Пока Лу Чжоу писал свою статью, интернет взорвался.
Какой-то репортер, присутствовавший на конференции, выложил весь репортаж в сеть.
Просмотрев момент, когда Лу Чжоу написал на доске последнюю строку и заявил, что решил, то комментарии вспыхнули.
«Безумие! Он получил общее решение уравнений Янга— Миллса?»
«Бог Лу потрясающий!»
«Я потрясен.»
«Удивительно, даже подобное видео набирает миллионы просмотров…»
«Что это за уравнения? Я пришел сюда посмотреть на бога!»
«Вот
для всех краткое объяснение. Уравнений Янга — Миллса — одно из самых
выдающихся достижений теоретической физики двадцатого века. Они
описывают поведения между элементарными частицами с использованием
не абелевой группы. Нахождение общего решения уравнений дает нам
возможность понять разрыв массы с математической точки зрения. Это
позволяет нам сделать большой шаг к теории всего!» «Что за теория всего???» Раздел комментариев не единственное место, где велись оживленные беседы, различные СМИ также освещали эту тему. Заголовки,
как «Двадцатилетний математик в очередной раз шокирует мир теорией
всего!» или «Бывший руководитель разведки США сожалеет, что позволил
Лу Чжоу покинуть страну», появлялись на Weibo и других различных
новостных сайтах. Многочисленные фотографии Лу Чжоу, стоящего перед
доской публиковали во многих статьях. Долгое время уравнения
Янга — Миллса были важной вехой в мире теоретической физики, а также
важным событием для китайцев. Теперь это неразрешимое уравнение
наконец-то решено. Конечно, была и критика. Например, увидев это видео, какой-то китайский известный человек написал в Weibo. «Меня
не волнует значение уравнений Янга — Миллса. Уйти со сцены в середине
доклада — неуважение, это как актер, уходящий посреди спектакля. Как
китайский ученый, Лу Чжоу представляет не только себя. Он олицетворяет
Китай. Помимо научных достижений, он должен быть дисциплинированным
и хорошо воспитанным. Не говоря уже о том, что крайне безответственно писать не проверенные выводы.» После того, как сообщение появилось, раздел комментариев стал зоной боевых действий. «Пожалуйста, покажи нам, какой ты на самом деле в реальной жизни, покажи нам, какой ты вежливый.» «О,
в прошлый раз, когда сэр Атия с помощью пятистраничной работы пытался
обмануть мир, ты сказал, что он храбрый воин. Почему теперь
ты критикуешь Лу Чжоу? Потому что профессор Лу не иностранец?» «А что плохого в том, чтобы просить людей быть более вежливыми!» Автор сообщения обрадовался, что взлетел в топы и тихо удалился. Помимо китайских СМИ, этому вопросу уделяли внимание и зарубежные. Например,
Дейли Мейл, после окончания доклада связались с профессором
Сент-Эндрюсского университета, утверждающего, что он инсайдер отрасли. Во время интервью, когда у профессора спросили о случившемся, он открыто ответил: — Подозреваю, что это просто куча символов. — Почему? — Каждый, кто хоть немного разбирается в математике, знает,
что за каждой страницей строгой математической работы стоят бесчисленные
страницы черновиков. Особенно для подобных объёмных гипотез, требующих
огромных вычислений. Как можно решить что-то, ничего не записывая?
Хотите сказать, что он просто решил это под наплывом вдохновения? — Зачем профессору Лу понадобилось обманывать? Профессор пожал плечами: — Не знаю,
может быть, он слишком самоуверен? Хочет финансирования исследований?
