Глава 86 — Возведение формационного массива.
Когда мужчина разразился неистовым гневом, все певцы и танцовщицы припали к земле из-за охватившей их паники – никто из них не осмеливался поднять головы.
– Ваше высочество Чэнь, осторожнее...
В этот момент мужчина средних лет, что выглядел как советник, поспешно подошёл к разгневанному мужчине и проговорил в полголоса:
– Евнуха Чжао послали к его императорскому высочеству, дабы сопроводить того в восточный дворец. Таков был указ его императорского величества.
– Его императорское величество и вправду решился на это.
Мужчина средних лет быстро напомнил разгневанному человеку кое о чём:
– Если это высказывание высочества Чэня дойдёт до ушей его императорского величества, то его обязательно услышит и евнух Чжао...
Услышав об этом лицо мужчины, которого называли “его высочество Чэнь”, тут же изменилось.
Он окинул взором артистов, что припали в поклоне к земле, и его выражение лица потихоньку пришло в норму. Затем он проговорил:
– Иди и вышвырни их прочь.
Внезапно десятки солдат в чёрной броне вышли из-за дверей и увели прочь чрезвычайно взволнованных артистов.
– И что же мне теперь делать?
– Просто наблюдать за тем, как эта ошибка контрацепции восседает на престоле?
Его величество Чэнь сжал кулаки, ведь он не желал подобного исхода.
За последние несколько лет, так как император Тан становился всё дряхлее и дряхлее, противостояние между ним и остальными принцами лишь усиливалось.
Несмотря на это его величество Чэнь продолжал сражаться, ведь в нём всё еще теплилась надежда на престол.
Но теперь с наречением принца Ли Шэна наследным принцем, разве всё их предыдущее противостояние не превратилось лишь в нелепый фарс?
Если бы любой другой принц, с которым он вёл закулисные сражения, стал бы кронпринцем, его величество Чэнь не охватило бы настолько сильное негодование. Да, он не желал подобного исхода, но он бы не гневался, как сейчас.
Но, Ли Шэн...
С точки зрения его величества Чэня, Ли Шэн был лишь ошибкой контрацепции, что вылезла из какой-то глуши. Это уже можно было считать благословением, что к нему теперь обращались как к возможному наследнику престола. Однако, нынче он даже осмелился сражаться за престол?
– Его величество Чэнь, не паникуйте.
Мужчина средних лет осмотрелся, перешёл на шёпот и проговорил:
– Ещё рано говорить о том, кто взойдёт на престол...
– Ох?
Глаза его величества Чэня засияли. Он посмотрел на мужчину средних лет.
– Говори, что у тебя на уме?
– Его величество Чэнь...
Мужчина средних лет глубокомысленно проговорил:
– Его императорское величество уже очень стар. Даже с помощью евнуха Чжао он не сможет контролировать всё. Допустим, он не сможет контролировать несчастные случаи...
Когда его величество Чэнь это услышал, его глаза тут же сузились.
– Да, ты прав.
Его величество Чэнь, с улыбкой на лице, посмотрел на советника.
– Отец, он и вправду очень стар...
…
Шаолиньский храм.
Запретная зона, обратная сторона горы.
Су Цинь сидел в позе лотоса и смотрел на тысячи высококлассных нефритовых камней, что лежали перед ним.
Эти высококлассные нефритовые камни были кристально чистые и практически прозрачные, что делало их, в сущности, бесценными. Если они окажутся во внешнем мире, они смогут привести к огромным потрясениям.
Но в данный момент перед Су Цинем данные нефритовые камни были словно галька.
«Эффективность Шаолиньского храма и вправду высока», – Су Цинь был удовлетворён.
Вчера он попросил аббата Хуй Вэня собрать для него некоторое количество нефритовых камней, и уже сегодня они были прямо перед ним. К тому же их было больше того, чего он просил изначально.
«Раз нефритовые камни уже были собраны, то давайте начнём создавать формационный массив».
Мысли Су Циня пришли в движение, и всё что было связано со святыми землями сбора эссенции, тут же всплыло в его сознании.
И хотя Су Циня уже можно было считать экспертом во всём, что было связано с формационным массивом “святые земли сбора эссенции”, – так как вся информация об этом была всунута в его разум Системой, – это всё равно был его первый раз, когда он пытался создать настолько большой формационный массив, поэтому осторожность была необходимостью.
Ведь если что-то пойдёт не так, он впустую потратит данные нефритовые камни.
Шло время.
Су Цинь поместил каждый нефритовый камень в особое место на обратной стороне горы. В конце концов он воспользовался божественным чутьём, дабы переместить огромное количество ци мировой эссенции.
Это был ключевой шаг в создании формационного массива.
Будь то нефритовые камни или любые другие "медиаторы”, они выступали лишь в качестве вспомогательной помощи. То, что и действительно определяло то, сможет ли создатель создать формационный массив или же нет, заключалось лишь в том, было ли у создателя достаточного божественного чутья или же нет.
В сущности, лишь божественное чутьё архатов и легенд могло двигать ци мировой эссенции.
