — обычно план варьировался от 5% до 10% в зависимости от ситуации. Посторонние часто заблуждались, думая, что для первого отдела, специализирующегося на краткосрочных сделках, цель должна быть безумной — процентов пятьдесят или даже сто. Мол, эти люди — кровожадные игроки, обязанные слизывать максимальную прибыль с острия рыночного клинка.
Однако всё было ровно наоборот. Торговые отделы, особенно в таких крупных частных фондах, в глубине души исповедовали два принципа — безопасность и стабильность! Главное — выжить. Поэтому в отделе были строго запрещены любые формы авантюрных инвестиций, установлены лимиты на плечо и жесткая система риск-менеджмента. Из-за этой осторожности, въевшейся в плоть и кровь, итоговая доходность в 0,1% за день была обычным делом.
«Пока нет убытков или они минимальны — это уже победа».
Таков был железный закон отдела, его коренное правило выживания.
— Ладно, сделаем что сможем, — Чжоу И постучал по столу, прерывая упаднические настроения. — Сходите выпейте кофе, взбодритесь. Через пять минут сбор в конференц-зале, будем разбирать полеты!
— Есть, менеджер.
Чжоу И тоже почувствовал сухость во рту. Он направился к зоне отдыха, чтобы налить воды и привести мысли в порядок. Пока он стоял у кулера, сзади, словно призрак, бесшумно выросла чья-то фигура.
— О, старина Чжоу, ну ты даешь, — раздался язвительный голос с нотками зависти. — Так открыто выбирать сторону... не слишком ли это нарочито?
Чжоу И даже не нужно было оборачиваться. По интонации он сразу узнал Ма Цзюня — менеджера второго торгового отдела, с которым они вместе пришли в компанию.
Брови Чжоу И сошлись к переносице:
— Ты о чем?
— Прикидываешься дурачком? — Ма Цзюнь воровато огляделся по сторонам и, убедившись, что никто не слушает, придвинулся ближе, понизив голос до шепота. — Хватит строить из себя непонимающего. Мои новички сегодня из-за тебя пахали как проклятые! Рынок и так вымотал всех, а они носились по этажам, облегчая жизнь твоему «принцу»?
«А, так он об этом». Чжоу И сразу всё понял.
— Тот самый «принц», которого лично председатель пристроил! Слышал, ты сегодня устроил ему курорт? Просидел парень весь день в тепле и уюте? Эх, никогда бы не подумал, что наш прямолинейный Чжоу И тоже начнет втихую подмазываться, заранее расчищая себе дорожку в карьере!
— Ты слишком много напридумывал, — голос Чжоу И оставался беспристрастным.
— Да ладно, я всё понимаю! Как-никак, «золотой мальчик» от самого председателя, да еще и в твой отдел попал. Любой бы на твоем месте ходил перед ним на цыпочках.
Ма Цзюнь скорчил понимающую мину, на его лице застыла многозначительная ухмылка:
— Если сейчас не подмазаться, то когда он станет большим начальником, локти кусать будет поздно, верно?
Эти слова... хоть и были мерзкими, но с точки зрения офисной реальности имели под собой почву. «Связи» этого мальчишки были словно невидимая заноза в сердцах всех посвященных. Даже если ты хотел их игнорировать, они напоминали о себе в самый неподходящий момент, заставляя осторожничать.
Видя, что Чжоу И молчит, Ма Цзюнь решил, что попал в точку, и зашептал еще азартнее:
— Ну что, пообщался с «наследником»? Кем он приходится нашему... председателю? Племянник? Внебрачный сын? Иначе откуда такие привилегии?
«Тот парень, Су Хао, сам говорил, что не имеет к председателю никакого отношения», — мысль промелькнула в голове Чжоу И.
— Не знаю.
— Пф-ф, — Ма Цзюнь скривился, явно не поверив. — Хочешь в одиночку все сливки снять? Нехорошо, старина Чжоу.
— Да о чем ты? — Чжоу И наконец не выдержал и раздраженно бросил: — Он из тех, кто пришел просто ради строчки в резюме. Сколько он продержится в нашем болоте?
— Хм... и то верно, — Ма Цзюнь потер подбородок, его глаза хитро блеснули. — Но даже если он здесь временно... может, мне тоже стоит сходить познакомиться, засвидетельствовать почтение? Раз уж ты так «стараешься», моё бездействие будет выглядеть невежливо, а?
