По сравнению с электрогитарой, очевидное преимущество бас-гитары в том, что звук почти не издаётся, если не подключать её к усилителю.
Кагуразака-сэмпай убедила меня купить бас-гитару, и на следующий день я принес её в школу. Меня моментально окружили одноклассники: «Ну сыграй что-нибудь, что угодно». Несмотря на то, что все уговаривали меня сыграть, я всё равно выкручивался: «Но это бас-гитара, звука не будет слышно!» — и убегал. Если бы у меня была обычная гитара, это бы не сработало, так что, это даже хорошо, что я купил бас-гитару — эта мысль также утешала меня в том, что сэмпай обвела меня вокруг пальца.
— Но почему ты захотел бас-гитару?
Парень спросил у меня то, о чём я почти не задумывался.
— А мне тоже это интересно. Тебе она ведь не сильно нужна, да?
— Эй, критик, объясни доступными словами.
— Не называй меня критиком!
Я взял бас-гитару из рук одноклассника и положил её обратно в чехол. Вообще-то, я не мог им нормально объяснить, но ради репутации всех басистов на земле, мне придется что-нибудь придумать.
— Вы, сядьте вон там.
— Хорошо, профессор Нао.
— Пожалуйста, когда будешь объяснять, не используй музыкальные термины.
Блин, они предусмотрительны. Несколько парней сидели вокруг меня на коленях, так что я сейчас не мог оплошать. Что же делать? Я облизнул губы и подумал, как бы мне начать объяснение.
— Ну... начнем с того, что вспомним лицо Отставника.
— Зачем?
— Не задавайте вопросов. Просто делайте, что я говорю.
Некоторые из них закрыли глаза, другие уставились в потолок. Лицо нашего учителя легко вспомнить, так как оно один в один, как у Мито Комона.
— Ну, затем, попытайтесь убрать с его лица козлиную бородку. Получилось?
— Ага... получилось.
— О, он похож на Энари Казуки, когда тот был молодой.
— Энари ведь ещё молодой, да?
— Ну-ну. Потом, представьте Отставника без волос.
— Профессор Нао, в этом есть какой-нибудь смысл? Это какой-то психологический тест?
— Скоро узнаешь. Ну как? Можете себе это представить?
— Я могу, но шевелюра у Отставника довольно пышная.
— По сравнению с его козлиной бородкой, волосы убрать легче.
— И последний шаг. Сотрите контуры его лица, и представьте, как он будет выглядеть.
Выражения лиц у всех были, как будто они хотели сказать: «Э?»
— Что ты имеешь ввиду?
— Я не понимаю!
— Что значит контуры? Уши и типа того?
— Нет, не это. Надо убрать форму его лица. Представь, что его глаза, нос и рот появляются из пустоты. Да, представь это.
Мои одноклассники простонали: «Хм-м, хм-м…» — один за другим. Одни прижимали пальцы к виску, другие вырывали волосы.
— Нет, невозможно... Бесполезно, никак не убрать контуры его лица!
— Сколько бы я ни старался, его круглая голова всегда появляется у меня в мыслях.
— Пытайся сильней. Ты постоянно кичишься: «Мысленно, я могу снять купальники с этих красивых девушек, кем бы они ни были!» — так ведь?
М-м, знаете, вам не надо напрягаться так сильно.
Они корчились ещё пару минут, перед тем как сдаться. После этого я подытожил:
— Если мы по аналогии применим то же самое к музыке, бас-гитара — это как контуры лица для меня. Теперь понимаете?
Мои слушатели всё равно были озадачены.
— Это так же, как вы можете представить песню без гитары и остальных инструментов, но не можете представить песню без бас-гитары. Поэтому, я не могу объяснить, почему бас-гитара так важна для меня.
— Понятно…
— Странно. Такое ощущение, что я понимаю, что он хочет сказать, но в то же время не понимаю.
Так вы поняли или нет? Хотя, было бы странно, если бы вы поняли, потому что я просто нёс чушь.
