Глава 12

Глава 12   Диск, который он взял, был помечен латинской цифрой «7». Последняя запись была шестой, и мужчина на видео признал, что ничего особенного не произошло. Так что просмотр предыдущих пяти записей не казался стоящим занятием, а значит, последующие должны были принести больше результатов. Экран коротко зашипел помехами, после чего началось новое видео. На этот раз тот же мужчина навёл камеру ближе на женщину, привязанную к тому же креслу. Она истекала кровью из многочисленных ран. Ногти на её руках были вырваны, и, похоже, ей выбили несколько зубов. Практически каждый дюйм её тела был покрыт какой-нибудь раной — разумеется, вдали от жизненно важных органов, но, вероятно, нанесённой так, чтобы причинить невыносимую боль без необратимых повреждений. Её левый глаз заплыл и был закрыт. Правый, однако, оставался полон непокорства. — Это всё, на что ты способен, инквизитор? В кабацкой драке мне и похуже доставалось, — она сплюнула кровью и ухмыльнулась, когда мужчина закипел от ярости и повернулся к камере. — Запись номер семь, — сказал он, скрежеща зубами. — Физические пытки не принесли значительных результатов. Женщина остаётся непокорной. Мои контакты сообщают, что они приближаются к культистам, но до того, как они смогут по-настоящему опознать самих членов культа, пройдёт ещё какое-то время. Император, направь меня, я раздосадован. Но я выстою. Ради человечества... ради Империума я должен преуспеть. Мужчина шагнул вперёд, уводя камеру от женщины. — Мои шпионы выяснили, что этот культ планирует призвать могущественного Демона Тзинча. Если это произойдёт, случится катастрофа; миллиарды погибнут. Если всё остальное провалится, мне придётся довериться силе Волков Фенриса. Император защищает. Демоном, как предположил Сатору, вероятно, был его новый приятель, Кайрос. Странно. Он был могущественным и опасным, но двуглавая птица казалась весьма спокойным парнем без каких-либо психических проблем и, вероятно, с хорошей кредитной историей. Ладно, это существо было сущим кошмаром. И, похоже, он, сам Сатору, был единственной причиной, по которой тот не удосужился прорваться сквозь созданные им метафизические цепи, сдерживающие большую часть его силы, и просто выйти из портала, обрушившись на весь мир. Даже Сатору не был уверен, сможет ли он остановить большую синюю птицу, если та впадёт в ярость. Мнимая Техника: Фиолетовый сможет причинить ей вред, это он знал, но Сатору также знал, что для её убийства потребуется нечто гораздо большее, поскольку её сущность была связана с её родным измерением — тем ужасающим духовным планом бытия, из которого она, казалось, появилась во время ритуала, тем проклятым царством, которое, казалось, было целиком соткано из Проклятой Энергии. Пока Кайрос был с ним связан, у большой синей птицы, по сути, был бесконечный запас Проклятой Энергии, что позволяло ей восстанавливаться снова, и снова, и снова. Сражаться с таким противником было бы сущим кошмаром, не говоря уже о том, что у Кайроса, вероятно, была очень мощная Проклятая Техника вдобавок к его невероятной регенерации. Да, нет; если только Сатору не сможет каким-то образом получить доступ к этому странному измерению и использовать часть его Проклятой Энергии для себя, битва между ними закончилась бы для него плачевно. Так что... та девушка-маг, должно быть, была членом этого «культа». Он предположил это, видя, как отчаянно она хотела провести ритуал и призвать большую птицу, чтобы... что-то сделать. Хм... зачем им вообще понадобилось призывать Кайроса? Судя по их очень короткому общению, не похоже, чтобы двуглавый супердемон проявлял какой-либо интерес к самой планете или к немногим выжившим. Покачав головой, Сатору вынул диск и взял из коллекции другой. На этот раз он вытащил десятый диск из двадцати. Уж к этому времени этот инквизитор должен был добиться хоть какого-то успеха или прогресса. Наблюдать, как он стонет и жалуется на свою неспособность заставить женщину издать нужные звуки, становилось утомительно. Должны же были существовать более эффективные методы заставить её говорить, кроме пыток. Но, впрочем, это была не его проблема. И, по крайней мере, не похоже, чтобы инквизитор обнаружил что-то ценное, раз уж Волки Фенриса всё равно были здесь. Нахмурившись, Сатору пожал плечами, отложил десятый диск и вместо него взял двадцатый, который затем вставил в