Глава 68. Кровавая цена
Двигаясь по медленно успокаивающемуся коридору, я постепенно возвращался в свою основную форму дляданной реальности. Так что к камерам, где сидели Лейстренджи, я подошел, уже имея вид невысокого школьника, с растрепанной черной прической и в очках.
— Мистер Лейстрендж. Мистер Лестрейндж, — последовательно кивнул я Рабастану и Родольфиусу.
— Кто ты, ..., такой, и какого ... здесь вообще творится?! — возмущенно поинтересовался Рабастан.
— Кто я — совершенно не важно, — я пожал плечами. — А «что происходит»... Вынужден с глубоким прискорбием сообщить, что мужская линия дома Лестрейндж — пресеклась. Увы. Это тяжелая потеря для всего Магического мира Британии...
Тут Родольфиус, до этого момента слушавший то, что я нес в некотором ошеломлении, рассмеялся.
— Шел бы ты домой, мальчик! А то тут охранники — злые, как набегут...
О том, что я должен был как-то пройти мимо этих «злых охранников» по пути сюда, верный служитель прежнего Темного лорда как-то не задумался. Конечно, можно было и подсказать ему... но зачем? Да и вообще, сама идея поговорить с мертвецами, пусть и еще не догадывающимися о том, что они уже мертвы... Только что она казалась мне хорошей идеей, но теперь это изменилось.
Алый шарик гудящего света раскрутился над моей раскрытой ладонью.
— Ты думаешь напугать нас детским фокусом? — усмехнулся Рабастан. — Да этим ты...
Тонкий луч вырвался из светящейся сферы и дважду пересек решетку, и горло Родольфиуса Лейстренджа. Решетка с грохотом обрушилась вниз, а следом, в вихре кровавых капель рухнула и голова мужа Беллатрикс. В принципе, можно было забрать доказательство «внесения оплаты» и уходить... Но в эмоциях, темным облаком окружавших Беллу, я различил жажду уничтожения не только мужа, но и всего дома Лестрейндж. Так что я решил «слегка переплатить», тем более, что это было для меня не слишком трудно. Луч разрушения сверкнул снова, и вторая голова покатилась на серые камни Каэр Азкабан.
— Парень... как... тебя... зовут?! — спросил узник, сидящий в соседней камере.
Я уже было собирался ответить избитой шуткой о том, что меня редко зовут, и что я гораздо чаще прихожу сам... но в глазах человека светилась такая яростная надежда...
— Ксенос Морион, — я склонил голову. — А Вас?
— Я, Антон Викторович Долохов присягаю и клянусь в верности Ксеносу Мориону, — узник опустился на одно колено.
— Антон? — удивленно переспросил я.
— Эти островитяне не умеют правильно произносить наши имена. Вот и прозвали Антонином, — горько усмехнулся Долохов.
Я отметил галочку в своих планах. Еще одна угроза была стерта из будущего Миа. Да и приобретение было более чем полезное: страшные легенды о похождениях Антонина Долохова, «правой руки Темного лорда» (Интересно: сколько всего у него было правых рук? И почему не было ни одной левой?), до сих пор передавались из уст в уста среди авроров.
— А не боишься приносить такие клятвы? — усмехнулся я. — Вдруг я потребую от тебя убить Беллатрикс? — выбрал я один из вариантов «задания» вспомнив о том, что Долохова, собственно, и схватили, когда он попытался отбить у охраны Беллатрикс Лестрейндж.
— Не думаю, — покачал головой Антонин. — Ты идешь со стороны тех камер, в одной из которых держат Беллу. Если бы тебе это было нужно — ты бы уже объявил о «падении дома Лестрейндж», а не о прекращении его мужской линии.
— Браво! — я соединил ладони, насмешливо изображая аплодисменты. — На самом деле, эти головы мне нужны именно для того, чтобы подкупить Беллатрикс...
— Думаешь, сумеешь хотя бы покачнуть ее верность Темному лорду? — удивился Антонин.
— Уже, — ответил я, и огненная линия, след от серо перечеркнула решетку камеры Долохова. — Забирай головы и идем. Не самому же мараться, раз уж под рукой вассал есть?
Долохов криво усехнулся. Вышел в образовавшийся пролом, и одну за другой подхватил за волосы две мертвые головы. Вот такой процессией мы и двинулись обратно, роняя кровавые капли на серый камень.
Беллатрикс встретила нас хищной улыбкой.
— Леди, — обратился я к ней, — стопроцентная предоплата — внесена. Готовы ли Вы уплатить по счету?
— Имя? — только и спросила Беллатрикс.
— Морион, — спокойно ответил я. Узница посмотрела на меня удивленно, но переспрашивать не стала. Видимо, решила, что тот, кто ушел как чернокрылий демон, а вернулся как мальчишка с растрепанными волосами — не может быть просто Гарри Поттером.
— Я, Беллатрикс Лестрейндж, в девичестве Блэк, присягаю и клянусь в верности Мориону, главе дома Блэк.
Долхов удивленно посмотрел на Беллу. Правильно. О таких подробностях своей разнообразной биографии я ему как-то не рассказывал.
Применять что-то новое мне показалось неуместным, так что я снова использовал серо чтобы прорезать проход в зачарованной решетке, и очередной раз убедился в правильности сделанного выбора. Беллатрикс Лестрейндж, в девичестве Блэк ухитрилась горделиво выступать, несмотря на давнее истощение и одежду вида «рубище». Ни изношенная до дыр одежда, ни то, что женщину можно было использовать как пособие по анатомии скелета, ни непрмываемая, в колтунах, «прическа» не играли никакой роли. Передо мной стояла истинная представительница аристократии.
К сожалению, этот миг триумфа длился недолго. Белла пошатнулась и оперлась о стену. Сил ей отчетливо не хватало. Долохов был в лучшем состоянии... хотя и не намного. Я протянул ему рукоятью вперед свой атейм. Антонин взял его, и стал с удивлением рассматривать... Тонкие алые нити вырвались из рукояти ритуального кинжала и впились в держащую его руку.
Антонин выпрямился. Я знал, что с ним сейчас происходит: «Радужный сон» кипел сейчас в его крови, даруя неведомые ранее силы.
— Мне гораздо лучше, — сообщил Антонин, и попытался передать атейм Белле.
— Ненадолго, — «успокоил» я его, когда кинжал исчез из его руки. — Потом тебе будет очень хреново, и пока стимулятор действует — нам надо дойти до надежного убежища.
— И где же это «надежное убежище»? — поинтересовалась Белла.
— Недалеко, — ответил я, завершая мысленное построение. — Антонин, — я улыбнулся, показывая, что намерен и дальше использовать ту форму имени, которая привычна островитянам, — возьми леди Беллатрикс на руки.
— Я могу сама идти! — гордо выпрямилась Лестрейндж.
— Может и можешь, — ответил я. — Но я смогу ВЕСТИ только одного. Второго придется нести. А поскольку мне нужны будут свободные руки...
Белла сморщилась, но подошла к Антонину и обняла его за шею. Долохов подхватил ее, и вопросительно посмотрел на меня.
Я щелкнул пальцами, позволяя Силе течь через подготовленное заклятье, и Черная Дорога развернулась перед нами.
— Идем, — бросил я новым вассалам, и мы ступили на мягко блеснувшую черную железную траву.
Обновлено: 13.02.2026