Глава 94 — Прошлое. (Драко).

Прошлое. (Драко). Вечером мы с отцом устроились поговорить у камина. Мама отправилась в гости, и нам может и не выдастся лучшего момента для приватного разговора. Наши бокалы почти одинаково переливаются оттенками рубина. Правда, вино мне пить пока что рано, да и не решился бы я хоть чуть-чуть затуманить сознание перед столь сильным оппонентом. Поэтому в моем бокале — вишневый сок. Горькая сладость, легкий запах миндаля, оттенок опасности... Все это бодрит и заставляет сосредоточится. И отец, судя по его виду, отлично понимает мой выбор. Но сам он может себе позволить вино сорокалетней выдержки. — Итак, Драко, каковы же твои планы на будущее? — Для того, чтобы строить планы на будущее, мне нужно знать кое-что о прошлом и настоящем. — Хорошо. Что бы ты хотел узнать? — Как началась Первая война? — Я пробую объяснить. Думаю, ты еще не обратил внимания, но в Министерстве и вообще во власти становится все меньше чистокровных волшебников. Нас вытесняют полукровки и грязно... — Отец, пожалуйста, не употребляй этого слова при мне. — Почему? Хотя, да... Эта Грейнджер... — Вот именно. Ляпну по привычке, где не надо — и мои планы пойдут прахом. — Все настолько серьезно? — Предпочитаю не проверять. — Ладно. Я постараюсь, но... у меня тоже есть привычки, и они взялись не на пустом месте. — Я понимаю. — Так о чем я... Аристократия постепенно теряет влияние. Нас просто вытесняют. Интересная мысль приходит ко мне издалека, и я киваю скорее ей, чем словам отца. — О чем ты сейчас задумался? — О том, что в нашей семье я — единственный ребенок. И у Паркинсонов — только одна дочь... Да что там... семьи, в которых больше одного ребенка — можно пересчитать по пальцам. Правда одной руки не хватит, но все-таки... — И как это связано с тем, что я начал тебе рассказывать? — Если чистокровных становится все меньше — что удивительного в том, что опустевшие места занимают полукровки и Обретенные? — Интересная мысль... — Очень уж простая. И если вы к ней не пришли, то, скорее всего — потому, что вам не дали ее заметить. — Возможно... — Отец на секунду останавливается — Но тем не менее, мы к ней так и не пришли. Но мы решили предпринять что-нибудь, чтобы остановить падение аристократии...Хотя... Многие — погибли, часть оставшихся — в Азкабане. Если ты прав — мы только ускорили его. — Что произошло? — В начале это была обычная политическая борьба. Мы собрались вокруг Тома Реддла... — Полукровки? — Он сумел убедить нас. И мы пошли за Великим магом и наследником Слизерина. — Опять пауза. — Как я уже говорил, вначале это было скорее политическим клубом. Мы старались поддерживать друг друга в карьере. Поскольку мы сосредоточили в своих руках серьезные ресурсы, то продвигалось у нас это дело вполне успешно. — Это понятно. — Да... Но продвижение столь... сплоченной группы не могло не встретить сопротивления. И вскоре политическая игра вошла в острую фазу. Опять-таки, поначалу и мы, и наши противники старались оставаться в некоторых рамках. Обвинения в коррупции, попытки подкупа, и разрушение репутации противника через прессу... В общем — нормальный политический процесс. — И в этом нет ничего необычного. — Да уж... Морсмордре уже тогда была нашим символом. Но тогда это было скорее политическим заявлением, чем серьезной угрозой. Но вот однажды, несколько человек из противостоящего лагеря нашли мертвыми. А над ними — возвышался змееязыкий череп. — Кому-то не хватило терпения? — Не знаю. Тогда — все открестились. Наши противники кинулись в атаку. Доказать ничего не удалось, но, как говорится, "осадочек остался". А потом... Постепенно отношения накалялись. И это уже не было политическим противостоянием. Изредка люди то с одной, то с другой стороны бесследно исчезали... — И обе стороны не нашли ничего