Поворотным моментом, запустившим осознание, был поход к матери.
Мы у друг друга одни остались, вся остальная родня давно почила. Так что, ценили связь как Зеницу ока.
Я знал, что она меня выслушает, поймёт и поддержит.
Вот я и завалился к ней вечером того же дня и на духу выложил всё, что держал в себе, всё что происходило со мной.
Она кивала, охала и нежно, как может только мама, гладила по голове.
Потом она встала из за стола и повозившись в шкафу, принесла сверточек:
- Походи по дому с зажженой свечкой, сходи исповедуйся у батюшки.
В бога я не верил и этот совет заставил меня прямо таки скривиться. Свёрток конечно взял. Чтобы не обижать.
Просидели мы до глубокой ночи. Мама рассказывала как у неё дела, периодически напоминая о важности свечи и исповеди.
Домой идти не особо хотелось, но от реальности бежать под юбку не стоит.
Покинув квартиру матери, я ещё немного погулял по парку и вошёл в свой дом.
Он казался мне до омерзения чужим. Дом, где я жил с детства и нянчился бабушкой с дедушкой, словно отторгал меня.
Помню, как я давился едой той ночью и ежился от неведомых ощущений.
И бац! Дернуло меня что-то.
Любопытство или слова матери, шут его разбери теперь.
Зажег тонкую, тёмно оранжевую свечку и подсвечивая огоньком, пошёл впотьмах до туалета.
Стоило мне преодолеть свою комнату и пройти зал, как огонь затрещал словно бенгальский огонь. Я едва не выронил подсвечник.
Свеча неистово чадила, выплевывая чёрные сгустки копоти. Не являясь набожным я слышал, что это плохой знак.
Ох и струхнул я тогда, аж попятился. Вот тут-то и произошло неожиданное - пламя прекратило безумный танец, как только я вновь оказался в зале.
Чудно, не правда ли? Да что там!
Вытянув свечу за пределы зала, я вновь увидел эту чертовщину.
Переступив через нарастающую тревогу, я вымеряя каждый шаг брел, направляемый усиливающейся реакцией свечи:
В коридор к прихожей, огонь чуть утихал.
Возвращаюсь, вновь бешеный танец.
Тени жутко плясали на стенах, но почему-то свет включать я не стал.
Я замер у двери комнаты из которой переехал в начале этого года.
В ней жил как мой дед, так и растился отец. Потом там находилась и моя кроватка, с возрастом преобразовавшаяся в двуспальное ложе. Сам я планировал в будущем организовать в комнате детскую, словно чтя неписанное правило предков.
У двери свечка вела себя особенно дико.
Прикрыв рукой взбесившийся огонь, я медленно открыл дверь.
Издав громогласный треск, свеча дрогнула и погасла.
Я замер в темноте, боясь двинуть и пальцем.
Воображение рисовало нечто, шевелящееся во тьме у кровати.
Воображение ли?
Обновлено: 18.02.2026