Глава 248

Глава 248. Звонок из Стокгольма. Желание Лартера сбылось, и он получил громкую новость, как хотел. Но речь шла не про Лу Чжоу. Речь шла о нем и скандале с «Вашингтон Таймс». На второй день после доклада, когда он пытался найти пропавшего профессора Еноха, в интернете появилась запись. Точнее, две записи. Одна запись прямо из офиса, когда он с коллегами обсуждали как сделать громкую новость и спровоцировать различные организации по защите прав чернокожих. Они не только использовали много расистских оскорблений, но и надсмехались над организациями. Вторая запись была из кабинета профессора в Нигерии. «… — Самое большее три дня. — Это невозможно! — 10 000 долларов. — Договорились!» Если первая запись только разозлила его, то вторая чуть не заставило его утонуть в собственном поту. И не только от того, что его карьера оказалось под угрозой. Главная проблема в том, как получили эту запись. Он мог предположить, что кто-то из офиса слил первую запись, но вторую... Он был в Африке! По ту сторону Атлантики! Ради сохранения конфиденциальности он всегда ездил в командировки один. Невозможно было заранее установить прослушивающее устройство в кабинете профессора Еноха. Невозможно чтобы кто-то прослушивал его самого. Он прошел проверку безопасности в аэропорту, а также принял душ и переоделся в отеле. Если только... Кто-то не следовал за ним по пути. Это самое логичное объяснение. Глядя на бледного Лартера, Боб хотел поддержать его и подошел к нему, но тот вскочил в панике со стула. — Не трогай меня! Посмотрев в глаза полные подозрений и страха Лартера, Боб спросил: — Что с тобой? Никто ничего не сказал в редакции, поскольку все были погружены в свою работу. Лартер в панике огляделся, пытаясь найти кто смотрит на него, но никого не заметил. Боб хотел все еще чего-нибудь сказать, но взглянув на лицо Лартера, не мог найти нужных слов. Не обращая внимания на Боба, Лартер с яростью открыл ящик стола и вывалил оттуда все документы. Он отчаянно искал диктофон или какой-нибудь жучок, который могли спрятать. Если бы он смог найти его, то мог хотя бы немного успокоиться. Однако как-бы он ни старался, он не мог найти источник просочившейся записи. Из-за этого его страх становился все сильнее. Разум говорил ему, что обычный ученый не может обладать такими способностями и за этим должны стоять другие люди. Он вспомнил о политическом значении гипотезы Гольдбаха и о том, как соседние страны неоднократно выражали недовольство сфабрикованными новостями и осуждал их, а теперь вдруг замолчали... Движимый профессиональными знаниями и имея ограниченное представление в голове, воображение Лартера полностью разыгралось, а его лицо становилось все бледнее. Может быть… Он стал «целью»? …………………………….. Лу Чжоу не следил за последующим скандалом с Вашингтон Таймс. Он только услышал от Ло Вэньсюаня, что «Вашингтон Таймс» временно закроется и главный редактор Лартер уйдет в отставку. Хотя фальсификация новостей это одно, но, когда обвиняют в коррупции, это уже другое. Этот скандал будет преследовать Лартера всю оставшуюся жизнь, оставив след в его карьере. По крайней мере, продолжить работу репортером ему будет почти невозможно. Вопрос о гипотезе Гольдбаха окончательно уладился в конце мая с выходом последнего номера «математического ежегодника». Здание, мучавшее два с половиной века математическое сообщество было сооружено. Лу Чжоу не знал сколько идей и мечтаний он уничтожил и сколько людей были разочарованны из-за этого, но он не беспокоился о этом. Институт высшего образования, ресторан на первом этаже. Чтобы сэкономить время, Лу Чжоу стал обедать здесь с недавнего времени. — Ты сделал плохую вещь, — сказал Эдвард Виттен, садясь напротив Лу Чжоу, после чего улыбнулся, — Даже не знаю сколько людей лишилось возможности выложить свою работу. — Да, это плохо, — Парень улыбнулся. Но он определенно не сделал столько «плохих вещей» сколько совершил Виттен. В 1980-х годах теория узлов была очень популярна. Например, трилистник, много различных групп норм, много инвариантов узлов, подобных многочлену Джонса, которые можно было построить...  В результате, Виттен придумал топологический метод сдвигового потока, и все разнообразий теорий было сметено. Само собою это просто шутка называть это чем-то «плохим». Старик также сделал много «хороших вещей», например, создал М-теорию, которая, по крайней мере, спасла физикам-теоретикам 10 лет исследований. —  Я знаю, что ты не привык сидеть сложа руки, — Эдвард Виттен решил посплетничать, —  Так что дальше? Что планируешь изучать? Лу Чжоу задумался и ответил: — Материаловедение. Виттен удивился и спросил: — Материаловедение? С чего вдруг? — Точнее говоря, вычислительное материаловедение, — Произнес Лу Чжоу и после небольшой паузы продолжил, —  Во время учебы в Цзиньлинском университете я принял участие в интересном проекте. Думаю, что вычислительное материаловедение имеет большой потенциал. Он отражается в пластичности и непредсказуемости, думаю я смогу что-нибудь сделать. Виттен поднял вверх большой палец и улыбнулся: — То есть, ты хочешь создать собственную дисциплину? Это сложная идея. Парень смутился и улыбнулся: — Не совсем, просто буду делать то, что повлияет на дисциплину... может быть, просто подтолкну ее к развитию, или быть может сделаю еще много «плохих вещей». Они посмотрели друг на друга и рассмеялись. — Я мало знаю о материаловедение, но если интересуешься органическими материалами, то рекомендую профессора Пола Чирика, он эксперт в этой области. Лу Чжоу кивнул: — Спасибо, я подумаю над этим. Но пока все отложу до возвращения из Китая. Мне нужно отдохнуть. Виттен спокойно сказал: — Ну тебе действительно нужен отдых. Парень уже придумал какую статью использовать для завершения задания. По его оценке, он скоро должен получить патенты. Вернувшись в Китай, он разберётся с этим вопросом, как уладит все учебные дела. В этот момент в кармане у него зазвонил телефон. Лу Чжоу достал свой телефон и увидел, что звонок с неизвестного номера. — Я отвечу на звонок. Виттен улыбнулся: — Само собой, не переживай. Парень поднял трубку и из телефона донесся голос: — Здравствуйте, господин Лу Чжоу, мы из Шведской королевской академии наук. Лу Чжоу не знал, что ответить, и обменялся с Виттеном растерянным взглядом. Тогда... Он был потрясен. Шведская королевская академия наук?! Шутите? Может ... Это легендарный… Телефонный звонок по поводу Нобелевской премии?!