Юнь Шоу проснулся уже после полудня.
Он поставил небольшой котелок, выпотрошил несколько рыбок, что оставались в доме, выбросил внутренности и бросил тушки в воду.
Разведя огонь, он вскоре услышал, как в котелке забулькала вода, и по комнате поплыл свежий аромат.
Рыба, которую он готовил, называлась рыбой Трёх Вкусов. Когда она закипала, от пузырьков шёл один свежий аромат, глоток бульона дарил другой, а самым изысканным был нежный вкус мяса во рту — отсюда и название.
У какого-нибудь жадного торговца за неё можно было выручить побольше медных монет.
Но с тех пор, как у Юнь Шоу появился симулятор, он оставлял себе те немногие рыбины Трёх Вкусов, что попадались в улове после двух симуляций.
Когда у него не было симулятора, он отдавал лучшую рыбу, чтобы заработать побольше денег на жизнь, и с этим приходилось мириться.
Но если с симулятором не позволять себе маленьких радостей, то какой в нём тогда смысл?
— Поел и попил, теперь пора за работу.
Юнь Шоу выполнил один цикл «Течения Небесной Реки», и его внутренняя энергия устремилась вглубь тела, питая внутренние органы.
Через полчаса он завершил полный цикл и открыл глаза.
— Этот прогресс... его почти нет, — с досадой произнёс он.
— Нужно практиковаться день за днём, год за годом. Только в масштабе лет можно будет заметить какие-то изменения в укреплении внутренних органов.
Юнь Шоу прекратил медитацию, вышел на улицу, подобрал ветку и, убедившись, что вокруг никого нет, начал практиковать боевые техники, которые также отпечатались в его сознании.
Вжух, вжух, вжух!
Его лазурная энергия, словно проворные змеи, срывалась с кончика ветки, оставляя на земле борозды, достаточно глубокие и широкие, чтобы в них поместилось предплечье младенца.
Поднялась пыль. Юнь Шоу метнул ветку в зелёное дерево в дюжине шагов от себя. Усиленная внутренней энергией, ветка насквозь пробила ствол, оставив сквозное отверстие размером с лонган.
— Воин второго ранга — всего лишь какой-то костолом, способный одним ударом раздробить кости обычного человека. А воин первого ранга, полагаясь на внутреннюю энергию, и впрямь может убивать, срывая цветы и листья.
Юнь Шоу попробовал выпустить сгусток энергии без помощи какого-либо предмета.
Бледно-голубой сгусток, в момент отрыва от тела плотный, как железо, начал быстро рассеиваться уже в пяти шагах, а через десять полностью распался, оставив после себя лишь лёгкий ветерок, колыхнувший траву и листья.
— Дальность — едва ли один чжан, чуть больше трёх метров.
— Неудивительно, что это мир уся. Воины первого ранга уже считаются элитой. В большом городе, как Цин, это, может, и не так уж высоко, но в каком-нибудь городке поменьше даже сам городской глава встретил бы такого человека с величайшим почётом.
— Но их боевая мощь в мире совершенствующихся, вероятно, соответствует лишь средней стадии Переработки Ци...
— И тут возникает вопрос, — Юнь Шоу невольно задумался.
«Какого же уровня достиг тот Чжу Баовэнь? Неужели над великими мастерами есть ещё Воины-Короли и Воины-Императоры?»
«Может ли великий мастер разрушить пустоту и вознестись?»
«Вряд ли... Как ни крути, сила, способная одним ударом разрушить городскую стену, слишком далека от той, что нужна для разрушения пустоты...»
Или же...
Юнь Шоу огляделся. Края озера Цин не было видно, горы громоздились одна на другую, а в синем небе плыли и таяли облака.
«Может, это всего лишь маленький захудалый остров, а мир огромен, и за морем есть гигантские континенты шириной в миллионы, а то и сотни миллионов ли...»
К вечеру большинство соседей Юнь Шоу вернулись с рыбалки.
Старик Ван, который когда-то спас его из озера, на самом деле был всего пятидесяти лет от роду. Не такой уж и старый, просто из-за непосильного труда он выглядел на шестьдесят, а то и на семьдесят.
— Малыш Шоу, что-то тебя сегодня не видать было, — поздоровался старик Ван.