«Вжух!!!»
Под постоянным инструктажем божественного чутья Су Циня, нефритовые камни, что лежали на обратной стороне горы просто повсюду, величественно засияли.
И уже в следующий момент бесконечное количество ци мировой эссенции нахлынуло на обратную сторону горы со всех сторон.
Внезапно, нефритовые камни засияли еще ярче, когда Су Цинь продолжал направлять ци мировой эссенции.
«Бздынь~!»
Ци мировой эссенции на обратной стороне горы сконденсировалась в туман. Затем туман плотно окружил запретную зону и начал медленно распространяться во всех направлениях.
В этот момент ученики Шаолиньского храма инстинктивно посмотрели в сторону обратной стороны горы.
– Глядите, обратную сторону горы, кажется, заволокло туманом... – прокричал какой-то ученик из-за удивления.
На протяжении последних нескольких лет на обратной стороне горы постоянно происходили аномальные явления, однако, в большинстве случаев, они состояли из сгущения ци мировой эссенции, что впоследствии быстро рассеивалась.
Но на этот раз туман сохранялся в течение длительного времени. Обратная сторона горы теперь выглядела как земли бессмертных, и это был первый раз, когда они видели подобное явление.
– Что произошло?
– Почему обратную сторону горы окутал туман?
Ученики чисто на рефлексе отправились к обратной стороне горы. А их лица в этот момент заполонило любопытство.
– Что?
– Нет, этот туман какой-то странный?
Определённый ученик Шаолиньского храма инстинктивно вдохнул туман, и он тут же изменился в лице.
Туман, что он втянул в свои лёгкие, был лишь маленькой частью того тумана, что окружил обратную сторону горы. Это был туман божественного чутья. И тем не менее ученик Шаолиньского храма почувствовал морозную дымку, что заполонила его тело и которая, в свою очередь, ощущалась очень приятно.
– Я тоже это почувствовал.
– Данный туман – это хорошая штука.
– Я чувствую, что травмы, которые я получил во время спарринга, начали стремительно затягиваться.
– Возможно ли, что данный туман является бессмертной ци?
Ученики Шаолиньского храма удивились всему происходящему, и затем они начали оживлённо всё обсуждать.
…
В то же время аббат Хуй Вэнь и главы залов были жуть как шокированы.
– Этот туман!
– Это сконденсированная ци мировой эссенции?
Произнёс трясущимся голосом глава зала боевых монахов. Он был сильно ошарашен.
Все главы залов пробились в “высшее королевство”, поэтому они уже испытали очищение тела ци мировой эссенции. Они, естественно, понимали, какую пользу ци мировой эссенции приносила мастерам боевых искусств.
Остальные главы залов посмотрели друг другу в глаза.
– Следует ли нам сходить к почтеннейшему ради ответов? Должны ли мы спросить у него о том, что происходит?
Через какое-то время предложил глава дисциплинарного зала.
В этот момент туман слишком сильно бросался в глаза. Поэтому они должны были всё выяснить. Да, они знали о том, что Су Цинь ненавидел, когда его тревожили, но у них не было иного выбора. Им придётся собрать всю волю в кулак, дабы отправиться к нему, ведь лишь почтеннейший мог ответить на их вопросы.
…
Обратная сторона горы, запретная зона.
Су Цинь сидел в позе лотоса.
Если ци мировой эссенции, что окружила обратную сторону горы, была в виде тумана, то тут, внутри, туман практически превратился в жидкую субстанцию.
И в подобном окружении Су Цинь почувствовал, что истинная эссенция в его теле начала циркулировать в намного более быстром темпе.
«Неудивительно, что архаты и легенды любили создавать подобные формационные массивы неба и земли. Оказалось, что они приносят невероятно огромную пользу...»
Су Цинь почувствовал, как каждая частичка его тела радостно ликовала.
Затем Су Цинь “выглянул” за пределы обратной стороны горы.
«И они тут?»
Используя всевидящий взор, в виде божественного чутья, Су Цинь, естественно, заметил аббата Хуй Вэня и глав залов, что стояли снаружи обратной стороны горы и колебались. Они не знали, стоит ли им заходить внутрь или же нет.
«Заходите».
И когда аббат Хуй Вэнь и главы залов перекидывали обязанность по зову почтеннейшего друг на друга, в их ушах прозвучал спокойный голос.
– Почтеннейший позволил нам зайти, пойдёмте.
Восторженно проговорил глава боевых монахов, и затем он осторожно вошёл в пещеру, что располагалась на обратной стороне горы.
Аббат тут же последовал за ним, как и остальные главы залов.
И когда они продвигались внутрь, аббат Хуй Вэнь и главы залов смогли почувствовать, что ци мировой эссенции в пещере начала становиться всё плотнее и плотнее.
В конце концов они увидели Су Циня, что сидел в позе лотоса. Он был окружён белой дымкой: он выглядел как божество, что отдалённо походило на Будду.
««Приветствуем почтеннейшего»» , – аббат Хуй Вэнь и главы залов поклонились.
Обновлено: 13.02.2026