— Но это впечатляет, профессор. У тебя есть потенциал, чтобы унаследовать талант твоего отца.
— Не хочу я наследовать это!
Почему я должен выслушивать подобное от одноклассника?
Затем зазвенел звонок. В этот миг дверь кабинета, находившаяся справа и сзади от меня, открылась.
В дверях стояла Мафую. Сначала, её взгляд упал на мою парту, вокруг которой собрались несколько ребят, а затем переместился на чехол в моих руках. Её лицо вдруг искривилось.
— …Подвиньтесь.
Тихого, холодного слова от Мафую было достаточно, чтобы парни, слушавшие мой бред, отодвинулись с её пути… Эй-эй, не подходи к моей парте, просто иди на свое место!
— Профессор Нао… — один из парней наклонился очень близко ко мне и прошептал: «Так вот в чем дело? Ты купил бас-гитару из-за Мафую?»
— Э? Ч-что? — мой голос исказился.
— Ты в последнее время часто бывал во внутреннем дворе, не так ли?
— Понятно. Значит, при помощи бас-гитары он сможет сблизиться с ней? Достаточно умно с твоей стороны, профессор!
Парни искоса поглядели на Мафую. Не сплетничайте, когда вы стоите так близко к ней!
Из-за её враждебного отношения, начиная со второго дня после того, как она перевелась, почти все девчонки в классе стали её врагами. Однако, парням было всё равно, и они по-прежнему заботились о ней. Теми, кто показывали ей путь до другого кабинета или одалживали ей учебники, когда она забывала их — были парни.
И собираются они вокруг моей парты, наверное, по той же причине? Вот же придурки.
— Ах да, Эбисава…
Один из храбрецов повернулся и заговорил с Мафую. Та оторвала взгляд от учебника и посмотрела на него, а затем медленно произнесла:
— Пожалуйста, не называй меня по фамилии.
— Тогда… Мафую…
— И по имени тоже не называй. Это омерзительно.
— Мафую назвала меня омерзительным… Жизнь не имеет больше смысла.
— Не переживай, твоё лицо не так сильно уродливо, как ты думаешь.
— Да, моё лицо… Подожди, что ты хочешь этим сказать?
Идите куда-нибудь в другое место, если хотите поиграть в комиков. Кстати, она говорила об этом в самый первый день, но неужели она настолько сильно ненавидит свою фамилию? Я всегда думал, что она просто соврала. Но почему? Над ней что, кто-то раньше издевался и дал прозвище «Эбимайо»*Образовано по аналогии с «Эбичири», означает крабовые палочки в майонезе.?
— А ты тоже играешь в группе? Твой преподаватель по фортепиано не разозлится на тебя за то, что ты играешь на гитаре?
Он непринужденно обратился к ней, но лицо Мафую не дрогнуло.
— Ты хорошо умеешь распоряжаться своим временем, если можешь одновременно репетировать на двух инструментах.
— Она ведь, наверное, в одно и то же время репетирует? Раз произведения одни и те же.
— Разве такое возможно?!
Мафую перевела взгляд обратно на учебник. Но я заметил, что её пустые глаза уставились в одну точку.
— Как… вы узнали? — сказала она с опущенной головой, и парни сразу затихли.
— М-м… Ну…
— Ты же репетируешь после школы, правильно? Мы постоянно слушаем.
— Да, ты очень знаменита! Все об этом знают.
Мафую неожиданно встала. Её губы дрожали, а лицо становилось зеленым.
— Меня было слышно… всё это время?
Вот чёрт. Она не знала? Помрачнев в ожидании того, что могло случиться, я тихо сказал:
— Ну… Я тебе не сказал, но звукоизоляция там не идеальна. Звук проникает наружу через щели между дверью и косяками.
Лицо Мафую моментально побелело, и затем покраснело. Её губы не переставали дрожать.
