Ложь и ненависть
Как я и думал, Миа ждала меня в гостиной Гриффиндора. С трудом удерживаясь от сна, она сидела возле камина с книжкой. Я тихонько подошел, сел рядом и коснулся ее руки. Девочка вздрогнула, и посмотрела на меня.
— Ну как?
— Ты про отработку? Не так страшен Снейп, как его малюют.
— Что там было?
— Отчистил несколько котлов и узнал кое-что новое о свойствах некоторых компонентов зелий. В целом — довольно интересно. Хоть специально на отработки нарывайся.
— А почему так долго?
— Некоторые особо выдающиеся товарищи ухитрились изгваздать котлы весьма качественно.
— Но... есть же специальное заклинание...
— Так Снейп...
— Профессор Снейп.
— Хорошо. Так и дал профессор Снейп им воспользоваться. Думаю, он и сам мог бы отчистить все котлы, бросив несколько слов и взмахнув палочкой. Но в чем тогда воспитательный смысл отработки?
Некоторое время мы молчим. Я держу ладошку девочки в своей руке и рассматриваю ее предплечье. Но в эту уютную картину вторгается видение кровавых шрамов, прорезающих эту нежную кожу, и складывающихся в слово «грязнокровка». Ненавижу! Беллатрикс Лестрейндж, лучше бы тебе оставаться там, где ты есть. Дементоры, конечно — не подарок, но ради такого случая я подниму спрятанные в глубине души навыки, приобретенные при обучении в Великом Доме иллитири, подниму из глубин памяти воспоминания, считанные у птенцов ковена, попавшихся Инквизиции, и отбитых рабов Комморага*. Я даже вспомню навыки некроманта, чтобы и смерть не стала спасением. В жизни, смерти и посмертии — тебе не укрыться от моего гнева, если ты хотя бы мыслью причинишь вред моей девушке!
/*прим. автора: Коммораг — логово Темных Эльдар континнума Вархаммер 40к. Даже в этой, отнюдь не страдающей от избытка гуманизма, вселенной, Темные Эльдар выделяются запредельной жестокостью./
— Гарри, что с тобой? Очнись, Гарри! — Голос Миа ворвался в мои мысли, разрывая кровавые видения.
— Что? Спасибо, Миа.
— Что с тобой случилось? Ты так резко изменился... Даже глаза пожелтели.
— Зрачок круглый?
— Да, а что?
— Ффух. Если бы стал вертикальный, как у кошки — это было бы плохо.
— Так что случилось-то?
— Понимаешь, Миа, иногда меня накрывают видения. Возможно — видения будущего.
— Возможно?
— Они такого свойства, что я стараюсь не доводить до их исполнения. Пока что удавалось избежать, так что я не уверен, истинное ли это пророчество. И проверять — не намерен.
— Что ты увидел?
— Кошмар.
— А точнее?
— Я увидел, как какая-то женщина вырезает на твоей руке то слово, которым меня взбесила Лаванда.
— Ты... ты сможешь узнать эту женщину?
— Да, смогу.
— Значит, надо держаться от нее подальше.
— А может, наоборот — убрать ее из расклада, пока она не смогла причинить вреда?
— Гарри, что ты говоришь?!
Я закрываю глаза, и некоторое время борюсь со своим гневом, приведшим к непроизвольной трансформации. Когда я возвращаю себе возможность видеть — четкие переливы серого вновь сменяются золотом и багрянцем, видимыми как через мутное стекло.
— Прости, Миа...
— Да что с тобой?
— Во время видений я изменяюсь. Глаза ты уже видела, но сильнее меняется мышление. И основной задачей становится «устранить угрозу». Если бы ты не вырвала меня из видений...
— То что?
— Когда меня отдирали от горла «братца» — говорят, глаза просто светились золотом, и зрачки были совершенно как у кошки, или змеи. Так что, если увидишь, как мои глаза желтеют — постарайся остановить меня, ладно?
— Я... я постараюсь.
— Спасибо.
Обновлено: 13.02.2026