«Линь Жань обожала жасмин. Она часто тащила тебя в маленький дворик под домом, чтобы посмотреть на цветы, которые сама же и посадила. Потом, надев саше с лепестками жасмина, она сопровождала тебя в играх с „глиной“. Ты делал лужу, ты месил грязь, а Линь Жань стояла в сторонке и морщила носик, а потом, когда ты не видел, маленькой лопаткой сгребала эту грязь под кусты жасмина, с нетерпением ожидая, когда они снова зацветут».
«Почти каждый день ты наблюдал, как старина Линь с мрачным лицом приходит забирать Линь Жань домой. Твой отец с неиссякаемым энтузиазмом подкалывал его, за что периодически возвращался домой с синяками».
«Пять лет: Ты мечтал стать генным воином, но твой талант к боевым искусствам, мягко говоря, оставлял желать лучшего. Несмотря на долгие тренировки, никакого прогресса не было, ты становился только слабее и тоньше. Ты часто слышал, как мать Линь Жань жаловалась твоей маме, что и у её дочери с учёбой — полная беда. У других детей к чему на „чжочжоу“ потянулись, в том они и преуспевают, а вы с Линь Жань — наоборот, в чём бездарны, то и выбрали».
«Из их разговоров ты узнал много нового. Оказалось, что мать Линь Жань тоже была фармацевтом и разрабатывала генные сыворотки. Они сетовали, что фармацевтические компании наглеют всё больше, пытаясь монополизировать рынок и безбожно задирая цены».
«Ты был ещё мал и не понимал всех этих слов про монополию, компании и законы. Вскоре их разговор свернул в другое русло: они начали обсуждать, не стоит ли вам с Линь Жань с малых лет развивать отношения. В итоге они втайне устроили вашу помолвку».
«Разумеется, Линь Жань, игравшая рядом, всё слышала. С тех пор она стала время от времени приставать к тебе, но ты с серьёзным видом заявлял, что в твоём сердце нет места женщинам, и интересуют тебя лишь боевые искусства».
«Шесть лет: Неизвестно, ранили ли твои слова Линь Жань, но она несколько месяцев не появлялась. А когда вы встретились снова, девочка разительно изменилась. Она заявила, что стала „Совершенной Жань“, и с порога пообещала избить тебя так, что ты будешь на коленях звать её бабушкой».
На чёрном ковре миниатюрная девочка сидела верхом на мальчике. Одной рукой она мёртвой хваткой вцепилась ему в нос, другой душила его, свирепо глядя в глаза.
Рядом дядя Линь, заросший густой бородой, сиял от счастья. Он, подражая отцу Чжан Цзе, с ехидцей подсел к нему.
— Ай-яй-яй, какая же у меня дочка сильная! Всего несколько месяцев тренировалась, а уже такая мощь. Не то что сын одного негодяя, ц-ц-ц.
Отец Чжан Цзе уже был готов броситься в драку, но их внимание снова привлекла потасовка детей.
— Говори! Что тебе неинтересны боевые искусства!
— Н-нет!
Чжан Цзе чувствовал, что его вот-вот задушат. Он и представить не мог, что Линь Жань выберет такой способ отбить у него интерес к тренировкам, но он был упрямцем.
— Тогда говори, что я тебе интересна!
— Н-ни за что!!!
Улыбка не исчезает, она просто переходит к другому.
Одна фраза Линь Жань — и улыбка с лица дяди Линя перекочевала на лицо отца Чжан Цзе. Тот тоже, подражая приятелю, ехидно проговорил:
— Ай-яй-яй, какой же у меня сын молодец! И дети у него мою фамилию носить будут. Не то что дочка одного дурня, ц-ц-ц...
После этого двое взрослых мужиков сцепились, как дети. Но очевидно, что отец Чжан Цзе проигрывал, и в итоге картина сложилась следующая:
Линь Жань лупит Чжан Цзе, а отец Линь Жань лупит отца Чжан Цзе. И старший получает, и младший.
Когда всё закончилось, отец Чжан Цзе, не в силах стерпеть унижение и не смея выместить злость на жене, для острастки надавал тумаков ещё и сыну.