Я обхватил голову руками и положил её на парту, ожидая, когда на меня обрушиться её кулак, но до меня лишь донесся звук удаляющихся шагов и захлопывающейся двери.
Весь третий класс первого года охватило неловкое молчание
Я поднял голову. Все делали вид, что ни о чём не догадывались, но по их глазам было видно, что во всём был виноват я.
— Нао, чего ты ждешь?.. Беги за ней! — холодно сказал парень, потерявший смысл жизни из-за того, что Мафую посчитала его отвратительным.
— Почему я?
Потому что ты отвечаешь за Мафую! — по непонятной причине сказала староста Тэрада, и окружавшие её девчонки одновременно начали кивать.
Постойте, я за неё отвечаю? Что за бред?
— Давай уже. Урок скоро начнется! Бегом!
Я не знал, о чем они думают, но на свете есть такое понятие, как атмосфера ситуации, и ей очень сложно противостоять. И под её влиянием я встал со стула.
Выйдя из кабинета, я чуть не врезался в Чиаки, которая бежала мне навстречу, тяжело дыша.
— Что ты делаешь? Я только что видела Эбисаву…
— Куда она направлялась?
— Э? А, м-м-м, она… просто вниз по лестнице… Нао? Постой! Нао, куда ты?
Звонок прозвенел примерно в то же время, когда я оттолкнул Чиаки и побежал прочь от кабинета.
Мафую закрылась в кабинете музыки во внутреннем дворе. Хотя дверь была закрыта, и изнутри не доносилось ни звука, как только я зашёл во двор, я понял это сразу — висячий замок на двери оказался не заперт.
Стоя у старого музыкального здания, я начал размышлять. Что я делаю? Я поддался уговорам своих одноклассников и побежал искать Мафую, но что мне теперь делать? Извиниться перед ней? Но в чём я провинился?
Стоит просто вернуться в кабинет и сказать одноклассникам: «Я не знаю, куда она подевалась». Однако, я не мог сдвинуться с места.
Звонок уже прозвенел — на урок я опоздал. Чёрт с ним, первый урок могу пропустить! Ничего страшного, если иногда пропускаешь уроки. К тому же, мне хотелось кое-что сказать Мафую. Я взялся за ручку и сильно нажал на неё по диагонали вниз.
Мафую сложила на стол три подушки одна на другую и сидела на них, обняв колени. Даже когда я вошёл в кабинет, она лишь подняла голову с колен.
— Зря ты их так сложила. Я принес сюда три подушки, чтобы на них можно было лежать, если выложить их в ряд на стол. Я не шучу, так что не складывай их так.
Мафую, слегка приподнявшись, вытащила левой рукой две подушки и швырнула их мне в лицо. Одну подушку я кинул обратно, а вторую положил на пол, чтобы было на чём сидеть.
— Зачем ты пришёл? — спросила Мафую скрипящим голосом.
— Я пришел сюда, чтобы прогулять урок, но я не ожидал, что здесь будет кто-то ещё. Вот это совпадение, хотя нельзя сказать, что я рад.
— Врун.
Откуда ты знаешь, что я вру? Где доказательства?! Знаешь, доказательства! Но ты права — я солгал.
— Почему… ты мне не сказал? — уставившись в пол, прошептала Мафую.
Я повернул голову и посмотрел на щели между дверью и косяками, из-за которых звукоизоляция была не очень хорошей.
— Ну, потому что ты никогда не спрашивала!
В меня снова полетела подушка. Почему ты злишься из-за таких вещей?
— Нет ничего плохого в том, что звук проникает наружу. Ты ведь не занимаешься чем-то постыдным.
— Ты ошибаешься.
Мафую обняла колени, сильно прижав их к груди, и съежилась на краю стола. Я не могу с ней общаться. Что мне делать?
— Ты выпускала альбомы, где ты играла на фортепиано, но не хочешь, чтобы другие слышали, как ты играешь на гитаре? Разве это не странно?
— Да что ты понимаешь? — Мафую тихо бросила вопрос, который неловко повис между нами.
