Глава 4

Елена подумала об объектах ненависти. Великий герцог Фридрих, Лайбрик, Принцесса Вероника — эти три человека сотрудничали и вступили в сговор, чтобы основательно обмануть её. Словно этого было недостаточно, они убили барона Фредерика и Чесану, что были невиновны, и даже пытались убить её сына, принца Йена. У девушки не было намерения вести ту же жизнь, что и тогда. Око за око, зуб за зуб. Она собиралась вернуть столько же, сколько выстрадала сама. Елена собиралась забрать у них всё. Чем больше у них будет, тем больше они потеряют. Месть коснется бы не только Великого Дома. Она собиралась полностью уничтожить их волю к жизни. Елена зажгла спичку в пустом стакане. Она бросила записку, которую только что достала, над маленьким огнем. В одно мгновение вспыхнул огонь и поглотил её. Девушка снова посмотрела на стену. [Поступление в Пограничную академию.] [Смерть императора Ричарда.] [Попытка убийства великого герцога Фридриха.] [Церемония избрания наследной принцессы.] … Каждый листок бумаги, на которой были написаны будущие события были сожжены. Ценность записки была исчерпана, так как она глубоко запечатлелась в её памяти и сердце. Не было никаких причин оставлять след. С последней сожжённой бумажки, которая превратилась в пепел, будущее стало исключительной собственностью Елены. — Я уничтожу вас… всех вас. *** — Елена. Чесана жалобно посмотрела на свою дочь, которая рано вечером вышла из комнаты. У неё не было выбора, кроме как притвориться равнодушной, зная, что никакие слова не будут утешительными или ободряющими. — Ты хочешь чего-нибудь поесть? Что насчет твоего любимого стейка? Мама тебе приготовит. — Мам, тебе не нужно так напрягаться. Я действительно в порядке. — Елена улыбнулась и направилась к входной двери. Подарки, которые были высланы ей в качестве предложений были разложены так же, как носильщики складывали их утром. — Давай откроем их. Мне интересно, что он отправил. — Но, если ты откроешь… — Чесана беспокоилась, что если они откроют подарки, то не смогут их вернуть. — Не сожалей. Бежать уже слишком поздно. Елена, которая спокойно сдалась, открыла каждый подарок, завернутый в шёлк. Первой коробкой, которую открыли, было платье с кружевами. Это был дизайн с колоколообразной линией, но материал был плохим, да и отделка такой же. По крайней мере, аксессуары стоили того, чтобы их использовать. Поскольку оно было произведено традиционными способами, в других странах оно было классифицировано как фирменное и получило бы высокую оценку. — Мама, подойди сюда на минуточку. — Что случилось? Елена протянула руку и нацепила жемчужное ожерелье, которое только что обнаружила, на шею Чесаны. Блеск серебряной жемчужины прекрасно гармонировал с её стройной длинной шее. — На тебе оно очень красиво смотрится. Это тебе. — Что? Всё в порядке. Мне это не нужно, можешь оставить себе. Женщина выглядела серьёзной. Ей было жаль, что она не смогла помешать дочери стать наложницей, поэтому не понимала, о чём та говорит. — У тебя не было приличного ожерелья всё то время, пока ты меня растила. Я действительно хочу подарить это тебе. — Как я вообще могу… — Да ладно тебе… Если продолжишь в том же духе, мне станет грустно. Елена настаивала несмотря на то, что знала, что Чесана этого не хотела. Для этого была веская причина. «Когда я покину вас, вам понадобятся деньги. Подумай о том времени и сохрани его при себе.» Девушка думала только о будущем, а не о настоящем. Это украшение будто говорило Чесане, что это плата за продажу её дочери, но, когда придет время, ожерелье станет полезной стоимостью жизни. — Папа опаздывает. — Да… Ну, ты же знаешь о его зрении по ночам. Глаза Елены расширились, когда она посмотрела в окно, за которым сгущалась тьма. «Надеюсь, всё в порядке». *Скрип* Как раз вовремя она услышала, как поворачивается дверная ручка. Мать и дочь рефлекторно повернули головы. — Я дома! — Дорогой! Только убедившись, что барон Фредерик открыл дверь наполовину, Елена почувствовала облегчение. — Почему ты так поздно? Ты скорее всего проголодался, не так ли? Садись. Я разогрею суп. — Подожди минутку, милая. Со мной гость. — Гость? Чесана, которая как раз направлялась на кухню, остановилась и обернулась. Он никогда никого не приглашал в дом с тех пор, как поселился здесь. Женщина не могла поверить, что он вдруг пригласил гостя. Она была очень смущена внезапным поведением своего мужа. — Заходите, хоть здесь немного убого... — вежливо предложил мужчина, словно он обращался к своему начальнику. Большой плащ, который спускался до лодыжек полностью прикрывал тело гостя. Тем не менее, по тонкой линии плеч и чистой белой коже, которая сияла под капюшоном, можно было сделать вывод, что это была взрослая женщина. — …! — Глаза Елены расширились. «Только не это.» Она старалась притвориться, что всё в