Глава 17 — Глава 17

Зная о том абсурде, что произошёл сегодня, он ещё сильнее хотел увидеть её нынешнюю. Цзян То же это показалось слишком приторным: — Я не хочу тебя видеть. — Я подожду внизу. Спустись, когда захочешь меня увидеть. Сказав это, он первым повесил трубку. Цзян То вздохнула, прижимая к себе мобильный телефон. Немного подумав, она сказала Ван Пэйфань: — Я всё же пойду и расскажу Фу Вэйсы о своей амнезии. На самом деле Цзян То и не думала ничего скрывать. Если и были причины для утайки, то в основном из-за опасений: с момента пробуждения прошло всего неделя, всё и все вокруг были ей чужими. Она не могла каждому встречному твердить, что потеряла память — так и за сумасшедшую сойти недолго. Конечно, Ван Пэйфань беспокоилась об амнезии Цзян То ещё сильнее. В конце концов, Цзян То была артисткой. Если новость о потере памяти просочится, это могло бы обернуться чем-то хорошим, но если пресса обвинит её в хайпе, имидж пострадает невероятно. К тому же память Цзян То могла вернуться в любой момент. Если кто-то ухватится за это как за повод для насмешек, затея принесёт больше вреда, чем пользы. Ван Пэйфань думала о том, чтобы обнародовать правду, но время ещё не пришло. Услышав, что Цзян То собирается всё рассказать Фу Вэйсы, Ван Пэйфань инстинктивно возразила: — Нельзя. — Нельзя? Почему? — Цзян То вскинула брови. — Ещё не время, — ответила Ван Пэйфань. Вспоминая то нечеловеческое обращение, которому Цзян То подвергалась рядом с Фу Вэйсы все эти годы, она чувствовала укол несправедливости. Если Фу Вэйсы узнает об амнезии, не станет ли его совесть слишком чиста? Цзян То нахмурилась: — Оу. Таким образом, у неё пропал повод спускаться к Фу Вэйсы. Она подошла к окну и выглянула на улицу. Поскольку этаж Ван Пэйфань был не очень высоким, она сразу увидела Фу Вэйсы, прислонившегося к машине. Цзян То задернула шторы и снова села на диван. «С глаз долой — из сердца вон». Ван Пэйфань снова заглянула в горячий поиск и с удивлением обнаружила, что все новости о Цзян То исчезли. — Смотри-смотри, весь негатив в горячем поиске пропал! — радостно воскликнула Ван Пэйфань. Цзян То небрежно отозвалась. Поразмыслив, Ван Пэйфань поубавила восторг: было очевидно, что удаление тем из горячего поиска — дело рук Фу Вэйсы. Все эти годы он опекал Цзян То со всей тщательностью, но в то же время не давал ей ни грамма свободы. В их отношениях была искра реальности, но, по мнению Ван Пэйфань, в них было гораздо больше абсурда. Ван Пэйфань сказала: — План действий готов. Скоро студия опубликует заявление, где всё разложит по полочкам. Вместе с тем видео, которое ты сняла, уверенна, люди во всём разберутся. — Делай что хочешь, — Цзян То всё ещё выглядела так, будто её это не касается. Неизвестно почему, но на сердце у неё вдруг стало очень тяжело. Ван Пэйфань быстро принялась за дело. Несколько раз перепроверив черновик заявления, она опубликовала его через Weibo-аккаунт студии. В то же время она быстро закупила продвижение в горячем поиске под заголовком [#Переворот в деле Цзян То#]. Всё имеет свой предел: после того как пользователи сети яростно поносили Цзян То, такой поворот событий должен был вызвать сильный резонанс. Спустя час. События развивались именно так, как и предсказывала Ван Пэйфань. Ветер в сети сменил направление в сторону Цзян То: — [Я так и знала, Цзян То не похожа на человека, способного на такое.] — [Твою же, что за злобная баба! Если бы не это видео, Цзян То вовек бы не отмылась.] — [Я должен извиниться перед Цзян То.] — [Мошенники реально повсюду.] ... Среди прочего Ван Пэйфань заметила комментарий пользователя под ником «Маленькая Монахиня — пожизненный хейтер Цзян То»: — [Я же говорил! Неужели вся та благотворительность, которой Цзян То занималась годами — ложь? Протрите свои собачьи глаза и узрите истину! Некоторым стоит перестать хейтить людей, опираясь на вырванные из контекста видео!] Этот комментарий сильно удивил Ван Пэйфань. Это же хейтер номер один, Маленькая