Ни с того, ни с сего, во мне закипела злость.
— А как мне понять?!
Я отвел взгляд от Мафую. Если этого не сделать, кто знает, что выкинет Мафую, если у неё закончатся подушки.
— Ты ведь ничего не говоришь! Просто честно скажи, что тебя беспокоит, потому что я не умею читать мысли!
То же самое было, когда мы впервые встретились, а потом в тот день, когда она перевелась. Мафую ничего не говорила, и я не знал, стоит ли мне лезть не в свое дело и волноваться за неё. Однако она лишь с презрением смотрела или хаяла меня.
— Если я тебе скажу, ты мне поможешь?
Я нерешительно поднял голову, и пристально посмотрел на Мафую. Глаза полные слёз, тусклые и мрачные, напоминали море с впадающими в него реками.
— Если я расскажу обо всём, что меня беспокоит, что ты сможешь ради меня сделать? Если я скажу тебе поплыть в Америку, ты поплывешь туда? Если я захочу, чтобы ты отрезал себе правую руку и отдал её мне, ты действительно её отрежешь? Если я захочу, чтобы ты умер, ты умрёшь ради меня?
Я не мог вымолвить ни слова. Всё, что я чувствовал — это обволакивающий меня холод. Это ощущение было похоже на то, как если бы я безлунной ночью, завернув не туда, увидел то, чего не следует.
— Если не можешь, то не бросайся словами направо и налево.
— М-м… ты, правда, хочешь, чтобы я сделал всё это ради тебя?
Мафую замотала головой. Похоже, она чуть заметно плакала.
— Нет.
— Если… ты не произнесёшь вслух, то никто и не поймет. Нужно всего лишь рассказать. Терять нечего.
— Тогда отправь меня в прошлое, когда я, только, начала играть на фортепиано.
— Я не бог. Как я тебе это устрою?!
Значит, её точно что-то беспокоит. Почему она так сильно ненавидит фортепиано?
И ещё…
— Тогда давай так: пожалуйста, перестань преследовать меня. Ты мне надоел.
Я не преследую тебя! Мне обязательно нужно добиться того, чтобы она наконец это поняла.
— Я уже неоднократно говорил, что пользовался этим кабинетом с самого начала. А потом ты взяла и вломилась сюда. Так что я не понимаю, о чём ты.
Я посмотрел в дальний угол кабинета. Там, на подставке стоял её простенький Stratocaster.
Я встал, открыл шкафчик и достал старенькое полотенце.
— Смотри, слева и справа от двери — щели. Тебе придется затыкать их этим полотенцем. И ещё…
Я достал из шкафчика метлу и совок и показал их ей.
— Хорошенько прибирайся здесь. Ты видишь, какой грязный пол вдоль плинтусов? Мне немало пришлось потрудиться, чтобы привести кабинет в нынешнее состояние. Запомни: моя цель — вернуть кабинет. Я ни за что не позволю юной гитаристке, которая даже не слышала про рок, так высокомерно вести себя.
Я, не подумав, сказал эти надменные слова и почти сразу немного пожалел об этом. Мафую в ступоре смотрела на меня глазами по-прежнему полными слёз. Вскоре она глубоко вдохнула и сказала:
— Так вот почему ты принес свою бас-гитару в школу?..
Она только что плакала, как маленький ребенок, так почему у неё такое раздражённое выражение лица? Разве я приносил сюда свою бас-гитару?
— Думаешь, что сможешь выиграть, перейдя на бас-гитару? Идиот.
— Говори, что хочешь. Сейчас я не очень хорошо играю, но скоро я точно догоню тебя. Давай решим эту проблему раз и навсегда — этот кабинет будет призом!
Сказав это, я вытянул метлу в сторону Мафую. Казалось, та не могла вымолвить ни слова — лишь неподвижно стояла, округлив глаза. Мне показалось, что она просто уклоняется от ответа, нежели сбита с толку моими действиями.
