«Крепостной! Как много в этом слове для сердца русского слилось, как много в нём отозвалось! Этот бородатый дядька Некрасов понимал толк в нуждах крепостных… женщин» – Настя, не сбавляя торжественности тона, указала на вход в землянку, которую она уже ласково называла «Нора».
– Мой холм – моя крепость. Кадм, старый ты проходимец, нельзя так. Нельзя мне светиться. Мне нельзя показываться людям.
Кадм не выглядел виноватым, он был уверен в своем праве: просить дитя богов о помощи. Впрочем, его просьба касалась вопроса интимного, и Настя сердилась больше для вида, поддерживала статус хозяйки.
– Она моя женщина, – мягко и тихо повторил этот лысый любовник чужих жён. – Ты можешь помочь. Помоги.
– Рано это. Кадм не надо больше так. Нельзя. Я помогу. Она будет молчать?
– Она будет молчать, – улыбнулся мужчина. – Кеби умная женщина. Ей есть что терять.
– Да и мне бы не хотелось тебя терять. Мне и Андрею ты нужен. Кто будет с внуками сидеть? Лысый нянь! Смотри мне, – она погрозила ему пальцем.
Ночью, еще переживая близость с Андреем, вспоминая его ласки и тело, Настя нашла в себе силы решиться на первый шаг грязный, отвратительный, необходимый.
Ей нужны подельники, ей нужны сообщники, невозможно одной выжить. Чувствовала она некий момент халявы, бесплатного сыра в мышеловке – не бывает так!
Ага, как же, очнулась на пляже и рояль из кустов выкатился – лысый и изрядно образованный по этим временам.
Про перемены в организме страшно даже думать. Как она рожать будет! А дети какие будут? Она же по всем параметрам ненормальная. У нее гены не такие как у всех. Ой, мамочка!
Звягинцева еще немного попсиховала. И стала размышлять о том, что странно это: у первого встречного оказался сын – прямо под её запросы рожденный. Принц в скромном хитоне, крыс канцелярский, львёнок стальноглазый, так бы и загрызла его сволочь, до сих пор ноет всё от него.
Неспроста она такие рояли получила – кто-то потребует плату. Но кто её нагнуть может? Только боги. С мифами плохо, она – дурочка, Гомера этого нудного не читала в школе, просмотрела немного «Одиссею», а «Илиаду» совсем не открывала! Вот ведь лентяйка какая – «Трою» она с Брэдом Питтом посмотрела.
Из фильмов мало информации, «Персик Джексон» не понравился, первая серия была интересная, а потом не стала она смотреть.
Кругом она не те книги читала! Не интересовали её книжки про попаданцев дурацких на всякие «Таинственные острова» и в тему «Как победить весь мир за год».
Но про богов она не зря задумалась, не могла она забыть впечатлений от бесед на эту тему с Кадмом.
Этот взрослый мужчина, административный работник, на полном серьёзе ей рассказывал про богинь и богов Эллады и финикийцев.
И она не понимала – это было так же дико, как, например, ей кто-нибудь стал рассказывать в школе: «Вчера к нам в гости приходил ужинать Владимир Путин. Не однофамилец – сам президент. Такой спокойный, вежливый. Очень хорошее впечатление от него. Любит пирожки с вишневым вареньем. А вот чай не сладкий любит, но и не очень крепкий».
Это же фантастика! Путин он, конечно, есть, он настоящий, но он где-то там… в Москве, в Кремле.
А вот Кадм про божественное рассказывал так просто и уверенно, что она не могла этого принять.
Финикиец был абсолютно уверен в том, что боги рядом, они всегда всё видят и надо себя вести достойно, не гневить высших.
А Настя собиралась немного прогневить – не удержится она, натворит всяких демократий и против рабства точно выступит. И ей не было страшно.
Настя реально верила в свои силы – она уж очень суперской оказалась: ей яд гюрзы был пофиг, даже прикольно было. И ранки мелкие затягивались хоть не на глазах. Но быстро – за ночь они исчезали, да так, что и шрамов не оставалось.
