20. 1 на 100,000 (3)
Вернувшись, рыцарь-телохранитель должен в первую очередь доложить обстановку, но сэр Лукас этого не сделал.
— Что в тележке?
— То, чем торгую. Игрушки для детишек, украшения…
— А кроме этого?
— Ну, вещички кое-какие для ночлега.
— Всё, что может пригодиться, выложить. Остальным сделать то же самое: выложить все полезные вещи и съестные припасы.
«Ого, какой шустрый».
Серена с удивлением наблюдала, как сэр Лукас бесцеремонно распоряжается чужим имуществом. Ей и самой, честно говоря, хотелось приказать Кром выложить всё из тележки в прошлый раз, но она побоялась бунта. Может, в этом и заключается разница между теми, кто уверен в своей силе, и теми, кто нет? Сэр Лукас с лёгкостью попрал право частной собственности, которое Серена так уважала.
«Но это уже слишком».
Его поведение всё больше и больше раздражало её. Особенно то, как он обращался с Кром. Ладно, Лаванда – иностранка, её нужно проверить. Ральф – солдат, с ним можно по-начальственному. Но Кром – обычная мирная жительница. К тому же самая старшая и слабая в отряде. К ней следовало бы проявить уважение. У Серены не было возможности это сделать в силу своего статуса, но сэр Лукас вполне мог. Однако он обращался с ней хуже, чем с грязью.
«Тц-ц. Может, в этом средневековом фэнтези так принято? Я не знаю, это норма или он перегибает».
Она была одним из немногих оставшихся в живых членов королевской семьи. Единственной женщиной среди них. Её с детства холили и лелеяли даже те, кто презирал её родителей. Она росла в тепличных условиях и понятия не имела, что происходит за стенами дворца. Её познания о мире основывались на воспоминаниях из прошлой жизни. И хоть она и стала свободнее после совершеннолетия, ей всё ещё не хватало жизненного опыта. Она знала, как живут аристократы, немного - как живут простолюдины, но не имела и малейшего понятия, как аристократы обращаются с простолюдинами.
«В книгах, конечно, рыцари отбирали у людей вещи, но чтобы в реальности такое происходило… И потом, нужно же уважать пожилых. К тому же Кром такая умелая старушка».
Она так дорожила своей тележкой, что Серена ожидала от неё хотя бы тихого ворчания. Но та, в отличие от прошлого раза, лишь подобострастно кланялась и не смела пикнуть.
— Да-да, как скажите, господин рыцарь.
«А она, оказывается, сама себе на уме».
Возможно, это была мудрость, приобретённая за пятьдесят с лишним лет.
Сэр Лукас перевернул тележку и забрал все припасы. Он даже конфисковал у Ральфа леденцы, которые он получил от невестки, и блокнот Лаванды, не дав ей времени спрятать информацию о клиентах.
— А это что?
— Ароматические палочки! Для знатных клиентов, очень дорогие. Вот, состав написан!
«Ах, так вот что это было».
Серена наконец-то поняла, что за знакомый сладкий аромат она почувствовала, проснувшись после того, как увидела осознанный сон. На упаковке было написано: «2 часа». Значит, одна палочка горит два часа.
«Так вот как они собирались дежурить. Ну и что толку, если все проспали».
Сэр Лукас, решив, что палочки пригодятся, забрал их. А потом, проверяя вооружение Ральфа, он взорвался:
— Солдат. Где твои щит и кинжал?
— Исправлюсь!
— Снаряжение – святая обязанность солдата! Я повторяю вопрос: где твои щит и кинжал? И сигнальный рожок с факелом тоже должны быть!
«Ох, Ральф».
Он мог бы соврать, что потерял всё во время землетрясения, но вместо этого повторил то же оправдание, что и ей:
— Простите! Без смены! Днём и ночью! Служил! Дома оставил!
Хрясь!
— И это ты называешь оправданием?!
Единственный глаз Серены широко распахнулся. Сэр Лукас ударил Ральфа, да ещё и не сняв латной перчатки! Юноша пошатнулся, но снова выпрямился. Из уголка его рта потекла кровь.
— Простите!
Сейчас у него в голове, должно быть, крутилась лишь одна мысль: «Нельзя, чтобы раскрыли». Иначе казнь для него и брата, и наказание для всей гвардии. Поэтому он больше не оправдывался.
