Ждать ответа долго не пришлось.
Лу Чжоу даже показалось, что Ло Вэнсюань даже не обдумал ничего.
Ло Вэнсюань тут же взволнованно ответил:
— Да! Я тоже считаю это весьма интересным… Возможно, мы даже откроем новую физику!
Независимо от того, что скрыто за тайной, этот вопрос заслуживал внимания любого физика-теоретика.
Даже если бы Лу Чжоу не пригласил его работать вместе, он бы
самостоятельно изучил бы этот вопрос. Но теперь, когда обладатель
Филдсовской и Нобелевской премий, предлагает ему работать вместе,
он не откажется от совместной работы. На самом деле, он с радостью будет сотрудничать. Лу Чжоу поразил возбужденный взгляд его друга. Поняв, что Ло Вэньсюань не шутит, Лу Чжоу заговорил. — Тогда
я распределяю обязанности… Ты будешь отвечать за изучения вопроса
в области теоретической физики. Я буду работать над дзета-функцией
Римана Хотя Лу Чжоу раньше занимался теоретической физикой, его
исследования были сконцентрированы на расчетах. Кроме того, исследование
дзета-функции Римана отнимало большую часть его времени, не говоря уже
о том, что он все еще был главным конструктором Комитета по строительным
работам на лунной орбите. У него просто не было времени заниматься
теоретической физикой. — Отлично… — Ло Вэньсюань ударил в плечо Лу Чжоу кулаком. — Ты протащишь меня. — В плане
протащу, ты тоже выполнишь свою часть работы, — Лу Чжоу оглядел офис.
— В любом случае… Что ты делаешь со своим кабинетом? Ло Вэньсюань улыбнулся: — Я просто
украшаю его. Разве не Эйнштейн говорил, что неожиданные сюрпризы
в жизни улучшают настроение, а хорошее настроение приносит вдохновение. — Уверен, что Эйнштейн никогда этого не говорил. Ло Вэньсюань рассмеялся: — Неважно, кто это сказал, главное, что это правда. Хотя временами Ло Вэньсюань казался ненадежным, он был довольно талантливым. В конце
концов, он ученик Виттена. Даже если ему потребовалось много времени,
чтобы выпуститься, это потому, что требования Виттена слишком высокие,
к тому же он тогда был еще незрелым. Что касается его научных
достижений, то у него было четыре докторских работы и одна научная
опубликованная статья, что довольно впечатляюще, учитывая его возраст. А получить
результаты исследований в области теоретической физики трудно,
в отличие от других областей физики. Даже без его квалификации,
полученной в Принстоне и ЦЕРНе, один только его опыт мог бы помочь ему
попасть в государственную программу поддержки молодых ученых. Лу Чжоу покинул кабинет Ло Вэньсюаня и вернулся к себе в кабинет. По сравнению
с кабинетом Ло Вэньсюаня, в его кабинете все еще царила научная
атмосфера. Его ученики и помощники всегда усердно работали, по крайней
мере, когда он находился в кабинете. Но из-за этого Лу Чжоу чувствовал, что… «Здесь не так оживленно, как в кабинете Ло Вэньсюаня?» Лу Чжоу
сидел за своим столом и вспоминал, что сказал Ло Вэньсюань. Он оглядел
свой скромно обставленный кабинет и задумался, после чего сказал: — Сейчас праздники. В кабинете стало необычно тихо. Никто не понимал, что подразумевал Лу Чжоу, поэтому ответа не последовало. Лу Чжоу помолчал еще немного, а потом спросил: — Следует ли нам… украсить кабинет? Лу Чжоу искал ободрения. Однако… В кабинете по-прежнему царила тишина. Поскольку никто ему
