Глава 3 — Глава 3: Часовня и Кровавый Очаг

Глава 3: Часовня и Кровавый Очаг** **— Склоны Часовой Горы. 7:08 утра. Температура: −48°C. Ветер: 25 м/с.** Метель была слепым, яростным зверем. Алина тащила Милану, проваливаясь по пояс в сугробы. Кристалл Стрибога пылал слабым рубиновым светом, создавая хрупкий купол тепла. Без него они бы замерзли насмерть. Правая рука и ноги теряли чувствительность от обморожения. > **«Морозные Щенки Вельзевула (x4) в погоне!»** Сзади, сквозь вой ветра, прорывался **тихий, многотонный скрежет**. Щенки. Твари размером с волка, сплетенные из теней, льда и острых сосулек. Их глаза – узкие щели синего пламени. — Не оглядывайся! – крикнула Алина, но голос утонул в буре. Милана молча ковыляла, лицо спрятано в шарфе, окровавленная рука прижата к животу. **Огонек!** Он был ближе. Тусклый, желтый, у самого подножия скалы. Но между ними и спасением — **пропасть**. Глубокий овраг, заполненный снежной взвесью. Перейти можно было только по хлипкому, обледенелому **мостику из досок**. — Держись за перила! – Алина втолкнула Милану на мост. Доски скрипели, прогибались. Ледяной ветер бил в бок, пытаясь сбросить их в белую бездну. Она обернулась. Четыре синих точки пламени вынырнули из снежной завесы. Щенки скользили по поверхности сугробов. — **Искра Памяти!** – выдохнула Алина, вцепившись в образ Саши, каким он был в детстве – смеющийся, держащий ее за руку на солнечной поляне. Золотистый свет вспыхнул. Снег под ногами растаял, превратив мост в скользкую корку. Свет **обжег** ближайшего щенка! Тварь завизжала. Остальные трое замедлились, шипя. — Беги, Мила! К огоньку! – Алина оттолкнула девочку. Сама развернулась, подняв монтировку. **Искра гасла.** Первый щенок прыгнул. Алина едва подставила монтировку. Сосульки-клыки скользнули по металлу. Холодный туман обжег лицо. Второй щенок вцепился ей в ногу! Штанина обледенела до колена. Дикая боль! — А-АРГХ! – Алина ударила монтировкой по голове твари. Щенок отлетел. Третий и четвертый обходили с боков. Мост жалобно заскрипел. Доски под ногами Алины **подломились!** Она провалилась по пояс! Рука ухватилась за балку. Монтировка улетела вниз. Щенки подползали к краю провала. Холод и страх парализовали. Внезапно надрывный крик Миланы: — АЛЯ! ЛОВИ! Что-то маленькое и тяжелое ударило Алину в плечо. **Нож для масла!** Девочка метнула его через всю длину моста! Инстинкт сработал быстрее мысли. Алина, вися над пропастью, всадила нож в синюю щель глаза ближайшего щенка! Тварь взвыла и рассыпалась ледяной пылью. Остальные замешкались. Этого мгновения хватило. Алина выкарабкалась. Она бросилась к концу моста, где Милана, рыдая, тянула к ней руки. **БА-БАХ!** Мост рухнул, унося двух щенков. Третий остался по ту сторону трещины, завывая. Алина рухнула на колени у источника света. Это была **Часовня**. Вернее, руины. В алтарной части, среди обломков, горел **костер**. Топливом служили **книги**. А посреди пламени, странным образом не сгорая, стояла **почерневшая икона Николая Чудотворца**, излучающая свет. У костра сидел человек. — Саша?! – хрипло крикнула Алина. Человек обернулся. Это был не Саша. **Перед ними сидел священник.