Третий день с Оливией и Эштоном
Столовая в гостинице Эшкрофт
— Как на вкус?
— Всё очень вкусно!
Впервые за долгое время Эштон готовил, арендовав кухню в гостинице Эшкрофт. То, что он готовил, не могло пропасть даром, но он, как правило, наедался, когда пробовал всё подряд.
Поэтому он попросил присутствия Оливии и её бездонного желудка.
— Я знала о горчице, но Эштон, ты действительно хорошо готовишь, — сказала она, улыбаясь ему, когда отправляла в рот кусочек картофеля.
— Не уверен на счет этого, — ответил он, — но моя мать многому меня научила.
— Твоя мама, да?
— Она говорила мне: “Готовка - это необходимый навык для мужчин семьи Сенефилдер.” Компания “Сенефелдер” в основном торгует продуктами питания, так что не то чтобы я не понимал, откуда она это взяла, но даже так...
— Тебе не любишь готовить?
— Тогда не любил. Все мои друзья развлекались, размахивая деревянными мечами. Конечно, я не любил это.
Оливия слушала, пока Эштон говорил, время от времени вклиниваясь в разговор, чтобы показать, что она внимательна, но при этом постоянно тянулась за едой. Содержимое тарелки за тарелкой исчезало в её желудке.
Это ведь не соревнование. Разве это убьет её, если она хоть немного посмакует? — задумался Эштон. Как раз в этот момент он увидел Клаудию, спускающуюся по лестнице в ночной рубашке. Её влажные волосы и розовые щеки говорили о том, что она только что вышла из ванной. Он почувствовал, как вспыхнуло его собственное лицо.
— Что бы вы там ни ели, выглядит вкусно, — сказала Клаудия Оливии.
— Да, это потрясающе.
— Не хочешь ли и ты немного, лейтенант Клаудия? Но не обещаю, что будет вкусно. — Предложил Эштон
— Это ты приготовил, Эштон? — Спросила Клаудия, разглядывая еду. Эштон обнаружил, что смотрит прямо на её грудь, и густо покраснел.
— Д-да, верно. Я давно не готовил, и мне вдруг захотелось.
— Хм... — задумчиво произнесла Клаудия. — Ну, я не так уж голодна, но раз уж ты приготовил, то не возражай, если я попробую. — Заняв пустой стул, она начала есть с безупречными манерами.
— Ну как?
— Очень вкусно, — сказала Клаудия. — Думаю, ты можешь стать настоящим шеф-поваром.
Эштон почесал нос, чтобы скрыть румянец от этого максимально возможного комплимента от Клаудии.
— Буду иметь это в виду как вариант для рассмотрения, когда у нас снова воцарится мир, — сказал он.
— Хорошая идея... Точно! — Клаудия вскочила на ноги, засучила рукава и сказала: — Раз уж ты устроил нам такой пир, я лучше сама что-нибудь приготовлю.
Эштон уставился на неё, ошеломленный этим неожиданным заявлением, а затем сказал:
— Ты умеешь готовить, лейтенант?
— В этом есть что-то странное?
— Ну, да. Я всегда думал, что дворяне, как правило, держатся подальше от кухни.
— Это потому, что обычно этим занимаются слуги.
— Но не ты, лейтенант Клаудия?
— Сейчас ты убедишься, что дворяне бывают разные, — сказала Клаудия, напевая, направляясь на кухню. Когда она ушла, Оливия встала и выглядела взволнованной.
— Ты куда? — Спросил Эштон.
— Я, эм, я наелась, так что я возвращаюсь в свою комнату.
— Наелась?.. Я приготовил не так уж много. — Если бы этого количества еды было достаточно, чтобы насытить Оливию, это разрушило бы основы его мира. Из этого даже не получилось бы хорошей шутки.
— Даже если так, я сыта.
— Нездоровой ты тоже не выглядишь... — сказал Эштон. — Лейтенант Клаудия взяла на себя труд приготовить нам что-нибудь. Перестань быть такой и съешь хотя бы кусочек.
Оливия ударила кулаками по столу и закричала с ошеломляющей резкостью:
— Ни в коем случае!
— Ни в коем случае?.. — Повторил Эштон. — Ты такая странная.
— Неважно. Я ухожу! — Бросив последний взгляд на кухню, как будто она её почему-то пугала, Оливия бросилась прочь по лестнице так быстро, как только могли её нести ноги. Вскоре после этого Эштон услышал, как хлопнула дверь.
— Вот же чудачка, — пробормотал он.
Прошел час.
— Что за?..
Какое бы блюдо не предстало перед Эштоном, оно было неузнаваемо. Даже называть почерневшие комки “едой” было неуважительно. Дрожащей от дурного предчувствия рукой Эштон откусил кусочек.
— Блеаргх! Это не пригодно для употребления в пищу! Даже животные к этому не притронулись бы!
Наступила пауза.
— Эштон Сенефелдер. — Клаудия одарила его абсолютно первоклассной улыбкой и Эштон почувствовал, как что-то сжалось у него в груди.
