Маг льда продолжал стоять в глубоком поклоне. А мы с Сиегилом не понимали, что, собственно, сейчас происходит. Если этот человек приспешник лича, то тогда почему он поклонился, как только узнал, кто такой Сиегил? Всем известно, что последователи Мельтаса, а тем более жрецы, являются самыми опасными и ненавистными магами для любой нежити. Огонь и свет — типы магии, которые наносят наибольший урон по осквернённым телам, так что любой последователь Мельтаса будет неприятным противником для этих тварей. А жрец — тем более.
Если же он не слуга возродившегося некроманта, то всплывает важный вопрос. Какого Мелека он крадёт цветки скверны и передаёт их личу?
— Встань прямо и отвечай на мои вопросы, — приказал только через десять секунд пришедший в себя Сиегил.
После слов жреца Мельтаса маг льда тут же разогнул спину и посмотрел на него взглядом, полным покорности.
— Зачем ты крал цветки скверны и доставлял их личу? — жёстким голосом спросил мой спутник.
— При всём уважении, господин жрец, это не цветки скверны, и я не знаю ни о каком личе, — спокойным голосом ответил маг льда.
— И что же это тогда, если не цветки скверны? — с издёвкой спросил Сиегил.
— Это редкий цветок, сильно понравившийся одной воистину прекрасной девушке, — сказал недавний противник с влюблённым выражением на лице.
И тут я, мягко говоря, сильно удивился. Сиегил вообще впал в ступор. И думаю, так отреагировал бы каждый окружающий это место член корпуса Меридиан, если бы был здесь.
То есть мы тут сражаемся во благо рода людского. Спасаем Аспию от страшной угрозы в виде лича. А этот кретин собирает цветочки своей бабе? И не розы там какие-то, а цветки скверны! Рядом с которыми и находиться-то опасно, если у тебя, конечно, наследия Мельтаса нет. Вы серьёзно?
— Да как… Ты… Да что… — растерянно забубнил Сиегил, пытаясь подобрать нужные слова. Было видно, что он просто не может поверить в тупость стоявшего перед нами мага.
Наконец успокоившись, жрец объяснил наивному молодому человеку, что он натворил:
— Это именно цветки скверны. Не так давно стало известно, что был возрождён Лич, и я лично видел место, где была создана одна из филактерий. Или ты сомневаешься в моих знаниях слуги Мельтаса? — с вызовом закончил он.
После слов жреца лицо мага посерело. Он схватился за голову и произнёс:
— Лич? Цветки скверны? Да не может такого быть! Но как же так?
— Сколько ещё подобных цветков ты украл для своей барышни? — устало вздохнул Сиегил.
— Ещё три, — пробубнил маг льда.
— Я полагаю, та девушка тебя обманула. Скорее всего она нежить, созданная личём. Тебя провели, как последнего идиота, — спокойно произнёс Сиегил.
— Да не может такого быть! Она красивая девушка и прекрасный человек! Это бред! — возмутился маг льда.
— Успокойся, — остановил раскрасневшегося парня служитель, — может так и есть, возможно, её, как и тебя, обманули, чтобы заставить собрать нужные ингредиенты для создания филактерий.
— Да, скорее всего именно так и есть! Кана не могла знать, для чего нужны эти цветки. Она просто замечательный человек. Она бы никогда не стала помогать твари, подобной личу, — начал сам себя уговаривать юноша, схватившись за слова собеседника как за спасательный круг.
Пока вёлся этот диалог, я спустился с дерева и подошёл ближе к двум магам.
— Расскажи, кто ты такой и откуда прибыл? — поинтересовался я у парня.
К этому времени тот уже немного успокоился и вновь вернул адекватное выражение лица.
— Моё имя — Айзек Тоширан. Я прибыл из империи Кельтон, — гордо поведал он нам.
После его слов наши с Сиегилом глаза вновь округлились. И нам было чему удивляться. Тоширан. Благодаря деду и своей любви к чтению мне было знакомо это название. Это имя носил один очень древний род империи Кельтон. Он специализируется на магии и рунах льда. И теперь всё стало на свои места. Только представитель данного рода может быть столь силён, используя магию этой стихии. К тому же, в столь юном возрасте обладать подобной силой… Нельзя сказать, что на это способен лишь член древнего рода, но таким людям будет добиться подобного явно проще, чем тем, у кого за спиной нет поддержки.