порядке, но знакомое чувство несовместимости всколыхнуло её эмоции. И неуверенность постепенно превратилась в уверенность. — Дитя, нет безвыходных ситуаций. — Когда Елена молча посмотрела на него, барон Фредерик многозначительно улыбнулся. — Ты скоро поймешь, о чём я говорю. Позвольте мне представить вас. Это... — Извините, что прерываю, но не могли бы вы дать мне возможность представиться? Это из вежливости. — Женский голос был чётким, когда та внезапно прервала его. Чувство, которое было яснее росы, обладало магической силой, которая нарушала бдительность. — О, если вам так удобно, то всё в порядке. —радостно откликнулся мужчина. — Благодарю за понимание. Взгляд женщины остановился на Елене. Он был скрыт её капюшоном, так что девушка не могла хорошо видеть её глаза, но это был взгляд, который впивался в противника. Плащ с ее тонкими запястьями был стянут с ее головы. Прекрасная, но умная красота казалась нетронутой. Она устремила свой манящий взгляд на Елену. — Приятно познакомиться, я Лайбрик Де Фландре. Дворянка из империи Вецилия. Это было худшее воссоединение. *** Сердце Елены, которая узнала её с первого взгляда, остыло. Какой сюрприз. Вопреки ожиданию, что её кровь разгорится от ненависти и мести, её разум был ясен. Здесь не было места для вмешательства чувств. Ледяное спокойствие полностью овладело ею, и оно непрерывно шептало: «Задержи дыхание и жди подходящего момента. Когда придёт время, сразу укуси за загривок». — Я Елена. Девушка спрятала свои коготки за неловкой улыбкой. Она когда-то была на вершине имперского общества, поэтому хорошо умела скрывать свои истинные чувства под маской. — Я знаю. Я наслышана о мисс Елене. Я её очень хорошо знаю. — Вы меня хорошо знаете? Лайбрик мягко улыбнулась. Это была теплая улыбка, которая заставляла зрителя чувствовать себя комфортно, совсем как у ангела. «Отвратительная женщина.» Елена почувствовала тошноту и на мгновение скрутилась. Эта улыбка когда-то обманула её. Девушка тогда верила, что эта благосклонность была искренней. Результатом стал удар мечом в живот и трагическая смерть. Но теперь всё было по-другому. Она знала правду, так что её больше не обманут. Она могла только притвориться обманутой. — Это правда, Елена. — Папа? — Она проделала весь этот путь, чтобы увидеть тебя. Барон Фредерик разделял её благосклонное отношение. Он заранее вступил в контакт с Лайбрик, и она догадалась, что в разговоре был достигнут некоторый прогресс. — Дорогой, что это всё значит? — Она обещала спасти нашу Елену. Ей вовсе нет необходимости становиться наложницей. — Что, правда? Чесана была застигнута врасплох кратким ответом мужа. У неё было странное предчувствие, но она не знала, что, откуда и как это принять. Елена притворилась, что ничего не знает и не понимает. — Спасти? Меня? — Тебе не нужно становится наложницей, дорогая. — Глаза барона Фредерика были полны жизни. — Она хочет забрать тебя в империю. — …! Елена выглядела слегка удивленной. Она также не забыла взглянуть на Лайбрик с надеждой и тревогой. Женщина, которая ждала, ответила лихорадочной улыбкой. — Прежде чем объяснить ситуацию, вы бы поверили, если бы мисс Елена выглядела так же, как кто-то другой? — В это сложно поверить. Лайбрик с улыбкой достала кулон. Сразу бросился в глаза фамильный герб и слова на крышке. Х-образные мечи и копья, вырезанные над парой золотых орлов, были удивительно красочными. Великий герцог Фридрих. Это было незабываемое имя для Елены. Крышка открылась, когда Лайбрик нажала кнопку на боковой стороне кулона. — Ох, Боже мой! — Чесана переводила взгляд с портрета на Елену и обратно, её глаза снова и снова расширялись. — Это разве не ты? — … Девушка на фотографии в точности походила на неё, как будто была прототипом Елены. Они были так похожи, что легко было бы догадаться, что они близнецы. Единственная разница заключалась в том, что у девушки на портрете были великолепные, красивые светлые волосы, в отличие от Елены, у которой были рыжие, золотистые волосы. — Это та леди, которой я раньше служила. Она была элегантна и принадлежала к классу, не похожему ни на одного другого дворянина в этой империи. — Она жива или мертва... — Три месяца назад она заснула в объятиях богини Гайя. Вероисповедание Гайя было государственной религией империи Вецилия. Религия, которая поклоняется этой богине земли и верит, что люди засыпают на небесах, созданных Гайей после смерти. — Да благословит её Богиня. Елена положила руку на грудь и тщательно оплакала её смерть. Её обеспокоенное выражение лица и пристальный взгляд, казалось, указывали на то, что она действительно опечалена её смертью. Это было удивительное и потрясающее представление, но с тех пор, как она проходила через имперское общество, даже это было просто естественной частью её повседневной жизни. Перевод: Nipple