Они с Лю Ганом встречались всего полмесяца. Отношения едва дошли до стадии «подержаться за ручки», до главного дело так и не дошло. И теперь отдать всё это дурачку?
— Не дашь поесть булочки? Ну и ладно!
Лу Фань с сожалением облизнулся, делая вид, что собирается убрать телефон и уйти.
Лю Ган запаниковал. Раньше этот идиот был безотказным: пара ласковых слов — и деньги у тебя в кармане. А теперь он, видать, набрался ума (или его тетка надрессировала) и начал ставить условия.
— Сяо Юй, может... ты пожертвуешь собой немного? Он же дурак, он ничего не понимает.
— Лю Ган, ты в своем уме? Я твоя девушка! Где твоя мужская гордость? — пышногрудая Сяо Юй смотрела на своего парня с нескрываемым разочарованием.
— Сяо Юй, подумай головой! У этого дурачка две тысячи на руках. Если мы их не заберем, через пять минут их заберет кто-то другой. Мы просто упустим легкие деньги. Потерпи чуток, он же овощ, он даже не поймет, что трогает.
Лу Фань намеренно шел черепашьим шагом, давая сладкой парочке время на совещание. Внутри он давился от смеха, с трудом сохраняя маску дебила.
Лицо Сяо Юй сменило несколько выражений, от гнева до смирения. Наконец, она кивнула, но выдвинула условие:
— Лю Ган, тогда те деньги пойдут на покупку платья, которое я вчера присмотрела.
— Конечно, конечно, моя королева! Купим платье! — Лю Ган быстро подсчитал: платье стоит восемьсот, останется тысяча двести. Хватит и на еду, и на отель, где он, наконец, сможет затащить Сяо Юй в постель.
— Однокурсник Лу Фань, вернись! Я согласна... можно потрогать. Но только руками, ртом нельзя! И сразу после этого ты дашь деньги в долг.
— Хорошо-хорошо! Потрогать — это здорово! — Лу Фань с идиотской улыбкой рванул к девушке.
Сяо Юй испуганно отшатнулась:
— Постой! Здесь люди. Идем в ту рощу. А ты, дурак, стой здесь и следи, чтобы никто не подошел. Если кто увидит — я со стыда умру!
Сяо Юй направилась в густые заросли, и Лу Фань, радостно припрыгивая, последовал за ней.
Глядя, как его, пока еще неприкосновенная, девушка уходит в кусты с другим мужиком, Лю Ган скрипел зубами так, что эмаль крошилась.
— Ай! Чертов дурак... Руки убери... Ммм...
Из кустов донеслись вскрики Сяо Юй. Глаза Лю Гана налились кровью, он дернулся было вмешаться, но остановился.
— Ради двух тысяч... Я потерплю. Это бизнес.
Спустя несколько минут Лу Фань вышел из рощи с довольной физиономией. Увидев мрачного как туча Лю Гана, он едва сдержал победный хохот.
— Однокурсник Лю, вот денежка в долг. Кстати, когда вернешь? Тетя сказала, надо спрашивать дату возврата.
— Я... через полмесяца верну! — процедил Лю Ган, доставая телефон.
Лу Фань отсканировал код, перевел две тысячи и, насвистывая, удалился.
Только когда он скрылся из виду, из кустов вышла Сяо Юй. Её лицо было заплаканным, одежда помята.
— Лю Ган, ты подонок! Ты не мужик! Продал свою девушку за две тысячи! Этот «дурачок» — настоящий извращенец, он облапал меня везде! Всё, Лю Ган, мы расстаемся! Ты мне противен!
Сяо Юй, рыдая, развернулась и побежала в сторону общежития.
— Что? Этот дебил... Я... — Лю Ган застыл. Хотел было броситься за Лу Фанем, чтобы убить, но девушка убегала в другую сторону.
Взвесив все «за» и «против», он побежал за девушкой. Он понимал: даже если догонит Лу Фаня, сделать ничего не сможет. Лу Фань — официально недееспособный, за ним стоит могущественная семья. Драка с ним — это билет в тюрьму и исключение из университета. Прецеденты уже были.
Лу Фань же, дойдя до скамейки, наконец дал волю чувствам и расхохотался в голос.
Это были самые легкие очки в его жизни. Девушка сама напросилась. А что касается морали... Какая мораль с теми, кто считает его банкоматом?
Он открыл Систему.
[Окно Статуса]
Очки Лжи: 4
Отлично. Еще шесть до рулетки.
— Эй, придурок! Чего лыбишься? Денег дали?
Перед ним возникли три фигуры, заслонив солнце. Три амбала в баскетбольной форме.
Лу Фань поднял голову и мгновенно нацепил маску идиота. «О, подушки для битья сами пришли».
— Эм... Тетя сказала никому не говорить, что она перевела мне шесть тысяч юаней!
Глаза троицы загорелись алчным огнем.
— Шесть тысяч! Как раз по две на брата!
План созрел мгновенно.
— Ой, Лу Фань, дружище! Ты не представляешь, какая у нас беда, — один из верзил плюхнулся рядом, изображая вселенскую скорбь. — Мы же из баскетбольной команды. Утром на тренировке упали. Врачи говорят — трещины в костях. Ноги сломаны!
Амбал указал на свою волосатую ногу, здоровую как ствол дуба. Лу Фань посмотрел на нее и подумал о Кинг-Конге.
— Вы все трое сломали ноги? — спросил он. «Вы меня за идиота держите? А, ну да... держите. Но можно было придумать легенду поправдоподобнее?»
— Эм... Да! Все трое! — Главарь подмигнул остальным, и те дружно рухнули на траву, начав стонать.
«Боже, какой кринж. Они играют хуже, чем актеры в дешевом порно. Но ради трех очков я потерплю».
— Все трое сломали ноги? Вы что, в свинью врезались? Я слышал, из столовой сбежала живая свинья.
— Точно! Да! Мы бежали, не заметили, и врезались в бегущую свинью! Поэтому ноги и сломали! — радостно подхватили они, не заметив подвоха.
— Бедняги. Я слышал, та свинья потом в дерево врезалась и умерла. Вы врезались в свинью, свинья в дерево... Какое совпадение, хе-хе...
Даже до этих тугодумов начало доходить, что их оскорбляют. Но шесть тысяч перевешивали всё.
— Лу Фань, мы же однокурсники. Нам нужно лечение. Твоя тетя учила тебя помогать друзьям?
«Я бы помог вам мозги купить, да их не продают», — подумал Лу Фань, но вслух сказал:
— Помогать надо. Но у меня всего шесть тысяч.
— Хватит! Как раз каждому по две тысячи на гипс!
— Не может быть. Три человека, по две тысячи... Разве это не пять тысяч? — Лу Фань начал загибать пальцы на левой руке, пытаясь посчитать. Пальцев было пять, и результат всегда выходил пять.
Баскетболисты смотрели на это с отвисшими челюстями.
«Твою мать, мы уж думали, он поумнел, а он стал еще тупее!»
Один из «гениев» подставил свой палец к руке Лу Фаня.
— А! Теперь понял! Вы такие умные! Три раза по две тысячи — это шесть!
Лу Фань достал телефон. Под ликующие взгляды мошенников он перевел каждому по две тысячи.
Дзынь! Дзынь! Дзынь!
Три очка в копилку. До десятки осталось всего ничего.
Обновлено: 23.01.2026