Монахиня! Неужели он аккаунтом ошибся? Черт возьми! Наконец-то она поняла: этот тип, не сумев добиться внимания Цзян То, решил хейтить её, чтобы его заметили! Просто псих какой-то! Но Цзян То совершенно не заботило происходящее в сети. Она довольно долго неподвижно сидела на диване и, дождавшись, когда Ван Пэйфань освободится, сказала: — Расскажи мне о Фу Вэйсы. Что вообще между нами произошло? Рука Ван Пэйфань, державшая мобильный телефон, дрогнула. И в самом деле, того, что должно было случиться, не избежать. * * * В городе Наньчжоу в начале весны по ночам всё ещё было довольно прохладно. Район, где жила Ван Пэйфань, считался элитным и строго охранялся. Она трудилась много лет, чтобы наконец купить здесь квартиру, и она была у неё единственной. Когда сегодня Цзян То собиралась пойти к мачехе, Ван Пэйфань хотела её остановить, но в итоге не стала. Из-за холода Цзян То плотно закуталась, прежде чем решилась спуститься. Почти сразу она увидела Фу Вэйсы, стоявшего у черного седана. Этот мужчина был высоким, словно ходячая вешалка для одежды — не заметить его было трудно. На нём был тот же черно-белый комплект, который слуги привезли утром в больницу — простой, но придающий ему невероятно мощную ауру. Волосы были аккуратно уложены, открывая безупречные черты лица. Свет уличного фонаря падал на Фу Вэйсы, создавая вокруг него ореол, из-за чего он сам казался гораздо мягче. Цзян То медленно подошла и встала перед ним, приветственно бросив: — Эй. Фу Вэйсы промолчал. Глядя на маленькую и худенькую девушку перед собой, он инстинктивно потянулся, чтобы обнять её. Заметив неладное, Цзян То вовремя отпрянула. Фу Вэйсы нахмурился, но для него это уже было привычным делом. Спустя мгновение он спросил: — Тебе уже лучше? Цзян То кивнула. — Ты глупая? — вдруг спросил Фу Вэйсы. Теперь нахмурилась Цзян То: — С чего это вдруг я глупая? Сам ты глупый. Фу Вэйсы тихо усмехнулся: — Очень хочешь ту квартиру, что оставил отец? — Раз она моя, почему я должна отказываться? Было бы глупо не забрать её, — с негодованием ответила Цзян То. Фу Вэйсы коротко кивнул: — Я помогу тебе. Цзян То тут же отказалась: — Не нужно, я сама справлюсь. Его лицо похолодало: — Как хочешь. Цзян То подняла на него взгляд, думая о том, какой же он непостоянный: секунду назад голос был нежным, а в следующую он выглядит так, будто ему задолжали пять миллионов. Из-за своего роста, да ещё и в обуви на плоской подошве, ей приходилось задирать голову, чтобы видеть его лицо. — Какой у тебя рост? — этот вопрос вдруг сам собой сорвался с губ. Фу Вэйсы на мгновение замер. О росте обычно спрашивают только в студенческие годы. Подумав, он ответил: — В университете было метр восемьдесят семь, после этого я не мерил. — Тогда ты довольно высокий, — сухо ответила Цзян То. Она помнила, что в соседнем классе было несколько парней-баскетболистов, тоже высоких, но, кажется, никто из них не был выше его, и уж точно никто не выглядел таким крепким и статным. — И что с того? — Фу Вэйсы вскинул бровь, и в этом жесте промелькнула нотка дерзости и лукавства. — Да ничего, — Цзян То почесала затылок. Атмосфера становилась всё более неловкой. Она вообще не собиралась спускаться, но время было уже за полночь. Получается, этот парень проторчал здесь три часа и не уходил. В такой холод стоит тут в одной тонкой одежде как дурак. Только из-за уколов совести Цзян То и вышла. — Тебе не холодно? — спросила она. От этой пустой фразы на душе у Фу Вэйсы вдруг стало тепло: — Тебя и правда волнует, холодно мне или нет? Цзян То фыркнула: — Зачем ты меня звал? На этот раз Фу Вэйсы не дал ей шанса увернуться. Он резко притянул её к себе и крепко обнял, проговорив низким голосом: — Вот зачем. Он скучал по ней. Хотел обнять. Цзян То немного подергалась, но, не сумев вырваться, в итоге сдалась. Она едва доставала ему до груди и слышала, как бешено бьётся его сердце. Она даже почувствовала легкий запах мяты, исходящий от него — ни капли резкого запаха табака.