«В юности достоинство важнее всего остального».
Но разве оно важнее жизни отца?
Тем не менее девушка послушно кивнула.
После она отвела адвоката в палату к матери, потому что тому требовалась доверенность. Когда Цзян Ин узнала о цели визита этого мужчины, она с трудом поднялась с кровати, чтобы поблагодарить его.
После подписания документа они с Линь Си вышли.
— Вы хотите, чтобы я что-нибудь передал вашему отцу? — спросил адвокат.
Линь Си открыла рот, подумала о Линь Яохуа и поперхнулась словами, на миг растерявшись.
— Мой отец — очень честный человек. Он никогда ни с кем не ссорился. Наверное, ему очень страшно. — Она подняла глаза на адвоката, и её голос зазвучал более твёрдо: — Пожалуйста, скажите ему, что Линь Си уже выросла. Я помогу ему и позабочусь о семье.
Из-за того, что было уже слишком поздно, Линь Си не смогла вернуться в Пекин в тот же день, и ей пришлось ждать до следующего. В ту ночь она пошла в комнату Линь Чжэна и снова и снова протирала рамку с его фотографией.
Несмотря на то, сколько всего произошло с ней за последние часы, она не проронила ни слезинки.
Она держалась.
На следующий день рано утром Линь Си поехала в аэропорт. А к дому семьи Цзи она подъехала около двух дня и за это время не нашла времени даже перекусить.
Цзи Лучи, игравший в гостиной, заметил её первым и радостно побежал навстречу.
— Сестрёнка Линь Си, ты приехала!
Хотя Линь Си была не в настроении играть с ним, она всё равно протянула руку и погладила его по голове.
— Чичи, тётя дома?
Цзи Лучи склонил голову набок.
— Ты спрашиваешь про мою маму? Да, но они с папой в кабинете. Дедушка вернулся.
Не дав Линь Си как следует удивиться, с верхнего этажа к ним спустилась Вэнь Сюань и при виде девушки сразу же расплылась в улыбке.
— Линь Си, ты здесь.
Её радость казалась несколько наигранной.
— Тётя Вэнь, я… — начала было говорить Линь Си, но со второго этажа донёсся глухой стук, как будто что-то ударилось об пол.
Подняв глаза, девушка увидела пожилого, но вполне бодрого мужчину с седыми волосами.
— Это Линь Си? — спросил он.
Вэнь Сюань немедленно кивнула и тихо сказала:
— Линь Си, это дедушка Цзюньсина и Чичи. Ты тоже можешь так его называть.
— Дедушка, здравствуйте, — покорно произнесла Линь Си.
Дедушка Цзи тепло кивнул и позвал её:
— Линь Си, пойдём со мной в кабинет.
— Папа… — тут же обратилась к нему Вэнь Сюань, но Цзи Вэньцин взглянул на неё и перебил:
— Что, думаешь, этот старик съест её?
Линь Си не знала, о чём с ней хотели поговорить, но всё равно последовала наверх. В кабинете всё ещё находился Цзи Сюаньхэн. Увидев входящую Линь Си, он потрясённо приоткрыл рот, но Цзи Вэньцин прогнал его тростью.
— Садись, Линь Си, — ласково предложил он, когда они остались одни.
Линь Си с опаской присела. Это была её первая встреча с дедушкой Цзи Цзюньсина. До этого он восстанавливал своё здоровье в Швейцарии.
Цзи Вэньцин посмотрел на неё прямо и поинтересовался:
— Через несколько дней вступительные экзамены в университеты, верно? Вэнь Сюань говорит, что у тебя очень хорошие оценки.
— Неплохие, — с заминкой подтвердила Линь Си.
— И, кажется, поступление в Цинхуа или Пекинский университет не должно стать для тебя проблемой.
Тон пожилого человека был добрым, и Линь Си расслабилась.
— Я сделаю всё возможное, чтобы поступить и не разочаровать тётю Вэнь.
