— Большой брат Лю дома? — На рассвете во дворе разлаялся Ванцай, а следом донесся голос Чжао Гуна.
— Староста? — Лю И поднялся с соломенного коврика, ощущая необычайную бодрость. Хоть кровати у него и не было, выспался он прошлой ночью на славу. Особенно сейчас, после пробуждения: тело переполняла энергия, которую, казалось, некуда девать, отчего у Лю И возникло желание издать боевой клич, глядя в небо. Отогнав Ванцая, Лю И отодвинул засов и, глядя на стоящего снаружи Чжао Гуна, спросил:
— Чего это вы пришли в такую рань?
Староста – это официальный чин, сродни должности главы волости; формально этот человек обладал самой большой властью на Гряде Спящего Дракона. Лю И, не имея знатного происхождения, как у Чжугэ Ляна, хоть и был недоволен тем, что его сладкий сон потревожили спозаранку, всё же был вынужден приветствовать гостя с улыбкой.
— Не знаю уж, что стряслось минувшей ночью, но моя лежанка вдруг рухнула, — с лицом, полным скорби от такой скверны, произнес Чжао Гун. — Сколько монет у-чжу понадобится, чтобы ты сделал мне новую?
«Вот это да…», – Лю И внутренне ликовал: это можно было считать крупной сделкой. Поколебавшись, он предложил:
— Как насчет трехсот монет?
На самом деле, эта цена была даже убыточной. Один лишь письменный стол Чжугэ Ляна стоил триста, а уж с его нынешним мастерством это была цена ниже плинтуса. Но ничего не поделаешь: в такой глуши, имея дело с деревенщинами, приходилось продавать задешево. В душе он твердо решил: как только скопит денег, даже если не говорить о поездке в Сюйчан, нужно хотя бы перебраться в ближайший уездный город. Оставаться на Гряде Спящего Дракона – значит зарывать талант в землю; какая бы хорошая ни вышла работа по дереву, здесь просто нет знатоков, способных её оценить.
— Дороговато, не находишь? — Чжао Гун замялся, глядя на Лю И.
— Дорого… — Лю И почувствовал, как перехватило дыхание. — Староста, вы же самый уважаемый и высокочтимый человек на всей Гряде Спящего Дракона. Скажите положа руку на сердце: изготовление лежанки – это ведь не просто деревяшки пообтесать. Не говоря уже о резьбе и покраске… Триста монет – это совсем не дорого. Вон господин Кунмин за один письменный стол триста монет отдал!
— Разве древесину не я тебе предоставляю? Ты лишь прикладываешь силу, ну еще лак, сколько он там стоит? — Чжао Гун хоть и считался вторым по величине землевладельцем на Гряде Спящего Дракона, характер имел до крайности прижимистый. Услышав доводы, он лишь покачал головой:
— И не надо мне вырезать всякие вычурные штуки, просто сделай точно такую же, как прежняя лежанка. Денег я тебе не недодам: сто монет. Прежняя-то мне вообще в восемьдесят обошлась.
У Лю И дернулся уголок рта. Зная характер Чжао Гуна, можно было предположить, что старая лежанка прослужила ему лет двадцать-тридцать. Разве можно сравнивать нынешние деньги с тогдашними? В то время дань проса и сотни монет не стоила, а сейчас на твою сотню дай бог треть купить. И это еще Цзинчжоу относительно спокоен по сравнению с Центральными равнинами, цены на зерно здесь не такие дикие. А будь это в месте, охваченном войной… ц-ц-ц… Неужто этот старый наглец решил воспользоваться своим положением старосты, чтобы притеснить его?
— Староста, так дело не пойдет. А вы сходите в уезд, узнайте. Не то что за сто, даже за мои триста монет – при том, что вы даете материалы – посмотрите, возьмется ли кто делать? — Лю И начал закипать.
— Ты всего лишь юнец, откуда у тебя большое мастерство? Разве можно тебя равнять с мастерами-ремесленниками из уездного города? Так и быть, накину еще пятьдесят монет, но больше не дам! — в голосе Чжао Гуна не хватало уверенности. Хоть он и был старостой, из-за его повседневной скаредности авторитет его на Гряде Спящего Дракона был невелик. Он и сам знал за собой этот порок, да исправить не мог.
Лю И убеждал и так и этак, и в итоге сумел поднять цену до двухсот монет; Чжао Гун же ни в какую не хотел добавлять больше. Лю И, не имея выбора, согласился – дома было шаром покати, в такой ситуации не пойти на компромисс было нельзя.