Положив метлу и совок обратно в шкафчик, я достал баллончик и положил его на стол. Увидев его, Мафую озадаченно наклонила голову на бок.
— Средство от насекомых?..
— Ага. Иногда сюда заползают сороконожки, зато тараканов в последнее время почти не видно.
Вскоре после того, как я покинул кабинет, я услышал, как позади резко открылась дверь. Я повернул голову и увидел, как Мафую выскочила из кабинета с побледневшим лицом.
— Ну что ещё?!.. Я уже ушёл, как ты и просила, так куда же ты? Уже поздно отправляться на урок, всё равно опоздала.
— По-по-почему ты мне не сказал о тараканах с самого начала?
Её лицо, когда она вот-вот заплачет, делало её очень похожей на ребёнка.
— Почему? Потому что ты не спрашивала! — ответил я. — Ты же уже столько времени там провела. Всё в порядке.
— Идиот!
Она несколько раз ударила меня по плечу. Сколько же с ней хлопот.
В итоге, мы вернулись в классный кабинет к концу первого урока. Мафую вцепилась в мою руку с таким выражением лица, словно вот-вот заплачет — мне пришлось признать поражение. Я почти час травил насекомых и заклеивал скотчем щели, через которые они могли проникнуть внутрь.
Хотя, мне это казалось бессмысленным. Сороконожка легко может пролезть через щель всего в два миллиметра.
— О, Принцесса вернулась.
— Вы всё-таки вместе вернулись…
Когда мы вошли в кабинет, мне стало немного не по себе от того, что на нас все смотрели. Постойте… принцесса?
К нам подошла староста Тэрада и, облокотившись на парту, объявила:
— Обсудив, мы решили, что отныне будем называть тебя Принцессой.
Лицо Мафую сначала побелело, а затем быстро покраснело. Мне всегда казалось, что, несмотря на то, что она редко разговаривает, можно было легко определить, что она думает, по выражению на нем.
— П-почему?..
— Тебе же не нравится, когда тебя называют по фамилии или по имени? Нам так очень неудобно с тобой разговаривать.
— Из-за этого…
Девчонка рядом с Тэрадой как будто нарочно сказала: «Если ты встанешь на колени и извинишься, мы не будем тебя так называть».
— Ни за что.
— Понятно. Ну тогда, отныне надеемся на ваше снисхождение к нам, смертным, Принцесса...
— Принцесса, ты завтра дежуришь. Поэтому приходи пораньше, а не опаздывай, как обычно.
Она опять вот-вот заплачет. Что за бред? Они собираются издеваться над новенькой? Как бы то ни было, Мафую сама виновата, что попала в такую ситуацию, мне ни капельки её не жаль. До чего же разнятся характеры японской молодежи.
— Если тебе что-нибудь понадобится, просто спроси Нао, — это холодное предложение Тэрады мгновенно определило мою судьбу без моего согласия. Услышав его, я чуть не упал со стула.
— Почему я?
— Нао, дело вот в чём.
Парень, сидевший впереди справа, объяснил:
— К принцам или к принцессам обращаются «Ваше Высочество», правильно? Знаешь почему?
— Нет… И как связаны эти две вещи?
— Это обращение говорит, что люди находятся под ними и им прислуживают. Так как разговаривать напрямую с членами королевской семьи невежливо, они могут говорить только через прислугу.
«А-а-а-а», — «Сегодня я узнал кое-что новое», — оживились окружающие меня придурки.
— Получается, ты и есть прислуга, о которой мы говорим!
— Я? Но почему? — я застучал кулаками по парте, однако, несмотря на мой протест, никто не обращал на это внимания, ибо решение приняли всем классом. В одиночку я не в силах был им противостоять. Я посмотрел в сторону моего единственного потенциального спасителя — Чиаки. Но она только подозрительно окинула нас с Мафую взглядом и, с сомнением на лице, повернулась лицом к доске.
Обновлено: 09.04.2026