не ответил, Лу Чжоу немного смутился. Он положил записную книжку в ящик
стола, собрал свои вещи и пошел есть. Однако, как только он вышел за дверь, кабинет ожил. — Я правильно расслышал, профессор Лу хочет… украсить кабинет? — переспросила студентка магистратуры с удивленным взглядом. Сидящий рядом с ней аспирант в квадратных очках сказал: — Похоже свиньи научаться летать! Не ожидал, что профессор Лу любит праздники. — Это
потому, что ты недостаточно хорошо его знаешь, — сказала Линь Юйсян,
отложив ручку. Она с гордостью добавили. — Хотя профессор Лу всегда
равнодушен ко многим вещам, если узнаете его поближе, вы поймете, что
на самом деле он открытый и разносторонний человек. Кун Цзе закатила глаза от её слов. «Ты лишь пару раз приносила ему еду». «Почему ты говоришь так, будто с ним очень близка?» Однако студентка оказалась доверчивой, и она с любопытством спросила: — Например? — Например, когда он заказывает еду. — Заказывает еду… Я беспокоюсь о здоровье профессора Лу, постоянно питаться фастфудом не очень хорошо. — Да-да, ему просто следует найти девушку, которая будет готовить для него. Если
три женщины соберутся вместе, то их уже не остановить. Только они
говорили о том, что ест профессор Лу, когда уже начали общаться на тему
какие девушки нравятся профессору Лу. Чжао Хуань, которая обычно не участвовала в разговоре, посмотрела на трех болтающих девушек и сказала: — Эм… Линь Юйсян посмотрел на нее с улыбкой и спросила: — Что случилось? — Мне кажется, что это очень похоже на обсуждение старушек у подъезда… — … Разговор прекратился. В кабинете снова воцарилась тишина. Никто не говорил о вкусах профессора Лу или планах по украшению кабинета. Хань Мэнци, сидевшая за своим столом, не участвовала в разговоре. Она вздохнула и повертела ручкой в руке. «Уже почти Рождество…» Хотя она не праздновала этот праздник, когда она увидела фотографии своих подруг с парнями, она не могла немного не ревновать. — Раздражает… Хань Мэнци почесала затылок и вздохнула. Иногда она не знала точно, что ее расстраивает, но просто отчего-то грустила. «Интересно, будет ли сестренка отмечать с Лу Чжоу Рождество?» Хотя это не имело к ней никакого отношения, она все равно хотела, чтобы Чэнь Юйшань была с Лу Чжоу. Но при мысли об этом, она почему-то расстраивалась еще сильнее…
самостоятельно изучил бы этот вопрос. Но теперь, когда обладатель
Филдсовской и Нобелевской премий, предлагает ему работать вместе,
он не откажется от совместной работы. На самом деле, он с радостью будет сотрудничать. Лу Чжоу поразил возбужденный взгляд его друга. Поняв, что Ло Вэньсюань не шутит, Лу Чжоу заговорил. — Тогда
я распределяю обязанности… Ты будешь отвечать за изучения вопроса
в области теоретической физики. Я буду работать над дзета-функцией
Римана Хотя Лу Чжоу раньше занимался теоретической физикой, его
исследования были сконцентрированы на расчетах. Кроме того, исследование
дзета-функции Римана отнимало большую часть его времени, не говоря уже
о том, что он все еще был главным конструктором Комитета по строительным
работам на лунной орбите. У него просто не было времени заниматься
теоретической физикой. — Отлично… — Ло Вэньсюань ударил в плечо Лу Чжоу кулаком. — Ты протащишь меня. — В плане
протащу, ты тоже выполнишь свою часть работы, — Лу Чжоу оглядел офис.