Также сразу стало понятно, почему маг льда настолько резко поменял своё поведение, как только узнал, что Сиегил — жрец Мельтаса. Ведь все в империи Кельтон поклоняются этому Первобытному. Вообще, империя Кельтон является самым могущественным государством из всех, где ему возносят молитвы. Любой жрец Мельтаса — многоуважаемая фигура на родине этого Айзека.
— И что представитель столь древнего и уважаемого рода забыл в нашем скромном королевстве? — задал я резонный вопрос.
— У Тоширан есть один обычай. Каждый молодой представитель нашего рода, достигнув ступени Мастера, тут же отправляется в путешествие по Алондару, чтобы лучше осознать свои возможности и понять, на что он способен в одиночку, без помощи семьи.
— Разве родители таких Мастеров и старейшины рода не боятся, что их чада погибнут во время путешествия? При всём уважении, ступень Мастера — это не тот уровень могущества, когда магу нечего бояться. Тебя легко может укокошить один Магистр, — заметил я.
— На этот случай у меня есть портальный артефакт! — сказал юноша, взяв в руку амулет, висящий у него на шее.
Он был сделан из металла серебристого цвета. Судя по красивым узорам, над амулетом поработал отличный ювелир.
— И что же делает этот портальный артефакт? Дай угадаю. Он телепортирует твою ценную тушку обратно в империю Кельтон, — съязвил я.
— Отнюдь, — хмыкнул Айзек, — стоит только мне сорвать или снять с себя этот амулет, как тут же сюда переместится мой прапрадед и задаст всем жару!
— И какая ступень у твоего уважаемого родственника? — нахмурившись, спросил Сиегил.
Видимо, жрец начал осознавать, что с ним бы случилось, если бы он навредил этому парню. Тут даже Мельтас его бы не спас.
— Мой прапрадед в данный момент находится на ступени Бессмертного, — во весь рот улыбнулся Айзек.
Однако кому было не смешно, так это Сиегилу. Его лицо в один момент посерело. Он понял, что ходил по краю.
— Так может ты снимешь свой амулет, и твой уважаемый родственник поможет нам найти и убить лича? Маг такого уровня точно справится с подобной задачей без проблем, — предложил я.
— А какая ступень у Лича? — нахмурился Айзек.
— Предположительно он Мастер, — ответил Сиегил.
— Нет, не вариант. Мой дед не станет тратить своё время на подобную мелочь. Скорее разозлится, что я вызвал его из-за такой ерунды, и зная его вспыльчивый нрав, возможно, он выместит свою злость на вашем же королевстве… — пожав плечами, предположил Айзек.
— Нет, нам такого не надо! — подал голос Сиегил.
И я, собственно, был согласен с жрецом. Пока я не достиг вершин могущества, мне лучше не встречаться с подобными личностями.
— Тогда что нам теперь делать? — спросил я поникшего спутника.
— Айзек, ты же можешь отвести нас к своей девушке? Нам нужно узнать, каким образом украденные тобой цветки скверны попали в личу, — обратился к магу льда Сиегил.
— Я отведу вас к Кане только в том случае, если вы пообещаете мне не вредить ей, — встал в позу Айзек.
— Давай договоримся иначе. Я пообещаю ей не вредить, но только в том случае, если твоя Кана не является нежитью. А у меня есть весомые подозрения на этот счёт, — предложил служитель Мельтаса.
— Это исключено. Какой вздор! Не может Кана быть нежитью, — возмутился парень.
— В таком случае тебе нечего опасаться, — ответил Сиегил серьёзным тоном. — Так что?
После слов жреца представитель рода Тоширан немного поразмыслил и через полминуты сказал:
— Хорошо. Хоть я и абсолютно уверен, что Кана не нежить, но чтобы доказать свою правоту, готов согласиться на то, что вы сможете ей навредить. Конечно, если она и вправду окажется нечистью, что, понятное дело, никогда не случится, — выдал тираду Айзек.
— По рукам, — кивнул мой спутник.
— Но как вы собираетесь проверять, кем является Кана? — нахмурил брови парень.
— Свет инквизитора. Особое плетение света, которое абсолютно безвредно для живых и крайне губительно для нежити, — объяснил жрец.
— Это подходит, — кивнул головой маг льда.
— Теперь говори, где находится твоя Кана, — встрял я в разговор.
Обновлено: 16.02.2026