Поскольку оплата была так себе, работал Лю И без огонька. Как и просил Чжао Гун, он просто скопировал старую лежанку, управившись всего за час. Выглядело сносно, но вот свойство у предмета так и не появилось. С тех пор как навык «Деревообработка» у Лю И достиг четвертого уровня, это был первый раз, когда он создал вещь без свойств. Разумеется, и опыта за это дали совсем немного.
Лю И это не волновало: какова плата, таков и товар. Глядя, как Чжао Гун придирчиво осматривает работу с недовольным видом, он в душе лишь усмехнулся. Если бы тот действительно раскошелился на триста монет, то потом прыгал бы от радости где-нибудь в уголке. Сам виноват, что не ценит качество.
Получив от Чжао Гуна сто пятьдесят монет, он обнаружил, что оставшиеся пятьдесят этот старый наглец, бесстыдно глядя в глаза, заменил пятью цыплятами.
— Староста, эти пять цыплят никак не могут стоить пятьдесят монет, верно? — нахмурившись, спросил Лю И у Чжао Гуна.
— Сейчас это всего лишь пять цыплят, но ты их вырастишь, куры снесут яйца, из яиц вылупятся новые куры… Сколько их будет? Если посчитать, ты еще и в прибыли остался! — вытянув шею, заявил Чжао Гун.
Лю И остолбенел от такой аргументации. Ради того чтобы зажать пару монет, этот человек, кажется, только что сотворил историю, не так ли?
— Ладно! — Глядя на выражение лица собеседника, мол, «тебе же повезло», Лю И признал поражение. Подхватив пять пронзительно пищащих цыплят, он сказал:
— Вы правы, староста. Если больше ничего не нужно, я откланяюсь!
Он правда боялся, что не сдержится и забьет этого старого хрыча кулаками до смерти. Видывал он жадных, но таких скаредных – никогда.
— Не переживай, если подвернется выгодное дельце, я тебя не забуду! — хмыкнул Чжао Гун.
Пф-ф…
Лю И поклялся, что в этой жизни больше не совершит ни одной сделки с этим старым наглецом.
Обнимая пятерых цыплят, Лю И с недовольным видом побрел обратно. Еще издали он услышал звонкий лай Ванцая.
Снова гость?
Глаза Лю И загорелись. Этих ста пятидесяти монет надолго не хватит. Если удастся взять еще пару заказов, можно будет подумать о том, чтобы сходить в город за мясом, фруктами и овощами – улучшить, так сказать, быт.
Он ускорил шаг и вошел во двор, где увидел Чжугэ Ляна, стоящего в беседке и разглядывающего его жилище.
— Господин Кунмин, как вы нашли время посетить мою скромную лачугу? — улыбнулся Лю И.
— Если уж дом мастера-ремесленника Лю можно назвать лачугой, то моя хижина и названия лачуги не достойна, — Чжугэ Лян стоял в беседке, не желая выходить. Неизвестно почему, но стоило ему войти под её своды, как он ощутил невыразимую легкость, словно всё его существо омыли чистой водой.
— Господин Кунмин преувеличивает. Гора не обязательно должна быть высокой – если на ней живет небожитель, она становится священной. Ваша хижина, пока вы в ней, — обитель бессмертных, — скромно улыбнулся Лю И, хотя в глубине души не мог не испытать гордости. Раз уж такая личность, как Чжугэ Лян, чье имя осталось в веках и гремит в прошлом и настоящем, не скупится на похвалу его мастерству, значит, его навыки и впрямь чего-то стоят.
— «Гора не обязательно должна быть высокой – если на ней живет небожитель, она становится священной»? — глаза Чжугэ Ляна загорелись. — Не ожидал, что брат Лю обладает таким литературным талантом.
Эм… «Ода скромному жилищу» еще не написана?
Лю И, стоя в обнимку с цыплятами, немного опешил, но тут же перевел тему:
— Господин так и не сказал, зачем пожаловал.
— Не к спеху. Лян хотел бы осмотреть жилище брата Лю, если позволите? — Чжугэ Лян пришел, во-первых, чтобы заказать еще несколько предметов мебели, а во-вторых, чтобы проверить, обладает ли новый дом Лю И такими же чудесными свойствами, как тот письменный стол. Теперь казалось, что его догадка верна. Любопытство по отношению к Лю И только усилилось, особенно после того, как тот блеснул красноречием. Чжугэ Лян проникся к нему еще большим уважением и в разговоре незаметно для себя перешел от официального «мастер-ремесленник» к дружескому «брат Лю».
— Разумеется, только я еще не успел обставить его мебелью, — кивнул Лю И и, взглянув на цыплят в своих руках, добавил:
— Господин Кунмин, обождите немного.
— Ничего страшного, это Лян вас потревожил.
Обновлено: 21.01.2026