— В любом случае… Что ты делаешь со своим кабинетом? Ло Вэньсюань улыбнулся: — Я просто
украшаю его. Разве не Эйнштейн говорил, что неожиданные сюрпризы
в жизни улучшают настроение, а хорошее настроение приносит вдохновение. — Уверен, что Эйнштейн никогда этого не говорил. Ло Вэньсюань рассмеялся: — Неважно, кто это сказал, главное, что это правда. Хотя временами Ло Вэньсюань казался ненадежным, он был довольно талантливым. В конце
концов, он ученик Виттена. Даже если ему потребовалось много времени,
чтобы выпуститься, это потому, что требования Виттена слишком высокие,
к тому же он тогда был еще незрелым. Что касается его научных
достижений, то у него было четыре докторских работы и одна научная
опубликованная статья, что довольно впечатляюще, учитывая его возраст. А получить
результаты исследований в области теоретической физики трудно,
в отличие от других областей физики. Даже без его квалификации,
полученной в Принстоне и ЦЕРНе, один только его опыт мог бы помочь ему
попасть в государственную программу поддержки молодых ученых. Лу Чжоу покинул кабинет Ло Вэньсюаня и вернулся к себе в кабинет. По сравнению
с кабинетом Ло Вэньсюаня, в его кабинете все еще царила научная
атмосфера. Его ученики и помощники всегда усердно работали, по крайней
мере, когда он находился в кабинете. Но из-за этого Лу Чжоу чувствовал, что… «Здесь не так оживленно, как в кабинете Ло Вэньсюаня?» Лу Чжоу
сидел за своим столом и вспоминал, что сказал Ло Вэньсюань. Он оглядел
свой скромно обставленный кабинет и задумался, после чего сказал: — Сейчас праздники. В кабинете стало необычно тихо. Никто не понимал, что подразумевал Лу Чжоу, поэтому ответа не последовало. Лу Чжоу помолчал еще немного, а потом спросил: — Следует ли нам… украсить кабинет? Лу Чжоу искал ободрения. Однако… В кабинете по-прежнему царила тишина. Поскольку никто ему
не ответил, Лу Чжоу немного смутился. Он положил записную книжку в ящик
стола, собрал свои вещи и пошел есть. Однако, как только он вышел за дверь, кабинет ожил. — Я правильно расслышал, профессор Лу хочет… украсить кабинет? — переспросила студентка магистратуры с удивленным взглядом. Сидящий рядом с ней аспирант в квадратных очках сказал: — Похоже свиньи научаться летать! Не ожидал, что профессор Лу любит праздники. — Это
потому, что ты недостаточно хорошо его знаешь, — сказала Линь Юйсян,
отложив ручку. Она с гордостью добавили. — Хотя профессор Лу всегда
равнодушен ко многим вещам, если узнаете его поближе, вы поймете, что
на самом деле он открытый и разносторонний человек. Кун Цзе закатила глаза от её слов. «Ты лишь пару раз приносила ему еду». «Почему ты говоришь так, будто с ним очень близка?» Однако студентка оказалась доверчивой, и она с любопытством спросила: — Например? — Например, когда он заказывает еду. — Заказывает еду… Я беспокоюсь о здоровье профессора Лу, постоянно питаться фастфудом не очень хорошо. — Да-да, ему просто следует найти девушку, которая будет готовить для него. Если
три женщины соберутся вместе, то их уже не остановить. Только они
говорили о том, что ест профессор Лу, когда уже начали общаться на тему
какие девушки нравятся профессору Лу. Чжао Хуань, которая обычно не участвовала в разговоре, посмотрела на трех болтающих девушек и сказала: — Эм… Линь Юйсян посмотрел на нее с улыбкой и спросила: — Что случилось? — Мне кажется, что это очень похоже на обсуждение старушек у подъезда… — … Разговор прекратился. В кабинете снова воцарилась тишина. Никто не говорил о вкусах профессора Лу или планах по украшению кабинета. Хань Мэнци, сидевшая за своим столом, не участвовала в разговоре. Она вздохнула и повертела ручкой в руке. «Уже почти Рождество…» Хотя она не праздновала этот праздник, когда она увидела фотографии своих подруг с парнями, она не могла немного не ревновать. — Раздражает… Хань Мэнци почесала затылок и вздохнула. Иногда она не знала точно, что ее расстраивает, но просто отчего-то грустила. «Интересно, будет ли сестренка отмечать с Лу Чжоу Рождество?» Хотя это не имело к ней никакого отношения, она все равно хотела, чтобы Чэнь Юйшань была с Лу Чжоу. Но при мысли об этом, она почему-то расстраивалась еще сильнее…
Обновлено: 12.01.2026