Чжоу И не стал больше тратить на него время. Качнув головой, он подхватил стакан с водой и вышел из зоны отдыха, оставив Ма Цзюня что-то подсчитывать в уме.
Он позволил Су Хао спокойно сидеть на месте вовсе не из желания угодить или «выбрать сторону». Это была проверка. Он хотел увидеть, чего стоит этот таинственный протеже на самом деле!
Вернувшись к столу, Чжоу И быстро набрал команду на клавиатуре и вывел на экран сегодняшний журнал сделок Су Хао. Его взгляд замер на деталях позиции, зрачки слегка сузились.
— Гринмэй?
Эта компания занималась добычей ископаемых и переработкой литиевых батарей. В сегодняшних рыночных условиях... да и вообще в последнее время, эти акции были «минным полем». Бешеная волатильность, колоссальные риски — даже матерые трейдеры обходили их за версту. А этот новичок взял и всадил туда весь свой виртуальный капитал.
— Снова... на всю котлету?
Глядя на кричащие «100%» в графе объема позиции, Чжоу И почувствовал, как на виске вздулась вена. Этот пацан... он что, так издевается? Пытается этим самоубийственным жестом выразить протест против «тестирования»? Или он просто непроходимый тупица, ленивый и глупый, который привык жать на всё сразу, полагаясь на авось?
«Ладно, и на что я вообще надеялся...»
Чжоу И накрыла волна бессилия вперемешку с самоиронией. Он покачал головой и закрыл окно. В глубине души еще теплилась крохотная надежда, что новичок окажется не пустышкой, а скрытым талантом. Как-никак, сам председатель за него просил...
Теперь ясно — ерунда всё это! Как и ожидалось, этот парень — обычный, ничего не смыслящий «блатник». У него нет даже базового понимания о диверсификации рисков! Просто ленивый тип, которому неохота шевелить мозгами, поэтому он свалил все яйца в одну корзину, которая вот-вот перевернется. Одно это наплевательское отношение к сделке говорило само за себя.
Такая безалаберность действительно разозлила Чжоу И, в груди стало тесно от негодования. Но в следующую секунду он заставил себя успокоиться.
«Зачем мне злиться на такого человека? Стоит ли оно того?»
Он горько усмехнулся. В конце концов, тот пришел за «корочкой» и долго здесь не задержится — рано или поздно связи вытянут его наверх. Нет нужды заискивать перед ним, но и наживать себе скрытого врага с неясным прошлым из-за такой ерунды тоже не имело смысла. Не стоит того.
Пусть будет так. Просто проигнорирую его.
Для Су Хао сегодняшний день стал, пожалуй, самым неловким и скучным с момента прихода в компанию. С самого утра в этом офисе, пропитанном запахом денег и стресса, и до вечернего закрытия он сидел на месте как приклеенный. Он вставал лишь раз — в туалет, и больше не двигался.
Особенно после того, как он поддался тому мощному внутреннему импульсу — чувству, похожему на разряд тока, от которого онемели пальцы — и нажал «купить» на акции под названием «Гринмэй». Жалкие виртуальные деньги мгновенно испарились. До копейки. Снова, черт возьми... всё на одну карту.
Сделав это, он остался совершенно не у дел и мог только тупо пялиться в монитор, чувствуя себя лишним в этой суматохе.
— Су Хао~ ну как твои успехи сегодня? — раздался рядом бодрый голос Ли Хуэйлинь.
— Э-э, ну... так себе, — уклончиво ответил он. Ему было неловко признаваться, что он снова зашел «ва-банк».
— Да? А ну-ка, дай взглянуть!
— Да там... лучше не смотреть, как-то оно...
Ли Хуэйлинь уже успела заприметит угол экрана с интерфейсом портфеля. Увидев яркую надпись «Гринмэй 100%», она застыла. Глаза её округлились, словно она не верила увиденному.
— А-а-а!! Су Хао!! — она вскрикнула так громко, что на них обернулись коллеги с соседних столов. — Ты... ты что это вытворяешь?!
— Совсем никуда не годится, да? — Су Хао неловко улыбнулся и поскреб затылок.
— Да это не то слово! Ты что, всё, что я тебе говорила, пропустил мимо ушей? Инвестиции! Что в них самое главное? Диверсификация рисков! Диверсификация! Разделение! Повторить трижды?!