У меня есть прекрасный алгоритм, чтобы доказать правильность общего
решения, но, к сожалению, мне не хватает места, чтобы записать его. ………………. Ночью. Отель Интерконтиненталь. В просторном
банкетном зале находились ученые в строгих костюмах. Столы, покрытые
белыми скатертями, заполняли шампанское и китайская, а также
западная еда. Чтобы восполнить случившееся на докладе, Цзиньлинский
университет мог использовать только еду и напитки, чтобы попытаться
произвести лучшее впечатление. Однако лишь небольшая часть людей
обиделась на то, что Лу Чжоу не следовал правилам. Большинство людей
больше беспокоило общее решение, оставленное на доске. — Уже восемь часов. — Фефферман посмотрел на вход в банкетный зал. — Похоже, наш главный герой не собирается появляться. Первоначально он хотел, чтобы Лу Чжоу объяснил общее решение на банкете, но к его сожалению, судя по всему, этого не случится. Уайлс в смокинге с бокалом шампанского в руке подошел и спросил: — Что ответил Принстон? Делинь по-прежнему в черной шляпе, закрывавшую его голову покачал головой и ответил: — Объем
вычислений большой. Мне сказали, что для его завершения потребуется два
или три дня. Более того там только утро и инженеры только проснулись
и приступили к работе. Суперкомпьютер центра Джона фон Неймана
не только работал на Институт перспективных исследований,
но и обеспечивал вычислительную поддержку Принстонской лаборатории
физики плазмы. Сотрудники центра больше выполняли заказов от НАСА или
Министерства науки и технологий и ценили их больше, чем от Института
перспективных исследований. Однако, поскольку Делинь лично просил об этом, оно не должно занять слишком много времени. Не говоря уже о том, что инженеры центра также интересовались математической проблемой мирового уровня. Фефферман вздохнул: — Было бы здорово, если бы он показал процесс вывода, даже просто идея помогла бы. Уайлс улыбнулся: — Говорят он снова ушел в затворничество? Слышал, что у профессора Лу это уникальный подход к решению проблем. — Думаю,
да. — Ответил Фефферман. — У него была привычка запираться в своем доме
в Принстоне. Как бы то ни было, прежде чем он закончит свою работу,
даже если придешь к нему домой, то он не откроет дверь. — Я не уверен,
стоит ли мне вернуться или ждать результатов здесь. — Эдвард Виттен
посмотрел на свой телефон. — Через пять дней в ЦЕРНЕ состоится
конференция по новому эксперименту. Уайлс улыбнулся. — В ЦЕРНЕ каждый день проводятся конференции, как часто тебе выпадает шанс стать свидетелем истории? Виттен немного подумал и пожал плечами. — Ты прав. Я просто подожду здесь еще пару дней.
для всех краткое объяснение. Уравнений Янга — Миллса — одно из самых
выдающихся достижений теоретической физики двадцатого века. Они
описывают поведения между элементарными частицами с использованием
не абелевой группы. Нахождение общего решения уравнений дает нам
возможность понять разрыв массы с математической точки зрения. Это
позволяет нам сделать большой шаг к теории всего!» «Что за теория всего???» Раздел комментариев не единственное место, где велись оживленные беседы, различные СМИ также освещали эту тему. Заголовки,
как «Двадцатилетний математик в очередной раз шокирует мир теорией
всего!» или «Бывший руководитель разведки США сожалеет, что позволил
Лу Чжоу покинуть страну», появлялись на Weibo и других различных
новостных сайтах. Многочисленные фотографии Лу Чжоу, стоящего перед
доской публиковали во многих статьях. Долгое время уравнения
Янга — Миллса были важной вехой в мире теоретической физики, а также
важным событием для китайцев. Теперь это неразрешимое уравнение
наконец-то решено. Конечно, была и критика. Например, увидев это видео, какой-то китайский известный человек написал в Weibo. «Меня
не волнует значение уравнений Янга — Миллса. Уйти со сцены в середине
доклада — неуважение, это как актер, уходящий посреди спектакля. Как
китайский ученый, Лу Чжоу представляет не только себя. Он олицетворяет
Китай. Помимо научных достижений, он должен быть дисциплинированным
и хорошо воспитанным. Не говоря уже о том, что крайне безответственно писать не проверенные выводы.» После того, как сообщение появилось, раздел комментариев стал зоной боевых действий. «Пожалуйста, покажи нам, какой ты на самом деле в реальной жизни, покажи нам, какой ты вежливый.» «О,
в прошлый раз, когда сэр Атия с помощью пятистраничной работы пытался
обмануть мир, ты сказал, что он храбрый воин. Почему теперь
ты критикуешь Лу Чжоу? Потому что профессор Лу не иностранец?» «А что плохого в том, чтобы просить людей быть более вежливыми!» Автор сообщения обрадовался, что взлетел в топы и тихо удалился. Помимо китайских СМИ, этому вопросу уделяли внимание и зарубежные. Например,
Дейли Мейл, после окончания доклада связались с профессором
Сент-Эндрюсского университета, утверждающего, что он инсайдер отрасли. Во время интервью, когда у профессора спросили о случившемся, он открыто ответил: — Подозреваю, что это просто куча символов. — Почему? — Каждый, кто хоть немного разбирается в математике, знает,
что за каждой страницей строгой математической работы стоят бесчисленные
страницы черновиков. Особенно для подобных объёмных гипотез, требующих
огромных вычислений. Как можно решить что-то, ничего не записывая?