** Ряса изодрана, покрыта бурыми пятнами. Лицо — изможденное, глаза горели лихорадочным блеском. В руке — **обломок креста**, острый, как кинжал. * **Имя:** Отец Арсений | **Статус:** «Охотник на Теней» — Не подходи ближе! – голос хриплый, но твердый. Он ткнул обломком в сторону Алины и Миланы, взгляд прилип к **кристаллу Стрибога**. – Чьи вы? Вельзевула? Или Ледяной Вдовы? — Мы... из общежития... – Алина с трудом выговорила, падая к костру. Тепло пламени было блаженством, но **боль от отогрева** заставляла кричать. – Брат... Саша... он должен быть в бункере... — Бункер? – священник горько усмехнулся, указывая обломком в угол часовни. – Он *здесь*. За грудами обломков виднелся **взломанный люк**. Рядом — **замерзшая лужа крови** и... **человеческая кисть**, сжимающая обрывок карты. На безымянном пальце — Сашин перстень. — Нет... – прошептала Алина. Милана прижалась к ней. — Он был жив, когда я нашел его, – отец Арсений говорил резко. – Выбежал сюда, преследуемый Стужами. Но бункер... был не пуст. Там ждала **Ледяная Вдова**. – Он содрогнулся. – Она... высасывает тепло и память. Оставляет ледяные мумии. Саша... он успел крикнуть, что ждет сестру. И захлопнул люк изнутри... > **Система:** «Обнаружена сущность: «Ледяная Вдова» (Демон Хаоса)» > *«Порождение Вельзевула. Охотится на носителей Искр Памяти. Плетет паутину из оледеневших душ.»* > **Местоположение:** Нижний ярус бункера. Внезапно костер **взвыл**. Пламя метнулось. Икона Николая **заплакала кровавыми слезами**. Тени сложились в очертания **гигантской женской фигуры** с ледяными щупальцами. **«Она знает, что ты здесь, носительница Осколка...»** – проскрежетал голос Вельзевула. — **«Она голодна... Твоя боль – изысканный соус...»** Отец Арсений вскочил, крест-кинжал наготове. — Вдова просыпается! – он бросил в костер толстый том. – У тебя есть выбор, дитя. Он посмотрел на Алину. Глаза горели решимостью. — **Первое:** Бежать. Сейчас. Шанс есть. Но девочка... – кивнул на Милану, – не выдержит. И Вельзевул не отпустит Осколок. — **Второе:** Вниз. К Вдове. – Он сжал крест. – Уничтожить ее. Это ослабит Вельзевула. Шанс мизерный. Но если у тебя есть Искра... Осколок... и **ярость** за брата... > **«Квест: Сердце Ледяной Вдовы»** > **Цель:** Спуститься в бункер. Уничтожить Ледяную Вдову. > **Награда:** «Слеза Стрибога», Знание о «Пантеоне Раскола», Освобождение Часовни (Убежище). > **Штраф:** Смерть. Переход в слуги Вельзевула. > **Особое:** Только для носителей «Искры Памяти». Алина посмотрела на Милану. На залитый кровью люк. На кристалл Стрибога, горевший на ее груди **багровым** светом. В ушах стоял предсмертный крик брата. Боль и ярость слились в ледяной шар. Сильнее страха. Сильнее отчаяния. Она подняла тупой, окровавленный нож. — Открывай люк, батя, – голос тихий, как скрежет льда, твердый, как сталь. – Я иду к Вдове. За Сашу. За всех. Отец Арсений кивнул, в глазах мелькнуло уважение. Или жалость. — Тогда прими это, воительница, – он протянул ей **обломок креста**. – Он жаждет демоньей крови. И помни: ее слабость – **живая память**. Горячая. Яростная. Алина взяла крест. Металл обжег ладонь. **«Кинжал «Распятый Гнев»»** Она посмотрела на Милану: — Останься с отцом. Держись огня. Я вернусь. Девочка молча кивнула, глаза огромные от ужаса, но с искоркой доверия. Отец Арсений отодрал замок на люке. Оттуда потянуло запахом **смерти, крови и леденящей пустоты.** Алина сделала шаг вниз. Кристалл вспыхнул алым предупреждением. **«Ледяная Вдова пробудилась. Охота началась.»** Тьма поглотила ее. Люк захлопнулся. Последнее, что она услышала сверху – плач Миланы и нарастающий, похожий на бритвенный скрежет, **смех Вельзевула**. Система прошептала: > **«Иди, Пылинка. Стань Искрой, что подожжет Ад.»** Внизу, в кромешной мгле, что-то **большое, холодное и бесконечно голодное** зашевелилось.