Вскоре после окончания университета Сан Янь съехал от родителей. Поэтому после ужина не остался, попрощался с мамой и ушёл.
Сан Чжи помогла Ли Пин убрать со стола и наконец вернулась в свою комнату, разбирать чемодан.
Она положила подарки для Сан Жуна и Сан Яня в разные пакеты. И вдруг вспомнила, что Дуань Цзясюй тоже собирался подарить ей что-то на Новый год.
Интересно, что это будет.
На восемнадцатилетие он подарил ей набор косметики. Тогда она ещё готовилась к выпускным экзаменам и только бросила ему "Спасибо", больше не вспомнив об этом.
И тот набор она положила на свой туалетный столик, так и не притронувшись к нему.
И когда поехала в Ихэ, не вспомнила о нём и не взяла с собой.
Теперь же Сан Чжи поднялась и взяла с туалетного столика пакет. Пошарив в нём, она глянула на марку. Кажется, не из дешёвых.
Значит, сейчас его материальное состояние значительно лучше, чем когда он был студентом.
Купил машину, да и живёт в неплохой квартире.
Наверное, ему теперь не так тяжело, как раньше.
Ох.
Но почему он всё время кажется ей таким несчастным?
Сан Чжи села на пол, пристроив подбородок на край кровати и молча задумалась.
У неё в мыслях было пустовато.
Но вдруг в голове возникла фраза, которую она услышала сегодня в его машине, ей тогда ещё показалось, что она ослышалась.
- Тоже сойдёт.
И ещё перед этим.
- Такая как ты.
Нет.
Наверное, она всё же ошиблась.
Может быть, он просто, как и раньше, только шутил над ней.
Нет, что-то не сходится.
Ведь раньше он не говорил ничего подобного.
Чем дальше она думала об этом, тем сильнее раздражалась.
Сан Чжи залезла на кровать и перекатилась по ней. Потом взяла телефон, выкинула этот вопрос из головы и отправила Дуань Цзясюю сообщение, что уже добралась до дома.
Подумав, она добавила:
"Братец Цзясюй, у моего брата, кажется, появилась девушка".
Братец 2: "Ага".
Почесав голову, Сан Чжи испытующе добавила, что та девушка, кажется, очень маленькая.
Братец 2: "Но твой брат ведь не мог соблазнить несовершеннолетнюю?"
Сан Чжи, поколебавшись, спросила: "А что, главное, чтобы была совершеннолетняя?"
Прошло некоторое время.
Прежде чем Дуань Цзясюй прислал голосовое.
Сердце Сан Чжи почему-то забилось быстрее, она с волнением нажала прослушать.
Низкий мужской голос послышался из трубки, плавно текучий и уверенный в своих словах:
- Совершеннолетняя, отучившаяся в школе, поступившая в университет. Тогда она практически уже взрослая.
Потом прислал ещё одно.
И теперь немного смеялся:
- Что же здесь такого?
Услышав такое от Дуань Цзясюя, Сан Чжи не смогла поверить своим ушам. И не спала всю ночь. Но если посудить, он ведь стоял в позиции стороннего наблюдателя, поэтому так говорил.
По крайней мере, любой ответил бы то же самое.
Не такая уж это большая разница в возрасте, только шесть-семь лет.
Но когда Сан Чжи познакомилась с Дуань Цзясюем, ей было тринадцать.
Поэтому, возможно, существует такая вероятность. В его глазах она навсегда останется тринадцатилетней, никогда не изменится.
Она ведь была ещё ребёнком, когда встретила его.
И для него ребёнком и останется.
Даже если он считает, что может встречаться с девушками её возраста.
Она точно не входит в их число.
Сан Чжи не могла уснуть, среди ночи поднялась и достала из-под кровати картонную коробку. Разрезала маникюрными ножницами скотч и вынула то, что там хранилось.
Страшненькую игрушку, которую Дуань Цзясюй подарил ей.
Сан Чжи усадила игрушку на кровать и долго смотрела на неё.
Потом её губы расслабились, и она тихонько пробормотала:
- Представим... только представим. Что ты не считаешь меня ребёнком.
- Я бы не стала бегать за тобой, - Сан Чжи ткнула пальцем в игрушку и уточнила: - Дело не в том, что за мной некому ухаживать. Я ведь такая красивая, а ты уже такой старый... Ещё несколько лет, и у тебя появятся морщины.