Хотите сказать, что он просто решил это под наплывом вдохновения? — Зачем профессору Лу понадобилось обманывать? Профессор пожал плечами: — Не знаю,
может быть, он слишком самоуверен? Хочет финансирования исследований?
У меня есть прекрасный алгоритм, чтобы доказать правильность общего
решения, но, к сожалению, мне не хватает места, чтобы записать его. ………………. Ночью. Отель Интерконтиненталь. В просторном
банкетном зале находились ученые в строгих костюмах. Столы, покрытые
белыми скатертями, заполняли шампанское и китайская, а также
западная еда. Чтобы восполнить случившееся на докладе, Цзиньлинский
университет мог использовать только еду и напитки, чтобы попытаться
произвести лучшее впечатление. Однако лишь небольшая часть людей
обиделась на то, что Лу Чжоу не следовал правилам. Большинство людей
больше беспокоило общее решение, оставленное на доске. — Уже восемь часов. — Фефферман посмотрел на вход в банкетный зал. — Похоже, наш главный герой не собирается появляться. Первоначально он хотел, чтобы Лу Чжоу объяснил общее решение на банкете, но к его сожалению, судя по всему, этого не случится. Уайлс в смокинге с бокалом шампанского в руке подошел и спросил: — Что ответил Принстон? Делинь по-прежнему в черной шляпе, закрывавшую его голову покачал головой и ответил: — Объем
вычислений большой. Мне сказали, что для его завершения потребуется два
или три дня. Более того там только утро и инженеры только проснулись
и приступили к работе. Суперкомпьютер центра Джона фон Неймана
не только работал на Институт перспективных исследований,
но и обеспечивал вычислительную поддержку Принстонской лаборатории
физики плазмы. Сотрудники центра больше выполняли заказов от НАСА или
Министерства науки и технологий и ценили их больше, чем от Института
перспективных исследований. Однако, поскольку Делинь лично просил об этом, оно не должно занять слишком много времени. Не говоря уже о том, что инженеры центра также интересовались математической проблемой мирового уровня. Фефферман вздохнул: — Было бы здорово, если бы он показал процесс вывода, даже просто идея помогла бы. Уайлс улыбнулся: — Говорят он снова ушел в затворничество? Слышал, что у профессора Лу это уникальный подход к решению проблем. — Думаю,
да. — Ответил Фефферман. — У него была привычка запираться в своем доме
в Принстоне. Как бы то ни было, прежде чем он закончит свою работу,
даже если придешь к нему домой, то он не откроет дверь. — Я не уверен,
стоит ли мне вернуться или ждать результатов здесь. — Эдвард Виттен
посмотрел на свой телефон. — Через пять дней в ЦЕРНЕ состоится
конференция по новому эксперименту. Уайлс улыбнулся. — В ЦЕРНЕ каждый день проводятся конференции, как часто тебе выпадает шанс стать свидетелем истории? Виттен немного подумал и пожал плечами. — Ты прав. Я просто подожду здесь еще пару дней.
Обновлено: 12.01.2026