научно-фантастический DVD-плеер. Когда видео началось, перед камерой был уже не инквизитор, а женщина — избитая и окровавленная, но ухмыляющаяся, исполненная победы и торжества. Она выглядела дико, так как у неё не хватало многих зубов, но большую часть её чувств передавали глаза. Позади неё инквизитор кричал и бессвязно бормотал, привязанный к тому самому креслу, на котором когда-то сидела она. Мужчина был гол, лишён всей одежды. Он тоже был покрыт порезами и синяками, с некоторых участков его кожи содрали плоть, обнажив багровые мышцы под ней. — Какая это запись? Ах... наверное, номер двадцать. В любом случае, мои сёстры к этому времени уже должны были закончить закладывать основы для восстания. Это лишь вопрос времени, когда придут волки и совершат для нас жертвенные обряды. Как только большая часть населения будет истреблена, мы призовём Судьбоплёта, и вся эта система будет поглощена. Женщина рассмеялась, повернувшись к инквизитору, чьи глаза расширились от чистой ярости. Мужчина отчаянно дёргался в своих путах, но ему пришлось бы сломать собственные кости и разорвать собственную кожу, чтобы получить хотя бы призрачный шанс вырваться. Женщина рассмеялась. — О, простите, я что, случайно раскрыла вам свои планы, прямо перед тем, как собираюсь вас убить? Ах, какая я глупышка. Кем она была? — задался вопросом Сатору. У неё было не то же лицо, что у женщины, которую Кайрос сжёг дотла. Однако она упомянула культ, что означало, что она была не одна. Сатору приподнял бровь. Так она мертва? Вполне возможно, что недавно поджаренная девушка-маг была последним членом их культа, и тот ритуальный круг, который она создала, был её последней попыткой призвать большую синюю птицу. — И на этом всё, — закончила женщина, повернувшись обратно к камере. Сатору уже заметил, что она начала исцелять себя с помощью Обратной Проклятой Энергии. Её синяки и порезы медленно исчезали или бледнели. Хотя, почему она так не торопилась, было для него загадкой. Женщина-маг сделала один шаг вперёд и прошептала в камеру: — Человечество падёт. Империум рухнет, и воцарится Хаос. Эта галактика сгорит. Смерть Трупу-Императору! Экран погас. И Сатору стоял там с широко раскрытыми глазами. Это было... слегка тревожно. Итак, экстраполируя из того ничтожно малого контекста, что у него был, эта планета находилась и, вероятно, всё ещё находится под контролем чего-то под названием Империум — вероятно, доминирующей человеческой фракции, у которой был Император, который, вероятно, был как административной, так и религиозной фигурой, судя по тому, с каким рвением говорил о нём инквизитор и с каким презрением упоминала его женщина-маг. Империум, по-видимому, также был сверх-огромной научно-фантастической империей, охватывающей... всю галактику? М-да, в такое было трудно поверить. Однако самым убийственным было то, что колдунья, по всей видимости, была в сговоре с фракцией Хаоса. И основываясь исключительно на её словах, - которые могли быть как чистой истинной, так и кристальной ложью, - Хаос хотел уничтожить всю галактику или что-то в этом роде. В таком случае, вполне вероятно, что этот культ был зачинщиком планетарного восстания, которое и привлекло внимание Астартес, что в последствии привело к резне. Дерьмо в кубе. И он только что связался с Кайросом Судьбоплётом, по-видимому, большим шишкой среди демонов. Ох, черт. Всё это становилось слишком запутанным. — Я что... работаю на плохих парней? Если слова женщины-мага были хоть в какой-то мере правдивы, и население планеты было подстроено как своего рода жертва для подпитки призыва Кайроса, то... Сатору понятия не имел, кого поддерживать. По крайней мере, казалось, что он связался со злодеями, но мир никогда не делится на чёрное и белое. Например, неприязнь населения к девушке-магу говорила ему, что этот Империум был довольно нетерпим к его роду, возможно, даже открыто преследуя их, как кучка охотников на ведьм из средневековья. Это ему не нравилось. Маги были выше людей — просто и ясно. Это было сродни сравнению, скажем, человека и обезьяны — именно поэтому Гето часто называл их так: низшие, более слабые существа. Но, несмотря на эту мысль, Сатору не мог одобрить и массовое убийство людей. Он не был бессердечным автоматом. В конце концов, мир никогда не делится на чёрное и белое. Были хорошие и плохие люди, так же как были хорошие и плохие маги.