Глава 60 — Глава 60. О природе проклятий

Глава 60. О природе проклятий Убедить Эмму в необходимости помолвки ее дочери оказалось намного более серьезной задачей, чем договориться с ее мужем. Мама Гермионы наотрез заявила, что ее дочка еще слишком маленькая для столь ответственного шага, и сдвинуть ее с этой позиции было подвигом, подобающим титану класса «Император»*. Тем не менее, несмотря на всю эпичность данного подвига, нам троим (мне, Миа и ее папе) почти удалось его совершить, и к концу завтрака Эмма заявила, что она «подумает» об этом. /*Прим. автора: «Император» — один из двух крупнейших классов титанов (человекоподобных боевых роботов) Империума. Ростом до 54м, вооружен орудиями, достаточно мощными, чтобы равнять с землей города. Несет на себе несколько рот скитариев для защиты от противника, подошедшего вплотную, или десантировавшегося на титан сверху*/ По окончании завтрака, мы дружно направились в гости к тете Анне. Дэн торопил всех, рассчитывая (не без оснований) на то, что мы сумеем-таки разобраться с проклятьем, поразившим его сестру. Вчера, по приезде я уже собирался было заняться этим, но появление Источника меня просто вырубило, что списали на усталость от длинного путешествия. Так что приветственная церемония была быстренько свернута. О степени моей адекватности в процессе установления связи с Источником красноречиво говорит тот факт, что я завязался спорить с Гермионой, и пообещал ей показать: как это, спать на потолке и чтобы одеяло не падало. А поскольку мне еще и хватило ума не клястся, а просто пообещать — то пришлось исполнять, хотя к тому времени, когда мы отправлялись спать, я уже пришел в себя, и вполне осознал, какую глупость ляпнул. Но глупость, или нет, а пообещал любимой — исполнил. Зато утром, когда Миа вошла в выделеную мне комнату в привычной пижаме в золотистые котята, мне пришлось предпринимать изрядные усилия, чтобы скрыть от девочки, что воспринимаю ее отнюдь не только как партнера по невинным играм и объект платонических ухаживаний. А ведь организм уже вполне себе реагировал на близость весьма привлекательного партнера, и спрятать эту реакцию было нелегко, а если бы не контроль тотемного оборотня — задача и вовсе могла оказаться невыполнимой. И мне еще повезло, что Миа, как и все тотемные оборотни, оборачивается вместе с одеждой, и после обратного оборота осталась в той же пижаме, в которой пришла. В противном случае отсутствие реакции на голую девочку было столь же неприятно, как и ее наличие. И так пришлось нелегко. Слушать красочный рассказ Дэна о похождениях только что превратившейся дочери было довольно забавно. Дэн ярко живописал скорпионий хвост, хлещущий по всей комнате, и то, как я героически нырял под его взмахи чтобы приблизиться к Гермионе и почесать ее за ушами. Эмма охала, ахала и укоризненно смотрела на дочку, которая не знала уже, куда деваться и вовсю светила золотыми глазами. Я успокаивающе обнял ее за плечи. — Хватит смущать девочку. А то вы сейчас не только рассказ послушаете, но и «в натуре» увидите. Миа уткнулась мне в плечо, чтобы не смотреть на вконец засмущавших ее родителей. Хорошо еще, что, памятуя о печальной судьбе моей пижамы, руки она контролировала достаточно жестко. — Ладно, ладно! — вскинул руки Дэн. — Ну, тогда, идем? На улице было достаточно тепло, чтобы не было нужды в тепных пальто. Однако для совсем легкого платьица все-таки было холодновато. Так что к родственникам Миа отправилась в джинсах и свитере, впрочем, как и я. Встречавшая нас у калитки Джессика посмотрела на нашу парочку неодобрительно. Кажется, это ее неодобрение было в сильнейшей степени замешано на обыкновенной зависти. Миссис Анна встречала нас, не поднимаясь с кресла. Приглядевшись, я заметил, что вязь проклятья на ее ноге