Страшно подумать, она может как эта самая – гидра, которой Геракакал голову рубил? Вот только не надо пробовать – не то что голову, она и руки-ноги побережет. Но бонус славный!
Коэффициент полезного действия у неё стал как у трактора! Она вчера весь вечер думала, всё этот арбалет примитивный соображала и рассматривала в своей голове – виртуальную мозговую модель крутила со всех сторон, масштабы считала, размер прикидывала. А ручки-то трудились!
Ручки не ленились – ножом этим старым она не резала, там скребление какое-то получалось: «обработка древесины путем нанесения царапин». И сил не убавлялось, и мышцы не болели.
Настя вспомнила, как она вчера заплыв сделала: вошла днем в море и рванула со всей дури вперёд!
Вот уж это было весело! Она дыхание могла задержать на четыре минуты! И при этом она плавала! Как рыбка!
Слов не хватало ей описать это волшебство: когда под водой, без всяких этих аквалангов, не напрягает – с камнем тяжелым можно долго не всплывать, удобно.
Ты глазам своим не можешь поверить – вода чистейшая, в голове переворот и восторг – ты в другом мире.
Подводный мир это живой мир, он скрыт от глаз, он настоящий и огромный.
Небо – это так, ерундистика, там, конечно, птицы летают и облака всякие, но небо не место для жизни, там дела делать надо.
А море – это место жизни, и оно великое, только под водой можно это осознать ясно: «Море – колыбель жизни на Земле». Волшебное море.
Настя сначала проверила свои силы: погрузила голову и стала считать секунды. Дошла в счёте до двухсот пятидесяти и подумала: «Чего сижу? Кого считаю? Красота кругом – плавать надо!»
Она потом даже осьминожку поймала. Он её укусил как-то: точно мерзавец её укусил, и отравить пытался, но яд у него был не как у гюрзы, какой-то мутный и слабый.
Хорошо, хоть небольшого она поймала. Всего с метр длиной, но тяжелый – как ведро воды точно. Кадм радовался очень – оказывается, осьминогов все любят, они вкусные.
От всех этих плюшек и бонусов голова шла кругом, всё хотелось распробовать и испытать – Настя уже запарилась в голове планы менять, так много всего всплывало необходимого, полезного, того, что требовало немедленной проверки и уточнения.
Решилась она на одну проверку. Выбор у неё был – оставить этого Кадма и уйти. Но зачем? И Андрюшка этот противный подвернулся под руку. Как без парня? Без парня никак честной девушке. Не оставили ей выхода.
Звягинцева точно знала одно – там дальше арбалеты идут в развитии стрелкового оружия. Луки это самое начало. Арбалеты – это более продвинутое оружие. И оно дальнобойное. Не надо с врагами сближаться – еще чего – вдруг зарежут всякие гады. Надо притаиться и всех из засады наказать. Луки требуют долгого обучения, они на самом деле отличное оружие, но уж очень требовательное. Арбалет простой как ружьё – жми на курок и будет тебе «Бадабум, биг бадабум». Из арбалета можно лежа стрелять и он как-то лучше доспехи всякие протыкает. Правда, у него тетиву замучаешься натягивать.
Но она ведь умненькая, она благоразумненькая, она все себе аккуратно сделает, под свой размерчик. Ей много не надо, ей далеко не надо – попал на метров двадцать и хватит. Зато так, чтобы все доспехи наповал!
И мяса очень хочется. Но как стрелять в свинок и оленей? В свинок еще понятно – они свиньи и кабаны грязные. Видела она уже некоторых, быстрые такие, шерстью покрытые и с клыками – сразу видно, что опасные вокруг бегают кабанчики, хоть и небольшие.
А вот оленей она тоже видела, но стрелять в них не хотелось, олени сволочи – у них морды двуличные, такие милые, потешные, как стрелять в таких Бембиков? А хочется оленинки, никак без мяса не прожить.
Осьминоги это так – деликатесы всякие.
И хлеба очень хочется! Что они за народ такой, эти аласи-киприоты, хлеба у них мало. Ничего не понимают в сбалансированном питании.
Она их научит, с какой стороны караваи в печь совать, а с какой шихту эту железорудную засовывать.
Обновлено: 18.02.2026