Сан Чжи буркнула:
- Размечтался.
***
Свадьба Цянь Фэя была назначена на восьмой день после Нового года.
Он жил в Наньу, поэтому Сан Чжи тоже была с ним неплохо знакома. Кроме нескольких встреч во время её учёбы в младшей школе, они ещё виделись пару раз после. Когда она училась в старших классах, Сан Янь изредка приглашал Цянь Фэя к ним домой поесть.
Поэтому Сан Чжи тоже была приглашена на торжество.
И вот настал этот день.
Сан Чжи специально нарядилась и отправилась туда вместе с братом. Её посадили за стол с одногруппниками Цянь Фэя, большинство из которых были парнями.
И там Сан Чжи увидела Дуань Цзясюя.
Она знала, что он тоже придёт, поэтому не особенно удивилась.
И всё равно не удержалась от того, чтобы посмотреть на него подольше.
Дуань Цзясюй сегодня одел простую белую рубашку и чёрные брюки, выглядел он намного серьёзнее, чем обычно, энергетика молодого повесы значительно уменьшилась. Он сидел прямо напротив Сан Чжи, а рядом - женщина, которая как раз с ним разговаривала.
Сан Чжи отвела глаза, но потом ей кое-что показалось странным, и она снова бросила на него быстрый взгляд.
И тут же заметила, в чём дело. Он надел тот самый галстук, который она ему подарила.
Видимо, Дуань Цзясюй ощутил на себе её взгляд, поэтому посмотрел в ответ и чуть приподнял уголки персиковых глаз. Потом он что-то сказал женщине, говорившей с ним, поднялся и подошёл к Сан Яню.
Он поговорил с парнем, сидящим рядом с Сан Янем, и они поменялись местами.
А Сан Чжи сидела как раз вместе с братом.
Сан Янь рассмеялся и с вызовом сказал:
- Дуань Цзясюй, я же только сел, а ты уже спешишь поприветствовать своего папочку?
Тот, опустив глаза, поменял столовые приборы, похоже, пропустив его слова мимо ушей.
- Ну-ка, назови меня папой, - Сан Янь откинулся на спинку стула и потянулся за красным конвертом, который Сан Чжи положила на стол. Он дёрнул уголком рта: - Новый год ведь, папа и для тебя припас денежный подарок.
Этот конверт вручили Сан Чжи родственники, прибывшие с внезапным визитом ещё до того, как она вышла из дома.
Она, посмотрев на конверт, не стала отбирать его на глазах у всех, только притворилась, что ничего не замечает, и отхлебнула воды из стакана.
Дуань Цзясюй моргнул и быстро бросил взгляд на Сан Чжи. Потом опять повернулся к Сан Яню и, растягивая слова, произнёс:
- Папой как-то не хорошо называть, может, сойдёт "братец"?
Сан Янь приподнял бровь.
- Можешь и братцем назвать.
Дуань Цзясюй опять посмотрел на Сан Чжи, его взгляд притягивал, будто в нём содержался какой-то намёк. Он усмехнулся и, отбросив всякий стыд, нисколько не стесняясь, в самом деле назвал Сан Яня:
- Ах, мой старший братец.
Прозвучало это как гром среди ясного неба.
Сан Чжи чуть не подавилась, схватила салфетку и закашлялась, прикрывая рот.
Сан Янь же долго молчал, уставившись на друга, как будто видел его впервые. На его виске дёрнулась жилка, он не знал, что сказать.
- Какого хрена ты называешь меня старшим братцем?
- Старший братец, - Дуань Цзясюй забрал конверт, постучал по нему кончиками пальцев и добавил по-хулигански, - спасибо!
Сан Янь недовольно бросил:
- Не стоит. Верни конверт.
- Я его забираю, как ты и сказал. - Дуань Цзясюй, притворившись, что не слышал, сунул конверт в карман и мило улыбнулся. - На том и договорились, впредь ты будешь моим старшим братцем.
У Сан Яня дёрнулся глаз.
- Ты чего сегодня, башкой поехал?
- Ничего подобного, - улыбнулся тот и, как будто было мало, опять сказал, плавно и протяжно, - спасибо за заботу обо мне, старший братец.
Обновлено: 13.02.2026