— Ха-ха, — со смехом ответил Юнь Шоу. — Сегодня встретил одного чудака. Твердил, что я гений боевых искусств, и хотел взять меня в ученики. Может, скоро и я стану легендарным воином.
Старик Ван хмыкнул, явно не поверив:
— Смотри, чтоб тебя какой-нибудь старый бродяга не обманул. — Он покачал головой, и на его лице промелькнула едва заметная горечь. — В наше время кто не мечтает стать воином? Да только нам, рождённым рыбаками, этого не дано.
Юнь Шоу не стал продолжать. Время всё покажет.
Он был уверен, что ещё одна-две симуляции, и даже глава группировки Цинхэ Сюй Жохай будет им повержен. Вот тогда и наступит его звёздный час.
А можно ещё потерпеть несколько дней, а то и недель, а потом ка-ак показать силу величайшего мастера и всех... Ладно, насчёт того, чтобы покорять город Цин, он подумает, когда узнает, какого уровня тот Чжу Баовэнь.
«Но я могу отправиться буйствовать в другие места. Да, как только отплачу жителям этой деревни за их помощь».
Вечером дядя Цзи пригласил Юнь Шоу к себе на ужин.
Полное имя дяди Цзи было Цзи Канънянь, ему был 31 год, а его жену звали Сун Хунъянь.
Оба они пока что были рыбаками.
Юнь Шоу очень хорошо относился к дяде Цзи. На самом деле, во всей деревне Цинхэ, в этой маленькой рыбацкой деревушке, ему нравились всего четыре-пять человек: старик Ван, супруги Цзи — все они помогли ему после смерти родителей.
Остальные хоть и не радовались чужому горю, но и не делали ничего сверх того, что положено обычному человеку. Поэтому и Юнь Шоу, когда разбогатеет, не станет тащить их за собой.
— Юнь Шоу, в ближайшие несколько лет я, возможно, не смогу больше помогать тебе с рыбалкой, — со вздохом сказал Цзи Канънянь, когда они принялись за еду. Раньше он время от времени подсказывал Юнь Шоу, где собираются косяки рыб.
Он был из тех типичных добряков, которые считают себя в долгу перед другими, даже если просто не могут помочь.
Юнь Шоу затряс головой:
— Дядя Цзи, ни в коем случае так не говорите. Вы и так мне очень помогли за эти два года. Но что-то случилось?
— поинтересовался он.
Цзи Канънянь горько усмехнулся:
— Группировка Цинхэ собирается набрать людей, уверенно управляющихся с лодками, чтобы наладить дело с группировкой Водяной Травы, что на другом берегу озера, в сотне с лишним ли отсюда.
Обе группировки хотят создать совместную транспортную компанию. Отобрали несколько человек, в том числе и нас с женой, чтобы мы отвечали за перевозки между берегами.
Юнь Шоу на мгновение замер, а затем всё понял. Теперь ему стало ясно, почему в первых двух симуляциях дядя Цзи подрабатывал лодочником, хотя раньше не было никаких предпосылок. Оказывается, его заставила группировка.
А в третьей симуляции, вероятно, он, уже будучи официальным членом группировки Цинхэ, перевёл Цзи Канъняня обратно или же позаботился о нём так хорошо, что его жене Сун Хунъянь не пришлось подрабатывать «лодочной женой». Просто в симуляции подобные детали были опущены.
Поэтому в симуляции ни разу не упоминалась их «дочь» Цзи Сяоюй. Это вряд ли было упущением. Юнь Шоу был достаточно уверен в себе — он не был неблагодарной тварью.
Что же до того, что, помогая этой паре, он стал причиной «исчезновения» Цзи Сяоюй — персонажа, который в симуляции очень хорошо к нему относился...
Юнь Шоу ничего не чувствовал.
Он ни разу не выбирал наследование воспоминаний. «Цзи Сяоюй» была для него лишь коротким именем, которое появлялось в симуляторе меньше десяти раз. Зачем переживать об утрате того, кто никогда не существовал?
«Хорошо, что я не унаследовал воспоминания, иначе попал бы в неловкое положение, — подумал Юнь Шоу. — Цзи Сяоюй... даже лёгким дуновением ветра не назовёшь».
«К тому же, эта пара не бесплодна. Они могут родить свою собственную Цзи Сяоюй. А если в этом мире существует учение о душах, то это будет один и тот же человек».
Обновлено: 21.01.2026