— Эти заведения действительно лучшие в нашей стране, — кивнул Цзи Вэньцин. — Но если бы Массачусетский технологический институт сделал предложение, а кто-то выбрал Цинхуа, разве ты не подумала бы, что этот человек дурак?
Линь Си непонимающе уставилась на мужчину.
— Похоже, ты ещё не знаешь об этом, — проницательный взгляд Цзи Вэньцина быстро разгадал её замешательство. — Я просто не ожидал, что в нашей семье когда-то родится такой человек.
Через мгновение Линь Си пришла в себя и уточнила:
— Вы хотите сказать, что Цзи Цзюньсин не хочет поступать в Массачусетский университет?
Она знала, что Цзи Цзюньсин подал документы в эти два университета и упомянул, что этого хотел его отец. Каждый год число старшеклассников в Китае, поступающих в эти два университета, исчислялось однозначными цифрами. Поэтому он заранее дал Линь Си привыкнуть к мысли, что его могут не принять.
Позже он больше никогда не говорил об этом, и девушка подумала, что он всё же не поступил. А она боялась, что гордость Цзи Цзюньсина была задета, поэтому никогда не обсуждала это с ним.
— Я знаю о ситуации в твоей семье и искренне сочувствую вам. Но ты можешь быть уверена, что мы обязательно поможем в этом вопросе, — заметив её беспомощность, заверил Линь Си Цзи Вэньцин.
Сердце Линь Си словно дёргали за две ниточки, из-за чего ей было трудно дышать.
— Однако я надеюсь, что в будущем вы с Цзюньсином сможете держаться на расстоянии, — наконец закончил пожилой мужчина.
Линь Си подняла на него оцепеневший взгляд.
— Это условие?
Цзи Вэньцин увидел слёзы в её глазах, покачал головой и поправил её:
— Это просьба, всего лишь просьба старика.
Наконец, не сумев больше удерживать это в себе, Линь Си заплакала.
— Почему я не могу быть с ним?..
Это потому, что у неё бедная семья?
Многое переживший за свои годы, Цзи Вэньцин понимал ход её мыслей.
— Если бы я сказал, что семья Цзи готова заплатить за то, чтобы ты поехала за границу с Цзюньсином, ты бы согласилась?
Сделала бы она это?
Она могла бы не только спасти своего отца, но и уехать за границу, к тому же кто-то другой взял бы на себя эти траты.
— Если ты хочешь, я могу притворяться, что никогда этого не говорил.
Линь Си сидела в кресле, чувствуя, как кровь приливает к голове. Она крепко сжала руки, и внутренний голос у неё в голове закричал: «Я согласна! Скажи дедушке, что я согласна!».
Но она не шевелилась. Ей казалось, что её разрывает надвое.
Будет ли это справедливо?
Дедушка только что сказал ей, что ничего от неё не требовал, а просто просил. Потому что знал, что она ничего не сможет дать Цзи Цзюньсину и будет только обузой.
Линь Си уже, по сути, обратилась сегодня за помощью к семье Цзи. Могла ли она принять от них ещё и такую значительную финансовую поддержку, чтобы уехать учиться за границу?
Нет, не могла.
Наконец, голос в её голове затих.
Не дождавшись от неподвижной, как статуя, девушки ответа, Цзи Вэньцин встал, опираясь на трость, и посмотрел в окно.
— Видишь ли, твоя гордость не позволит тебе этого сделать. Но если ты не поедешь туда, как ты думаешь, поедет ли Цзюньсин? Вы, дети, слишком серьёзно относитесь к своей гордости. А мой внук ещё и серьёзно относится к тебе. Когда-то я считал себя просвещённым отцом, полагая, что пока мой сын счастлив, этого достаточно. Но в итоге я отправил его в могилу.
Когда Линь Си спустилась вниз, Вэнь Сюань нервно спросила её, что ей говорил Цзи Вэньцин.
Обновлено: 19.02.2026