Глава 5 — Глава 5

Глава 5 Лёд в жилах сменился расплавленным металлом. Холодная ярость, рождённая в архивах, не утихла — она кристаллизовалась, превратилась в нечто твёрдое и острое, в стержень, на который теперь нанизывалась его воля. Следующие несколько дней прошли в новом ритме. Теперь каждая тренировка имела вкус подготовки к бою. Йори оставила иглы и камни. Вместо них она принесла механические ловушки — маленькие, хитроумные устройства с пружинами и лезвиями, которые должны были срабатывать при малейшей вибрации чакры. —Их расставляют Анбу, — пояснила она, пока Кагеро с холодным потом на лбу пытался мысленно заблокировать тонкие механизмы, не запуская их. — Обычный нинзя либо обходит, либо обезвреживает печатями, оставляя след. Ты должен научиться делать их бесполезными тихо. Навсегда. Он учился. Он чувствовал хрупкую механику внутри железных корпусов и применял не силу, а точность. Микроскопическое давление в нужной точке, чтобы сорвать пружину. Смещение шестерёнки на долю миллиметра. Он не обезвреживал ловушки — он калечил их изнутри, превращая в бесполезный хлам. Это отнимало меньше энергии, чем удержание водяного щита, но требовало хирургической концентрации. Шисуи, в свою очередь, поднял ставки у резервуара. —Защита — это хорошо, — сказал он, расставляя по краю резервуара десяток затупленных тренировочных сюрикенов. — Но атака решает исход. Вода может быть не только щитом. Он метнул один сюрикен. Кагеро, по старой привычке, поднял водяной щит. Но Шисуи не остановился. Второй, третий, четвёртый сюрикен полетели с разных сторон, заставляя Кагеро метаться, создавая новые и новые барьеры. Голова загорелась огнём, дыхание сбилось. —Не защищайся! — крикнул Шисуи, запуская очередную очередь. — Контратакуй! Отчаявшись, Кагеро не стал создавать новый щит. Вместо этого он рванул огромную массу воды из резервуара, сформировал её в гигантскую, бесформенную лапу и швырнул ей в летящие сюрикены. Вода смяла их, отбросила в стороны и с грохотом обрушилась на землю, едва не смыв самого Шисуи. Он стоял, тяжело дыша, весь мокрый от брызг, глядя на брата. —Грубо, — покачал головой Шисуи, но в его глазах светилось одобрение. — Неэффективно. Ты потратил силы на всю массу, когда хватило бы нескольких сфокусированных струй. Но… это начало. Ты понял принцип. Вода, камень, металл — всё это твои снаряды. Твоя личная артиллерия, не требующая печатей. Именно тогда Кагеро осознал истинный масштаб. Он не был просто разведчиком или убийцей. В потенциале он был артиллерийским расчётом в одном лице. Армией. Вечером того же дня его вызвал к себе отец. Сайдо Учиха сидел за своим столом, но на этот раз перед ним лежала не карта, а небольшой, плоский камень с вырезанным на нём сложным символом. —Фуиндзюцу, — Сайдо ткнул пальцем в камень. — Основная печать подавления чакры. Стандарт для содержания пленных ниндзя. — Он посмотрел на Кагеро. — Попробуй поднять его. Кагеро протянул свою волю к камню. И тут же отпрянул. Это было похоже на попытку схватить раскалённый уголь. Камень не просто сопротивлялся — он излучал что-то, что резало его ментальное усилие, вызывая острую, жгучую боль прямо в мозгу. —Не получается, — выдохнул он, отступая на шаг. —Так и должно быть, — сказал Сайдо. — Фуиндзюту создаёт барьер, который реагирует на любое внешнее воздействие чакрой. Твоя сила… она иная, но фуин по-прежнему ощущает её как враждебную энергию и блокирует. Пока что. Он отодвинул камень. —Это твоё следующее препятствие. И, возможно, самое важное. Большинство наших врагов защищены печатями. Если ты не сможешь их преодолеть, твоя полезность ограничена. Йори будет заниматься с тобой этим. Она знает о фуиндзюцу больше, чем любой из нас. Новая задача оказалась сложнее всего предыдущего. Дни превратились в череду мучительных попыток и сокрушительных провалов. Йори приносила разные печати — подавления, взрывные, защитные. Каждая встречалась с той же стеной боли. Кагеро учился «ощупывать» структуру печати, искать в её энергии слабые точки, пробовать подобраться к ней с разных сторон — не лобовой атакой, а как вор, перебирающий отмычки. Прорыв случился неожиданно. Он сидел перед очередным камнем с печатью, уже готовый сдаться, когда его взгляд упал на крошечную трещину в камне, не связанную с символом. Почти на автомате, от отчаяния, он сконцентрировал своё усилие не на печати, а на этой трещине. Он попытался не поднять камень, а расколоть его по естественной линии слабости. Раздался тихий щелчок. Трещина пошла дальше. Печать на мгновение вспыхнула и погасла. Камень распался на две половинки. В комнате воцарилась тишина. Йори смотрела на него, и в её глазах впервые за всё время промелькнуло нечто, похожее на уважение. —Не ломать барьер, — прошептала она. — Находить слабость в том, что его удерживает. Оригинально. Примитивно. Но… эффективно. Кагеро смотрел на осколки камня. Он нашёл не способ обойти печать. Он нашёл способ уничтожить её носитель. Это был не изящный метод, а грубый и прямой. Но он работал. Спускаясь вечером по улице клана, он видел, как другие дети играли в ниндзя. Они кричали, сплетали печати для «Великого Огненного Шара», падали и смеялись. Он смотрел на них и не чувствовал ничего, кроме отчуждения. Их мир был миром иллюзий. Его мир был миром тихой подготовки к войне, где не будет места смеху, а единственными печатями будут те, что он научится взламывать или разрушать. Он вошёл в свой дом, и дверь закрылась за ним, отсекая звуки детских игр. Внутри было тихо. Было безопасно. Было… как в крепости накануне штурма.