— Ты гордость гвардии Хыджичена! Ты удостоился чести служить королевской особе, так что соберись!
— Да! Слушаюсь!
«А королевская особа, между прочим, всё это видит».
Закончив с воспитанием, сэр Лукас подошёл к Серене. Он склонил голову, сохраняя дистанцию.
— Прошу прощения за эту неприятную сцену. Но в такой ситуации необходимо было напомнить некоторым о важности долга.
— Я поняла. Но впредь прошу воздержаться от насилия.
— Вы, княжна, возможно, не знаете, но…
«Ну почему он начинает с этой фразы».
— …до таких людей слова доходят не сразу. Если вам неприятно, я буду воспитывать их там, где вы не увидите.
«Средневековое рыцарское мышление. С ума сойти».
Обычно в таких книгах герой поражает простолюдинов своим гуманным отношением… Но в то же время обычно он заваливает голыми руками медведей. А она могла лишь стать лёгкой закуской для медведя.
«Подождём. Когда он узнает, что это Лабиринт, а не усыпальница, станет сдержаннее. Люди тут на вес золота».
— Что насчёт осмотра усыпальницы?
— Боюсь, это займёт некоторое время. Не беспокойтесь, княжна, графиня. Я вас защищу.
— Ты не видел ничего странного?
— Что вы имеете в виду?
— Например, вот такую мышь.
Когда Серена показала руками размер грызуна, сэр Лукас изменился в лице.
— Неужели эта мышь и здесь появлялась? Вы не пострадали?
— Мышь? Здесь была мышь, Ваше Высочество?
— Я лишь видела, как она пробежала. Так ты тоже видел такую?
— Да. Мне очень жаль, что приходится говорить об этом, но… — сэр Лукас замялся. Понятно, ему было неловко сообщать потомку, что по родовой усыпальнице бегают мыши. — …мыши размером, как вы показали, бродят здесь в большом количестве. К счастью, внутри самой усыпальницы чисто. Похоже, из-за землетрясения открылся проход в соседнее мышиное логово.
— А кроме этого, ничего?
«Сундуков, например».
— Нашёл несколько ловушек, но больше ничего.
Жаль. Если бы он нашёл сундук, было бы легче убедить его, что это Лабиринт.
— Я понимаю, вы напуганы, но доверьтесь мне.
С этими словами сэр Лукас протянул Серене и Филии по леденцу, которые отобрал у Ральфа.
«Он что, детей успокаивает? И почему по одному? Издевается?»
Серена положила леденец в карман Филии. Хорошо, что он был в обёртке.
* * *
Со временем в зале стало темнеть. Наступил вечер.
— Гляньте-ка, а свет-то тускнеет.
— Потемнело.
Все, кроме Серены, которая знала, что освещение связано с внешним временем, забеспокоились. Сэр Лукас приказал развести огонь, но Серена создала свет магией, чтобы сэкономить дрова.
— Я могу создавать свет, так что не беспокойтесь. И пить лучше эту воду, а не из фонтана.
Она велела Кром достать котелок и наполнила его льдом.
— Вы владеете магией? — глаза сэра Лукаса заблестели.
Серена промолчала, но за неё ответила Филия:
— А вы не знали? Наша принцесса – гений магии! Все придворные маги пророчили ей великое будущее! Если бы она не потеряла интерес, то стала бы великим волшебником, не уступающим архимагам Империи!
— Графиня преувеличивает. Я умею лишь создавать этот световой шар и лёд.
— Что? Световой шар – ладно, но создание льда – это же магия 3-го ранга!
— Если магию не использовать, навык ржавеет. После того, как я выучила это заклинание, другие мне были не нужны.
— В вашем возрасте владеть магией 3-го ранга – это поразительно.
— И не удивляйтесь. Её Высочество освоила эту магию…
…ещё в детстве. Серена ткнула Филию в бок, не давая ей разболтать лишнего. Та, вспомнив правило «если госпожа ткнула в бок – молчи», замялась.
— Хм, очень хорошо.