стала плотнее, но при этом составлявшие его нити аж звенели от перенапряжения. В общем, проклятье готово было уже разрушиться даже без посторонней помощи. — Гарри, что это такое? — спросила Миа, недоуменно разглядывая рыхлую, бесформенную, жесткую, но очень хрупкую конструкцию. Похоже, при этом она вспомнила Марку неудачи, мягкую, но очень подвижную, перетекающую из одного метастабильного состояния в другое при попытке ее снять, но не теряющую основных свойств... — Вот так и выглядит проклятье, наложенное «ведьмой-самоучкой». Крохи Силы в душе есть, хотя и недостаточно, чтобы приняли в Хогвартс или Шармбатон, но ни ума ни таланта Создатель не дал, — я аккуратно раздвинул черные нити, показывая Миа, что черные они только сверху, а в глубине цвет переходит в красный. — Красные нити видишь? — Ага, — кивнула девочка под недоумевающими взглядами остальных присутствующих. Впрочем, Эмма болезненно щурилась, как будто пытаясь разглядеть что-то, ускользающее от взгляда. — И что это значит? — Это означает, — продолжал комментировать я, — что Силы у наложившей проклятье не хватило, и она начала тянуть собственную жизнь, расходуя ее на, в сущности, мелкую пакость. Кстати, миссис Анна, у Вас среди близких знакомый никто не заболел внезапно, буквально на ровном месте? — Хм... — задумалась сестра Дэна. — Мадам Ивонн Кератри перестала появляться на собраниях клуба цветоводов... соседки говорили, что она внезапно заболела на следующий день после того, как... — Ну вот, — поднял я палец вверх, — с вероятностью шестдесят процентов мы нашли того, кто наложил проклятье. Вы с ней не ссорились как раз перед тем..? — Не то, чтобы ссорились... — пожала плечами миссис Анна. — Ей очень не понравилось, что у меня распустились Angraecum germynianum*, приобретенные «по случаю». Она в тот день не приходила в клуб, и, соответствено, ей не досталось. Мадам Жаклин Дюмаж принесла всего три отростка, и раздала их тут же... /*Прим. автора: вид орхидей*/ — Восемдесят процентов, — прокомментировал я эти слова. — И теперь перед нами встает... — я надломил смысловую нить проклятья и полюбовался тем, как вся конструкция рассыпается безобидными черно-красными искрами... — морально-этическая проблема. — Какая? — заинтересовалась миссис Анна. — Вы можете промолчать. Еще два-три столь же «профессиональных» проклятья — и она исчерпает свою жизнь, буквально покончив с собой. — «Покончив с собой»? — потрясенно посмотрела на меня миссис Анна. — Это не такая уж редкость. Тысячи людей, таких как эта Ивонн, растрачивают себя на проклятья, здоровьем расплачиваясь за мгновения жестокого триумфа, мелочного и незначительного... И удивляются тому, что живут они плохо, и, как правило, недолго. — Надо предупредить... — начала миссис Анна. — Можно, — вздохнул я. — И она, даже если поверит Вам, может задуматься о своем поведении, перестанет проклинать налево и направо, проживет долгую, и, вполне возможно, счастливую жизнь... — Но? — грустно улыбнулась сестра Дэна. — В твоем голосе так и звучит «но». — Увы, — пожал плечами я. — Куда выше вероятность того, что вместо того, чтобы изменить себя, мадам Ивонн задумается о своей низкой квалификации, и начнет искать информацию. И вполне может найти описание рабочего ритуала. Те же «черные мессы», описаны в литературе достаточно подробно, равно как и некоторые менее известные практики вуду... Тогда может пострадать гораздо больше людей. — Они «могут пострадать», но если промолчать — мадам Кератри пострадает гарантировано... — вслух подумала Эмма. — Это так, — согласился я. — И были бы мы в Англии — я бы не колебался, а настучал отцу Себастьяну. Это его профессия — в том числе и бороться с такими вот, интуитивными малефиками, следить за тем, чтобы они не причинили вреда ни себе ни другим...