Ли Хуэйлинь уперла руки в бока, её лицо стало серьезным, она была похожа на рассерженную рыбку-фугу:
— В прошлый раз ты купил на всё и сказал, что рука соскользнула, — ладно, бывает! Но сейчас? Ты снова пошел олл-ин?! И на что! На «Гринмэй»? Боже мой! Скажи мне, зачем ты купил эту акцию? Неужели... неужели и в этот раз рука соскользнула?
Су Хао было нечего ответить. Он продолжал держать неловкую, но вежливую улыбку и усердно чесать затылок, пытаясь разрядить обстановку. Не мог же он сказать, что купил её по «зову сердца»? Кто в это поверит?
Он поспешно сменил тему:
— А... а у вас как, сестра Хуэйлинь? Какая прибыль за сегодня?
Стоило упомянуть её успехи, как внимание девушки мгновенно переключилось. Она сразу отбросила вид «строгой наставницы», выпрямилась, гордо подбоченилась и слегка вздернула подбородок. На лице её было написано: «Ну же, хвали меня скорее!».
— Хе-хе! Стоило мне взяться за дело, и результат не заставил себя ждать! Слушай внимательно: моя итоговая доходность за сегодня составила... целых 2%! Ровно два процента! Могу поспорить, во всем нашем первом отделе при таком паршивом рынке никто, кроме меня, не смог выжать чистые 2% прибыли!
Она говорила с таким азартом и восторгом, что эта гордость не вызывала раздражения, а казалась милой и искренней.
— Ого! Круто! Невероятно! — Су Хао не поскупился на жесты и поднял оба больших пальца вверх. — Сестра Хуэйлинь! С таким результатом ты точно пройдешь аттестацию!
— Ха-ха-ха... Ой, погоди, мы не о том говорим! — Она резко перестала смеяться и снова попыталась сделать серьезное лицо, глядя на Су Хао. — Су Хао, слушай меня внимательно! Чтобы в следующий раз! Ни за что! Ты не вбухивал все деньги в одну акцию! Понял? Ты должен научиться распределять капитал. Даже если рынок плохой, нельзя так... это слишком рискованно! Запомнил?
— Так точно, сестра Хуэйлинь! Запомнил! Больше не повторится!
Су Хао закивал с самым искренним видом. Пока они увлеченно перебрасывались фразами, смеясь и подшучивая друг над другом, чей-то резкий и холодный голос оборвал их веселье.
— Ли Хуэйлинь, Су Хао! Вам что, заняться нечем? Нашли время зубы скалить и хихикать?
Это был старший трейдер, проходивший мимо. Кажется, его звали... Лян Хайюань? Су Хао запомнил его лицо — всегда хмурое и недружелюбное.
— А, п-простите! — Ли Хуэйлинь вздрогнула и поспешно извинилась. Су Хао тоже мгновенно перестал улыбаться.
— Живо готовить материалы к собранию! — буркнул Лян Хайюань, бросил на них холодный взгляд и ушел, не оборачиваясь.
— Слушаемся...
Хоть Су Хао и работал здесь всего несколько дней, он уже уловил закономерность: атмосфера в офисе напрямую зависела от котировок на бирже. Если рынок растет — все улыбаются. Если падает — каждый становится как заряженное ружье, готовый выстрелить в первого встречного.
— Су Хао, ты не бери в голову, сегодня индекс сильно просел, — прошептала Ли Хуэйлинь, заметив, что парень притих. — Говорят, Лян Хайюань сегодня крупно пролетел, вот и не в духе. Да не только он, сегодня во всем отделе вряд ли кто-то заработал, почти все в минусе... Так что неудивительно, что у всех лица кислые и характер портится.
Оно-то понятно, но Су Хао всё равно считал: то, что ты потерял деньги, не дает тебе права срывать злость на ни в чем не повинных людях. С другой стороны — черт, это и есть мир взрослых. Та самая «карьера», полная странных правил и обид, которые приходится терпеть.
— Но если сравнивать, у нас в отделе еще цветочки, — Ли Хуэйлинь поспешила его успокоить. — Ты не был в других группах, там настоящий ад на земле... Эх! Несколько моих знакомых, с которыми мы вместе пришли в компанию, не выдержали давления и вечных подколов, в итоге все уволились!
«Хм?» Су Хао невольно удивился. Он-то думал, что под началом сурового и мощного Чжоу И их отдел — самое мрачное место в здании. Оказывается... они еще живут в «тепличных условиях»?
Обновлено: 09.04.2026