лучшего, чем обвинять в этом друг друга. — Озвучиваю я идею моего сюзерена. — Да. Не нашли. Мне эта мысль пришла в голову через много лет, когда война была уже проиграна. — Странно. — Очень странно. — Похоже, в вашем споре с последователями Дамблдора было больше чем две стороны. — Скорее всего. И я не останавливался бы на числе три. — Факты? — Поднимаю левую бровь, стараясь воспроизвести любимое движение крестного. — Никаких. — Похоже, отец даже не заметил моей гримасы. — Только ощущения. — Возможно, им стоит доверять. — Да уж, общаться с отцом, имея на своей стороне претендента на титул Темного лорда — намного легче. И, кажется, мне удалось произвести на папу хорошее впечатление. — Но, хотя напряжение нарастало, в общем все было довольно мирно. Так что известие об объявлении организации "Пожиратели Смерти" вне закона и разрешении аврорам применять Непростительные застало нас врасплох. Одно из собраний подверглось нападению, и, если бы не Лорд, мы все были бы мертвы. Нас даже не пытались арестовать. Сразу начали с Авады. — Вы выяснили, что послужило причиной столь... истеричных действий? — Нет. Ни тогда, ни позже никто из нас, даже те, кто, как я, смогли выпутаться из переделок, сохранив деньги и влияние, так и не смогли узнать, что было поводом. Но... если причины так и остались во мраке, то вот следствия, напротив, были предельно очевидны: началась война. — Похоже, вас капитально подставили. — Да. Но... — Ты не задумывался об этом? — Да. А ведь это так очевидно... — Похоже, что-то влияет на твое мышление. — Возможно. Очень на то похоже. Ты еще что-нибудь хочешь узнать? — Совсем немного. Что происходило с вашим Лордом? — Хороший вопрос. Очень хороший. В разразившейся войне он стал все больше и больше обращаться к черной магии в поисках Силы. Он проводил над собой какие-то ритуалы. И, однажды, после очередного ритуала он вернулся уже тем Темным Лордом, о котором ты знаешь. Ловушка захлопнулась. — А его внешность? Она как-нибудь менялась? — Нет. Хотя... именно после того ритуала, о котором я только что говорил, он и стал носить плащ с глубоким капюшоном... Так что — не знаю. Может быть... Мне очень захотелось спросить отца, не произносил ли Лорд такие имена как Повелитель Отчаяния, или Господин Обреченных? Или, может быть, он упоминал о Боге Крови или Троне Черепов? Но, в тот момент, когда я уже открыл было рот, мою голову пронзила резкая боль. Казалось, что меня разрывает пополам, и каждая из половинок недостаточна для самостоятельного существования... И внезапно все прошло. — Драко! Что с тобой? — Не знаю. Голова что-то разболелась. — Иди, отдохни. Разговор, конечно, получился интересный, но не настолько, чтобы рисковать твоим здоровьем. — Спасибо, папа. Тем более, что мне нужно кое-что серьезно обдумать. — Подумай. Это полезно. — Папа уже улыбается. Потом он поворачивается и выходит из зала, а я остаюсь сидеть у камина. — Прости, Драко. — За что? — Мне было очень уж интересно, так что... — Это из-за тебя... — Да. Ты чуть не стал моим аватаром. — Мерлин! — Здесь уместны более крепкие выражения. — Да уж... — Ты имеешь полное право разорвать договор. Ведь я пренебрег твоей безопасностью. — Не дождетесь, мой Лорд. Мне все еще нужен Ваш щит. — Хоть ты не издевайся. - До меня долетает тихий смех. Как ни странно, но мне кажется, что смеются двое. — Гарри, кто там с тобой? — Уловил? — Да. Вас там явно двое. — Это Кай. Моя сестренка. Вернешься в Хогвартс — я вас познакомлю. — Сестренка? Но ведь у Поттеров... — Есть многое на свете, друг Горацио... — И не надейся меня подловить. Гамлета я читал. — Ого! Поздравляю. А теперь — иди спать. Разрыв почти сформировавшегося аватара — процесс вредный для здоровья. — Хорошо. Но мы еще поговорим. — Обязательно. — И голос Гарри исчезает где-то вдалеке.