Глава 17 — Глава 17.

Я произнесла эти слова, закрыв глаза. Услышав мой ответ, Амоид выдавил из себя смешок. — Итак, ты имеешь ввиду то, что мне нужно поскорее завести ребёнка, потому что я могу скоро умереть. Его тон был таким холодным, что я съёжилась ещё сильнее. — И сегодня тот самый день? Его голубые глаза осмотрели меня с головы до ног. На мне было тонкое сексуальное неглиже, специально предназначенное для сегодняшнего вечера. Я была переполнена стыдом и смущением. — Д-доктор рекомендовал нам зачать ребёнка сегодня, так как это наиболее подходящий день. Должна ли я рассказать ему больше? Я провела неделю, принимая специальное лекарство, назначенное доктором, чтобы подготовить своё тело к зачатию, и ела только ту пищу, которая была полезна для беременности. — И всё? — Всё?.. Я колебалась, потому что не знала, о чём он спрашивает. — Они тебя больше ничему не учили? Он улыбнулся, приподняв уголок рта. — Ну... Услышав его вопрос, я начала вспоминать всё, что узнала за последнюю неделю, одно за другим. Я должна есть полезную для беременности пищу… Мне нужно регулярно принимать лекарства... — О-они учили меня и ещё кое-чему... — Например? — Какую пищу я должна есть, какой язык тела у меня должен быть и так далее... Смутившись, я сказала то, что было у меня на уме. — Я не об этом спрашивал. — ... Я опустила глаза и уставилась на свои пальцы, погружённая в свои мысли. Было трудно понять смысл его вопроса. Что он хочет от меня услышать? — Что самое важное из всего, чему они тебя научили? Его сонный голос эхом отдавался в моих ушах. Этот голос напомнил мне о "чём-то", чему я научилась у конкретного учителя, которого специально пригласили на прошлой неделе. Это было половым воспитанием. Он спросил тихим голосом: — Разве они тебя не учили?  — …  Конечно, меня учили этому. Я даже читала книги со всевозможными картинками и слушала множество излишне подробных объяснений...  Когда я вспомнила, что видела в тех книгах, моё лицо снова покраснело от смущения. [Амоид физически слаб, поэтому ты должна быть той, кто возьмёт на себя инициативу. Хотя, не дави на него слишком сильно, делая это.] В этот момент в моей голове всплыли слова Камиллы. [Если у него появятся какие-либо признаки судорог, немедленно остановись и позови на помощь. И не волнуйся слишком сильно. Ты делаешь это не ради удовольствия. Это важное обязательство для рождения наследника Герцогства Эфрет.] Каждый раз, когда слова Камиллы приходили мне в голову, моё лицо краснело всё сильнее. Моё лицо стало таким горячим, что я могла чувствовать тепло, даже не прикасаясь к нему. — Я тронут до слёз заботами моей матери и Раймонда, – сказал он с насмешкой, как будто уже знал ответ, не слыша моих слов.  — Иди сюда.  Амоид протянул ко мне руку.  Его сонный голос щекотал мои уши. Удивлённая его жестом, я сделала пару шагов назад.  — Что?  — ...  Он оглядел меня с головы до ног и ухмыльнулся. — Разве не для этого ты здесь? Зачать ребёнка от мужа, который может вскоре умереть. Да. Он прав, но… Наверное, я ещё не готова к этому. Мои ноги задрожали, прежде чем я поняла. Если подумать, раньше я только смотрела на фотографии и слушала многословные объяснения. Я никогда этого не испытывала. Почему-то мне становится страшно... — Ты не хочешь этого? Я ясно видела презрение на его лице, когда он задал этот вопрос. Тем не менее, я не могла убежать. Я не могла отступить. Я глубоко вздохнула и приблизилась к нему робкими, маленькими шажками. Каждый шаг давался мне с трудом. И когда я подошла к кровати… — Чему тебя научила моя мать? Он вдруг повернул голову и уставился на меня. Мне захотелось убежать, когда я поняла, что мои ноги и руки дрожат сильнее, чем раньше. Моё лицо тоже заметно покраснело. — Сделай это, как учила тебя мать. — … — Почему ты так себя ведёшь? Я не могла даже поднять голову, чтобы посмотреть ему в глаза. В тот момент всё, что я выучила и запомнила, стало бесполезным. — Ты не можешь этого сделать? – саркастически спросил он. — Я... я... Мои глаза затряслись, а тело задрожало от страха. В то время я была по-настоящему напугана. Независимо от того, насколько он был красив, сегодня я впервые встретила его… Огромный страх, который я прятала глубоко в своём сердце, начал выливаться наружу, и мой разум был полон смятения. — Я... я имею в виду... ну... Мне хотелось плакать. Крепко вцепившись руками в край пеньюара, я собралась с духом и попыталась снять его. Внезапно твёрдая рука схватила меня за запястье и потянула. — … Я поняла, что лежу под ним на кровати. Я инстинктивно посмотрела на него. Как пойманная бабочка, он прижал меня обеими руками, сжимая мои запястья. — Ух, ну... Я попыталась вывернуть запястья, но совсем не могла пошевелиться. — Ты знаешь, что произойдёт, когда супружеская пара – нет, мужчина и женщина – останутся одни в