— Подожди, — я снова удержала его. — Тебе это не нравится?
Я не могла сдержать слезливый голос.
— Почему ты такая...
Но прежде чем я успела ответить, первым заговорил Амоид:
— Тебе придётся растить этого ребенка без меня.
— ...
— Ты знаешь, что это значит? Это значит, что когда ребёнок родится, он даже не сможет увидеть лицо своего отца?
— Амоид...
— Я не знаю, сколько времени я проведу с ним.
— Почему ты так говоришь? Почему?
Он слегка улыбнулся.
— Я ведь уже говорил, что все равно умру. Даже если не сейчас, то позже точно. Мы можем лишь отложить дату смерти, — он продолжал говорить сдавленным голосом. — Ты ведь видела мою маму. Кажется, у меня осталось не так много времени.
Все умерли преждевременно.
Голос Камиллы звенел в ушах.
Моя хватка ослабла, из-за чего я упала на кровать.
— Лучше взять небольшой перерыв. Должно быть, ты очень удивлена сегодня.
Амоид нравился к двери. Единственный звук, который я слышала, это закрывающаяся дверь.
* * *
Мой разум был сбит с толку.
Даже покинув комнату Селены, Амоид долго не мог уйти и оторваться от неё.
Какое у неё сейчас лицо, когда она лежит на кровати по ту сторону двери? Плачет? Швыряет подушку и ругается на бессердечного мужа?
В любом случае, последнее — лучший вариант. Лучше всего ненавидеть и игнорировать мужа, который все равно не мог долго оставаться рядом с ней. Это ради неё самой, чтобы Селена не строила даже малейшие ожидания.
Через некоторое время Амоид повернулся и направился в резиденцию Камиллы.
Перед комнатой не было ни слуг, ни служанок.
Когда Камилла была с Раймондом, все тут же расходились. Поэтому ничего удивительного. Зависимости Камиллы от доктора с каждым днем становилась все хуже и хуже.
Изнутри послышался стонущий звук. Амоид потихоньку толкнул дверь и прислушался к разговору внутри.
— Успокойся, Камилла. Мы ведь еще даже не уверены в факте беременности.
— Говорили, что загорится звезда наследника! — послышался крик Камиллы. — Так и должно быть! Я думаю, что ребенок уже в животе. И после благополучных родов...
— ...
— Раймонд, ты готов?
— Да.
На лице Раймонда появилось недовольное выражение.
— Ни за что. Сразу после рождения ребенка...
— Да, чем больше провести времени с ребёнком, тем хуже. Готовьтесь немедленно отправить его в “Метис”. Раймонд, пока ты со мной, все в порядке.
— С моей рекомендацией герцога легко примут. Все хорошо. Я всегда буду на связи.
— И мне придется попросить Мелвина идеально оформить бумаги. Потому что, если жена сойдет с ума, это прекрасный повод для развода.
Амоид медленно отошел от двери. Это история, которой не стоит удивляться.
Камилла сошла с ума с того дня, как её сын заболел. Однажды все дошло до апогея, когда в его комнату ворвалась женщина, которую он не видел прежде, и попросила жениться на ней только на бумаге и родить ребенка.
Амоид вернулся в свою комнату и позвал дворецкого.
— Вы хотите что-то сказать?
— Позови Мелвина завтра.
— Хорошо.
* * *
На следующий день Мелвин, эксклюзивный адвокат и законный представитель герцога, посетил особняк.
— Вы звали меня, герцог?
Мелвин поставил сумку и стал ждать ответа.
— Да, давно не виделись.
Амоид приветствовал его, полусидя на стуле.
— Кажется, мы действительно давно не виделись.
— Потому что все время Мелвин разговаривает лишь с мамой, не так ли?
— Поскольку герцог болен, госпожа Камилла просила меня обсуждать все юридические вопросы с ней.
— И дела моей жены?
— Я не совсем уверен, что вы имеете в виду.
— Какие у вас дела с моей мамой?
— Я не понимаю вас, — сказал Мелвин, не меняясь в лице.
Мягкая улыбка расползлась по губам Амоида, отчего его лицо стало жестоким.
— Да, Мелвин. Как и ожидалось, вам можно доверять.
Мелвин — компетентный юрист. Он не был верен одному лишь клиенты. Однако, получая запрос, всегда держал обещание, несмотря ни на что.
— Вы никогда не расскажете мне о делах мамы и жены.
— ...
— Поэтому и они не узнают, о чем мы здесь говорили.
— Конечно. Юрист уносит все секреты в могилу.
Амоид молча кивнул.
— У вас есть заказ для меня?
Амоид медленно поднялся из-за стола, на который опирался.
— Моя жена, — его глаза излучали ярко-голубой свет. — Я хочу, чтобы она жила безопасно и в процветании даже после моей смерти.
— ...
Мелвин почувствовал необычную ауру от молодого герцога.
— Поэтому я бы хотел переписать завещание, — Амоид улыбнулся.
— Завещание?
Мелвин посмотрел на него с несколько жутким чувством. Его клиент — молодой и немощный герцог. У него было много денег.
Поэтому он написал завещание очень рано. Когда ему было лишь пять лет. И никогда Амоид не желал переписать его.
Но почему теперь герцог поменял решение?
— Вы хотите добавить пункт о герцогине?
— Да.
— Какой?..
— Если моя жена окажется сумасшедшей, мы автоматически разведемся, не так ли?
Вместо ответа Амоид вдруг задал вопрос. Не совсем такого ответа ожидал юрист.
— ...
— Если у нас будет ребенок, что жена получит взамен?
— ...
— Когда я умру, что будет с моей женой?
Мелвин молча выслушивал все вопросы, сыплющиеся, как горящие стрелы.
— Извините, я ничего не знаю.
Он низко склонил голову.
— Тогда нужно составить завещание, чтобы таких вопросов вовсе не возникало.
— Да?..
Амоид ничего не сказал и только щелкнул языком.
При этом жесте руки Мелвин изменил слегка взволнованное выражение лица.
— Хорошо.
Он поспешно достал из сумки перо и бумагу и сел на стул. Его руки были заняты тем, что наносили чернила на кончик пера.
— Что бы вы хотели добавить к своему завещанию?
— После моей смерти я немедленно заплачу своей жене Селене 10 миллионов дукатов золотыми монетами.
Рука, играющая с пером, на мгновение остановилась.
— Да.
Единственным звуком стал стук гусиного пера по бумаге.
— И... Поместье в южной части империи я велю отдать моей жене, Селене Ифрет.
На этот раз перо сломалось.
— Мне жаль.
Чернила, размазанные по бумаге, восстановить невозможно. Мелвин быстро достал новый лист бумаги и размазал чернила по другому перу.
— То. что я услышал, верно?
Не веря глазам и ушам, адвокат снова спросил герцога. Но Амоид лишь кивнул.
— Верно.
— По моему юридическому мнению, алименты, которые берут жены при разводе в аристократических семьях, — это украшения, платья и другие предметы мебели.
Обновлено: 12.02.2026