* * *
Кром снова наломала на дрова свои игрушки и на этот раз золотых монет не получила. Сэр Лукас не принёс мышиных туш, так что вся их еда состояла из остатков припасов Кром и вяленого мяса Ральфа. Старуха долго колдовала над скудными ингредиентами, а затем просто сварила из них жидкую кашу, чтобы увеличить объём. Эту кашу подали лишь Серене, Филии и сэру Лукасу. Кром, Лаванда и Ральф остались без еды.
«И как я должна это есть?»
Серена помешивала ложкой жидкую кашу.
— Я понимаю, это не та еда, к которой вы привыкли, княжна. Потерпите немного.
Сэр Лукас, похоже, неверно истолковал её недовольство или просто считал её такой.
— А остальные не будут есть?
— Они ели сухари, пока мы осматривали усыпальницу.
— Правда? Что ж, хорошо. Но Лаванда была со мной и ничего не ела.
— Я не голодна! — испуганно воскликнула Лаванда.
Видя её отчаяние, Серена решила не продолжать.
— Сэр Лукас, насчёт усыпальницы.
— Да, княжна. Здесь потемнело, но внутри по-прежнему светло. Мы отдохнём и продолжим поиски.
— Насколько я знаю, есть усыпальницы, освещение которых связано с солнцем. Похоже, это одна из них. Значит, сейчас ночь.
Сэр Лукаса задумался. У него тоже не было часов. Серена, открыв левый глаз, поискала часы в магазине, но безрезультатно.
«Жмоты. Могли бы и добавить».
Прикинув время, сэр Лукас ответил:
— Похоже, вы правы.
— Все устали. Лучше отдохнуть и двинуться утром.
— Да, вы, княжна, должно быть, устали. Так и сделаем.
— И ещё. Если это усыпальница, то в погребальной камере должно быть устройство связи. А если и нет, то у графини Лэнди есть своё, и там оно должно заработать.
— Точно! Устройство связи!
Филия, забывшая о нём из-за переживаний, просияла, но устройство, как и прежде, не работало. Серена объяснила, что в усыпальницах сигнал блокируется везде, кроме погребальной камеры.
— Так мы сможем выбраться?
Глаза голодных и уставших людей заблестели. Надежда вдохнула в них жизнь. Сэр Лукас тоже оживился и протянул руку к Филии.
— Дайте мне устройство связи, я найду погребальную камеру и свяжусь с внешним миром.
— Оно настроено только на графиню Лэнди, другие им воспользоваться не смогут, — солгала Серена, заслонив Филию. Её фрейлине достаточно просто молчать, чтобы не выдать её, и она никогда её не предаст.
Филия, как ни в чём не бывало, подтвердила её ложь:
— Верно. Он настроен только на меня и моего мужа.
Несообразительная, но врать в свою пользу умеет.
— Вот как… Тогда, как только я найду погребальную камеру, провожу вас туда.
— Давайте лучше завтра пойдём все вместе. В конце концов, кто знает усыпальницы лучше меня?
— Нельзя. Слишком опасно.
— Ты меня защитишь.
— Если бы у меня были другие рыцари – да. Но один я не справлюсь, — Сэр Лукас был непреклонен. Затем, прищурившись, он осторожно спросил: — Княжна. Вы ведёте себя не как обычно. Вы что-то скрываете?
— Ты ведь впервые меня охраняешь.
— Но я наслышан.
Он указал на перемену в её поведении. Принцесса, любящая праздность и вечно отдающая приказы, вдруг сама рвётся в бой. Подозрительно.
— Может, у вас видения? Или вы слышите голоса?
— Нет.
Сэр Лукас недоверчиво смотрел на неё. Чтобы не тратить время, Серена решила пойти ва-банк:
— Ты что-нибудь знаешь о Лабиринтах?
— О Лабиринтах? Не много. Слышал, что это опасные подземелья. Но и награда там велика… Княжна, неужели?
— Верно. Я подозреваю, что это не усыпальница, а Лабиринт.
Принцесса высказала предположение, и в их сословном обществе правильно было бы согласиться, а уже потом возражать. Но сэр Лукас начал с возражения:
— Это не так. Вы, княжна, можете не знать, но Лабиринты – большая редкость. Это усыпальница.
«Да что ж такое-то. Что ни скажу, всё не так. Он что, из партии Ричарда?»
Надо же было нарваться на сторонника Великого Герцога. Серена задумалась, как бы ей присоединиться к вылазке.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 21.01.2026