Третий день с Оливией и Клаудией
Королевская столица Фис
Прошло несколько дней после победного банкета в замке Летиция. Оливия прогуливалась по магазинам, расположенных в западном квартале, когда заметила, что в один из магазинов вошел человек, который, казалось, не замечал окружающих.
Это... совершенно очевидно, Клаудия, — подумала Оливия. — Почему на ней этот плащ с капюшоном?
Словно влекомая какой-то таинственной силой, Оливия подошла к магазину. Владелец магазина поприветствовал её, когда она открыла дверь. Потребовалось всего мгновение, чтобы найти Клаудию. Другая девушка вообще не заметила Оливию, очевидно, поглощенная чем-то на полке. Заглянув через её плечо, Оливия увидела ряд мягких игрушек - серую лису, пятнистого кролика и многих других.
— Если ты её хочешь, то должна просто купить, — сказала она.
Клаудия подпрыгнула так высоко, что это было почти комично. Затем, с явной тревогой, она обернулась.
— М-майор! — Воскликнула она. — Что вы здесь делаете?!
— Я просто случайно увидела, как ты зашла в магазин.
— Но я скрыла своё лицо плащом...
— Ты думала, что так спряталась? — Сказала Оливия, затем добавила: — В любом случае, ты её покупаешь?
— Покупаю? Покупаю что? — Сказала Клаудия, неестественным рывком склонив голову вправо.
— Покупаешь мягкую игрушку, конечно же. — Оливия указала на полку.
— Мягкую... игрушку? — Повторила Клаудия. На этот раз её голова дернулась влево.
Неужели она внезапно потеряла способность понимать человеческую речь? — задумалась Оливия. Было довольно забавно, как мало Клаудия, казалось, понимала её.
Она схватила с полки серую лисицу и сунула её Клаудии под нос.
— Её! Вот её!
— Вы хотите её купить, майор? — Спросила Клаудия после паузы.
— Послушай! Меня! Ты хочешь её купить! — Сказала Оливия, повысив голос, сама того не желая. По её мнению, если у вас есть деньги на мягкую игрушку, вы с гораздо большим удовольствием потратите их на вкусную еду.
— Я? Купить мягкую игрушку? Я рыцарь. Если вы пытаетесь так пошутить, то у вас ничего не получается.
— Ты не хочешь её?
— Конечно, нет. Я зашла в этот магазин только потому, что мне случайно попалась на глаза эта чашка. — Она напустила на себя вид эрудиции и, внимательно осмотрев чашку с разных сторон, сказала: — Это действительно замечательное изделие. Определенно Темпус Фугит восьмого века, с таким узором. Сокровище.
Казалось, она совершенно не замечала того факта, что владелец магазина наблюдал за ней со смесью умиления и веселья.
— Ты случайно, не стесняешься того, что люди знают, что тебе нравятся мягкие игрушки? — Через мгновение спросила Оливия.
— М-мне они не нравятся! — Запротестовала Клаудия, теребя кончики своих волос. — С чего вы вообще взяли, что они мне нравятся?
— Ну, я имею в виду, ты отреагировала точно так же, как Гаусс.
— Гаусс?
— Да. Гаусс любит котят. — Когда Оливия столкнулась с Гауссом, играющим с кучей котят в цитадели Эмалейд, он вел себя точно так же, как сейчас Клаудия. В конце концов, он признался, что ему нравятся кошки.
— Гауссу нравятся котята? — Клаудия хихикнула, затем взяла себя в руки. — Это было невежливо. Ну, я бы не хотела, чтобы вы думали, что я похожа на Гаусс. И если вы меня извините, мне пора идти.
— Так ты действительно не собираешься покупать мягкую игрушку? — Воскликнула Оливия, когда Клаудия поспешила выйти из магазина. Продавщица, наблюдавшая за ними из-за прилавка, вмешалась, чтобы сообщить им, что это товары ограниченной серии и никогда больше не появятся в продаже.
Рука Клаудии в этот момент была на ручке двери. Она остановилась, размышляя, затем, решившись, полезла в карман и достала кошелёк.
— Так значит всё-таки покупаешь.
— Я просто вспомнила, что моя мать хотела такую. — Несколько раз прочистив горло, Клаудия передала продавщице игрушку серой лисы и серебряную монету, старательно избегая встречаться с ней взглядом.
— Что? — Укоризненно спросила она в ответ на пристальный взгляд Оливии.
— Ох, ничего.
— Я очень на это надеюсь... — Сказала Клаудия. — Я была бы признательна, если бы вы сохранили сегодняшний день в секрете. И пожалуйста, ни при каких обстоятельствах не говорите Эштону.
— Почему ты не хочешь говорить Эштону? Разве ты не отдаешь её своей матери?
— Несмотря ни на что! — Клаудия схватила мягкую игрушку и вылетела из магазина, как порыв ветра.
Оставшись одна, Оливия перевела взгляд на продавщицу, которая криво улыбнулась ей.
— Рыцари, — сказала она. — Они все заботятся о своём достоинстве.
С этого момента наличие мягкой игрушки, спрятанной в сумке Клаудии, будет предметом строжайшей секретности.
Обновлено: 08.04.2026