Так и родился мир, в котором страдал один лишь Чжан Цзе.
«Семь лет: Вы с Линь Жань пошли в начальную школу. Неизвестно, то ли все мастера боевых искусств такие буйные, но Линь Жань становилась всё более дерзкой и задиристой. Силы ей было не занимать, и она гоняла всех мальчишек в классе. А та застенчивая и нежная девочка навсегда умерла в твоём сердце...»
Солнечный день. На огромной спортивной площадке резвилась и бегала толпа учеников, а молодой учитель физкультуры, прислонившись к футбольным воротам, с умиротворением наблюдал за ними.
Линь Жань, одетая как мальчишка, прочёсывала кусты один за другим и наконец в самых густых зарослях обнаружила Чжан Цзе.
— Эй, ты чего от меня прячешься? Вылезай, пойдём в „дочки-матери“ играть!
— Не пойду!
Линь Жань выдернула его из кустов и потащила играть. Под одобрительные крики ватаги мальчишек Чжан Цзе с видом обречённого занял своё место.
Сюжет их игры был донельзя банальным и всегда одним и тем же: девочку похищают злодеи, а гениальный мальчик, чтобы спасти её, в одиночку побеждает всех плохих парней. Вот только гениальным мальчиком, который в одиночку побеждал всех, была Линь Жань.
Не то чтобы другие мальчишки не хотели быть героями, просто сила Линь Жань не подлежала сомнению...
А Чжан Цзе? Он был той самой девочкой, которую похитили и которую Линь Жань должна была спасти...
— А-а-а!
— У-у-ух!
Под звуки избиваемых мальчишек, Линь Жань, словно принцессу, сняла лежащего без чувств Чжан Цзе с пьедестала и понесла на руках. До него донёсся лёгкий аромат жасмина. Их взгляды встретились.
На милом детском личике девочки виднелись травинки. Она улыбалась, а маленькая родинка-слёзка в уголке глаза делала её особенно заметной.
Она внимательно посмотрела в глаза Чжан Цзе и серьёзно произнесла:
— Чжан Цзе, не бойся, я пришла!
«Восемь лет: С тех пор как ты пошёл в школу, каждый день стал для тебя пыткой. Во всём классе, полном мальчишек, она доставала только тебя».
«Линь Жань не любила кислое, но обожала ягоды в карамели на палочке. Поэтому тебе каждый раз приходилось доедать голые ягоды боярышника, с которых она слизывала всю сладкую глазурь. Ты и сам не знал, радоваться этому или нет, но всегда делал вид, что тебе это противно. Тогда один из мальчишек предложил тебе пять пачек острых снеков за обсосанные „старшой“ Линь Жань ягоды. Ты с негодованием отказался, чем вызвал у него подозрение: а не нравишься ли ты „старшой“ Линь Жань?».
«„Да просто я кислое люблю, нельзя, что ли?!“ — так ты ответил, не зная, что Линь Жань тайком наблюдала за тобой».
«Девять лет: Ты обнаружил, что у тебя просыпается интерес к биологии. В свободное от тренировок время ты стал читать книги на эту тему и узнал много нового о Катаклизме, о котором в них упоминалось, а также получил представление о текущем уровне генных технологий человечества».
«Порождения Катаклизма, также известные как Кровавая Погибель, — это существа, полностью состоящие из крови. Они обладают чрезвычайно сильной ассимилирующей способностью. Любое живое существо или материя могут быть поглощены ими и стать второй формой Погибели. Они превращают здания в свои гнёзда для размножения. В исторических хрониках упоминалось, что Кровавая Погибель способна поглощать даже звёзды, но подтверждений этому пока не было».
«В последнее время в новостях всё чаще стали сообщать о боях на Фронте Катаклизма, и обстановка, казалось, была не из лучших. Тебе стало немного страшно. Родители успокаивали тебя, говоря, что ваш город Хайду находится в глубоком тылу. Пока не падёт весь Фронт, Катаклизм никогда сюда не доберётся. Но ты часто видел их озабоченные лица и понимал, что у них возникли трудности на работе».
Стал Богом
Завоевание Бессмертия
Обновлено: 03.02.2026