закрытой комнате? Он наклонился ближе. Его тело тесно соприкасалось с моим, и он прошептал: — Я уверен, что ты всё это выучила. Мать, должно быть, использовала все свои личные связи, чтобы предоставить тебе лучших учителей, которые научат тебя этому. Смотря в его блестящие голубые глаза, у меня перехватило дыхание. Невообразимое количество страха душило меня. — Что ты должна делать, как ты должна реагировать... всё. Он уставился на меня, как змея, наблюдающая за мышью, прежде чем напасть на неё. — Ах... мама отправила тебя в мою спальню, не сказав тебе об этом? И ты пришла сюда, чтобы разобраться со мной, ничего не зная? Угх, серьёзно, что ты имеешь в виду? О чём, чёрт возьми, ты говоришь? — Я-я, Ваша Светлость… хеуб... Когда я собиралась сказать что-то ещё, одна из рук Амоида, которая сжимала мои запястья, внезапно обвилась вокруг моей шеи. Не верю... Ты действительно собираешься убить меня? — Нет, всё не так. Ваша Светлость, пожалуйста, пощадите меня… Пожалуйста... Я упала, пытаясь убежать от него. — Я думаю, ты не знаешь своей настоящей роли. На самом деле, сегодня ты для меня в значительной степени жертвенное приношение, – сказал он тоскливым голосом. — Если я убью тебя сегодня, мама просто снова пошлёт другую женщину в мою спальню. Тогда мне придётся убить и её тоже, и следующую женщину, которая придёт после этого... Свободной рукой я схватила его за руку, которая собиралась задушить меня за шею. На самом деле он не прикладывал никакой силы к моей шее, но я уже задыхалась, как будто меня душили. — П-прекратите... Слёзы потекли по моему лицу. Как бы я ни старалась освободиться, двигая конечностями, я не могла превзойти силу мужчины. Мне показалось, она сказала, что он болезненный и слабый! – мысленно прокричала я. Каждый раз, когда Камилла рассказывала мне о своём сыне, она всегда заканчивала свои слова словами:  — Потому что мой сын болен... — Пожалуйста... Я сжала его руку и посмотрела на своего "мужа". Он уставился на меня своими горящими голубыми глазами. В этот момент я почувствовала, что сила, которую он оказывал на мою шею и запястья, ослабла. Через некоторое время он отпустил мою шею и запястье. Я быстро встала на ноги. — Хеук, хеук... Я села на пол в спальне и перевела дыхание, пытаясь успокоиться. Внезапно я почувствовала мурашки по коже от постоянного пристального взгляда Амоида. — Проваливай. — … — Я сказал, проваливай. — Ваша Светлость... — Ты меня слышишь? Я же сказал тебе валить отсюда. — Я не могу этого сделать. Как только он встал, я вцепилась в его ногу и взмолилась. — Пожалуйста, Ваша Светлость… Я... я должна провести свою первую ночь здесь сегодня. Я должна это сделать. Только тогда я смогу получить финансовую поддержку, обещанную Камиллой, и защитить своих младших братьев и сестёр. Если бы всё закончилось вот так, я бы вообще ничего не получила. — Почему я должен разрешить тебе сделать это? В его тоне слышалась явная насмешка. — А? Ну, это... Я замолчала и закрыла рот. Я не могла ему сказать. Это было чётко прописано в контракте между мной и Камиллой. [Если содержание контракта просочится к третьей стороне, "Б" заплатит штраф.] Деньги. Деньги – самая страшная вещь. В тот момент, когда я расскажу своему мужу об этом контракте, всё закончится. — Э-это единственный способ быть признанной официальной Герцогиней. Я придумала правдоподобное оправдание после того, как порылась в своей голове. Услышав мои слова, лицо Амоида мгновенно наполнилось отвращением. — Я не хочу, чтобы меня выгоняли. Ваша Светлость просто в конечном итоге обзаведётся другой женой, но мне некуда будет идти, если меня выгонят. Я произнесла эти слова, не задумываясь. Я крепко зажмурилась и закончила: — Если Ваша Светлость хочет убить меня, сделайте это. Но я не могу уйти. Он ведь на самом деле не убьёт меня, верно? Я слепо доверяла ему, произнося эти слова. И после этого… — … Лязг. Я медленно подняла голову на звук металла. Я похолодела, когда увидела, что он достал. Серебряное свечение острого металла было отчётливо видно в темноте. Это был кинжал. — Я... Смотря на этот кинжал, я замерла и закрыла рот. Он встал и медленно подошёл ко мне. Когда я увидела, что он приближается, мне показалось, что весь мой мир погрузился во тьму. Я мысленно винила свой застывший рот и неподвижное тело. Ты действительно собираешься убить меня? Неважно, как я выгляжу, похоже, ты серьёзно собираешься это сделать. Не слишком ли это жестоко? — П-пожалуйста, пощадите меня. Я топнула ногами, отступила и покачала головой. Это был брак по контракту. Я не могла поверить, что умру в первую же ночь. Он посмотрел на меня убийственными глазами и усмехнулся. — Как ты можешь входить в спальню человека, которого никогда раньше не видела, когда ты ведёшь себя, как нашкодившая кошка? Это было сказано, несомненно, угрожающим голосом.