<Ты очень много работала в течение жизни. Поэтому теперь можешь оставить нас и путешествовать, сколько угодно.>
Слова Эдгара принесли мне утешение. Они действительно заставили меня задуматься о путешествии, в которое я отправлюсь прямо сейчас.
— Большое спасибо, Колтон.
— Пожалуйста. Я искренне благодарен вам.
Колтон низко поклонился, а после снова встал.
— Желаю вам счастливого пути.
Колтон развернулся и увел, не говоря ни слова, будто пришел лишь за этим.
Как ни странно, это зрелище его ничуть не опечалило.
— Дворецкий, конечно, хорош.
Рона проворчала плачущим голосом.
— Почему?
— Видя, что вы уходите, так прощается. Если герцог узнает…
Я подняла указательный палец и тихо поднесла к губам.
— Да, я ничего не скажу. Правда.
— Какой силой обладает Колтон? Уйти сейчас — моя собственная воля.
— Леди, пожалуйста, скажите мне. Почему вы так упорно твердите, что хотите уйти? Вы можете задержаться подольше.
Рона говорила серьезно, держа меня за рукав. Глядя на это, я последовательно покачала головой.
— Рона, меня тошнит от этого места.
— ...
— Правда, мне все надоело. Здесь я чувствую себя, как в тюрьме.
— Леди.
Рона, державшая мою руку, медленно отпустила её.
— Подумай об этом. С тех пор, как я пришла, у меня не было никакой свободы.
Когда я заговорила, прошлое пролетело перед глазами в одно мгновение.
— Сначала мама, потом Амоид. У меня не было ни одного комфортного дня. Я всегда была очень одинока.
Мне больше не нужно ни на кого смотреть. Не нужно беспокоиться о том, что меня поймают на контакте. Не нужно выслушивать оскорбления от Камиллы.
Идеальное прощание с бесконечно увядающими днями.
— Поэтому просто улыбнись и попрощайся со мной.
— ...
Рона больше ничего не ответила, лишь свесила голову. Я повернулась и посмотрела на Джина.
— Джин, не обижайся, если Нуар иногда будет воровать рыбу.
— Конечно, я не буду, — Джин отвечал, основательно икая.
— Теперь мне действительно пора.
Прежде чем сесть в карету, я в последний раз оглянулась. Особняк герцога, где я жила все это время, ничем не отличался от обычного пейзажа.
Внешний вид, сияющий в полуденном солнечном свете, все еще ослеплял.
— Пора идти.
Через некоторое время дверца кареты закрылась, и та со ржанием лошадей двинулась вперед.
Голос Роны, плачущей и зовущей меня, раздавался вдалеке.
Я вышла не через парадную дверь герцогства, а через заднюю.
Способ скрыть мое присутствие.
Для меня же это знакомая дорога, которой я прибыла в особняк. И всякий раз, когда у меня была возможность пойти повидать младших братьев и сестер, я пользовалась этим путем.
Скрытно, чтобы никто не увидел.
Привратники, охранявшие задние ворота особняка, увидели кучера и подняли руки.
Как только тяжелая золотая дверь открылась, карета снова набрала скорость.
Я высунула голову из окна.
Когда карета уехала, железная дверь снова закрылась. Место, куда я никогда больше не вернусь.
— Пожалуйста, езжай в порт.
Сказав это, я тихо обняла сумку.
Чтобы добраться до порта, нужно пройти через центр города. А пути от резиденции герцога до центра занимал довольно много времени. В конце концов карета выехала на главную дорогу городу и притормозила.
В центре оживленной столицы теперь было тихо.
На улицах можно увидеть людей, сбившихся в группы и обсуждающих войну. Общая атмосфера была хаотичной.
Карета двигалась с соответствующей скоростью.
Вскоре появилась знакомая торговая улица.
— Подожди, остановись.
Карета остановилась по моей внезапной просьбе.
— Подожди минутку.
Кучер кивнул. Я расплатилась зе беспокойство и вышла из кареты.
— ...
Передо мной был магазин десертов, куда мы с Амоидом приходили прошлой весной.
Когда я вошла, увидела владельца и персонал. Они приветствовали меня с теми же дружелюбными улыбками, что и раньше.
— Вы пришли одна?
Я кивнула.
— Хотите сделать заказ?
— У вас есть клубничный торт?
Я бормотала, глядя на витрину.
— Ах, сейчас не сезон, поэтому у нас нет клубники.
— Тогда… Дайте мне этот.
Я протянула руку, указывая на десерт за витриной.
— Да, пожалуйста, подождите.
Я подошла к стулу и села. В руках у меня была только вылинявшая кожаная сумка.
Все в магазине были яркими и блестящими. Здесь достаточно мирно и уединенно, чтобы можно было забыть о войне.
Люди, которые заполнили магазин, пили ароматный чай, ели угощения и разговаривали во время еды.
Если и было отличие от моего прошлого визита, так это тема обсуждений.
— Разве рыцари тамплиеры не участвуют в войне? Наша империя никогда не проиграет. Никогда.
Я услышала голос пожилого мужчины.
— Могут ли они драться, как следует, если их командир было давно болен? Говорят, рыцари во главе с Его Высочеством наследным принцем тоже примут участие.
На вопрос ответила женщина средних лет.
— Если бы герцог не вернулся, Его Высочество командовал бы армией.
— Меня все равно беспокоит другое. Потому что Лилос заключили союз с другой страной…
— В зависимости от переговоров война может закончиться бескровно.
— Если у Лилоса будет желание. В любом случае, это неприятная война во всех отношениях. Война, которая началась всего с одной драгоценности.
— Это не просто драгоценность. Она стоит целое состояние.
Группа гостей, поедая торт, болтала о войне.
На самом деле, победа или поражение не имели значения. Главное, чтобы Амоид вернулся живым и здоровым. Даже если его возьмут в плен, я молюсь, чтобы он выбрался.
Обновлено: 12.02.2026