Глава 26 — Глава 26: Ночь сопротивления IV

— Слабакам не место в могучем Кэнчестере!.. ⋅ ⋅ ⋅ — Какого чёрта!.. Что ты несёшь? — Безумец, он сошёл с ума!.. — Роксли, ты что, с самого начала собирался нас всех убить? Под видом речи он собственными устами во всём признавался. С самого начала это был план, чтобы подчинить своей воле всех кузнецов Кэнчестера. Это была, в прямом смысле слова, чистка. — Значит, это восстание с самого начала было… «Налог на подготовку к войне» оказался не более чем приманкой, чтобы выманить неугодных и собрать их в одном месте. Под предлогом бунта простолюдинов он намеревался сокрушить их одним махом. — Все, очнитесь! Разве мы не готовились к такому исходу?! — … Кто-то скрежетал зубами от ярости, кто-то бледнел от страха, а кто-то в отчаянии мог лишь бессмысленно смотреть вверх… среди этой многоликой толпы выражения лиц двух юношей тоже разнились. — Что происходит, Дженсон? Тот парень рядом с Роксли. Это ведь он, да? Твой имперский друг. — … — Отвечай, ублюдок! Неужели Дженсон до последнего надеялся, что восстание удастся уладить компромиссом, не доводя до крайности? Разочарование и досада Генри, сменившиеся гневом, обрушились на ни в чём не повинного Дженсона. Схваченный за воротник Дженсон и без того был в полупанике, но совсем по другой причине. «Нет, почему… почему Бихен так себя ведёт?..» Именно в этот момент раздался яростный рёв нескольких вспыльчивых кузнецов. — Вперёд! Стащим этого монстра вниз! — Сэр Роксли!.. Их напора, казалось, хватит, чтобы поглотить всю толпу. И посреди этого хаоса, где одни кузнецы обезумели от ярости, а другие растерянно пятились, началось иное движение. — Эй, вы?.. Рёв, похоже, послужил сигналом. Некоторые начали поворачиваться и уходить. И их было немало. Они двигались с обдуманной решимостью, словно всё спланировали заранее, и рвали все связи, не оглядываясь. — Что вы творите! Нет, не говорите мне… предательство?! — Эдрик! Гордон! Вы куда?! Прежде чем кто-либо успел опомниться, появился вооружённый отряд, окруживший предавших кузнецов, словно эскортируя их. Из тени от факелов выступили люди семьи Роксли, что всё это время скрывались в засаде. — Теперь всё кончено. Бунтарский сброд будет казнён на месте. В голосе слышался смех. Они даже добавили ложное обвинение в отказе платить дань владениям. Стук— Генри выронил факел и обнажил меч. Он никогда в жизни не учился фехтованию. Дрожала рука, сжимавшая эфес, дрожали плечи и даже губы. Он крепко зажмурился. Эта дрожь, этот страх — они продлятся лишь мгновение. — Роксли! Спускайся сюда! Смотри, как мы умрём в бою! Дженсон повернулся к Генри. Пламя факела в его руке осветило мокрые от слёз глаза друга. Для Дженсона этот миг тоже стал решающим. — А-а-а-а-а!.. Сверху раздался вопль. А затем что-то рухнуло вниз, словно молния. Всё произошло в мгновение ока. БУМ—! Пока люди с факелами отвлеклись на Роксли, который рухнул прямо перед ними… Дженсон и Генри смотрели вверх. — Би… Бихен!.. Бихен, стоя на перилах с обнажённым мечом, прыгнул в воздух. Двум юношам он был похож на парящего ястреба. Раскалённый добела меч в его руке напоминал белоснежные крылья. *** «Если живёшь с великим стремлением, тебя могут погубить те, у кого его нет». — Кодекс рыцарской чести Бихена Бенкоу, вторая заповедь. «И всё же ты должен крепко держаться за великое стремление». ⋅ ⋅ ⋅ «Времени в воздухе предостаточно». Было такое чувство, будто я медленно парю. Я даже ощущал, как ветер треплет мои волосы. «Не нужно убивать их всех. Да и не следует». Сперва я разработал план. Чем детальнее я вырисовывал чертёж в уме, тем жарче пылал мой Призрачный глаз. Шух— Я с силой отвёл назад покрытый инеем меч. И в тот миг, когда мысленный набросок обрёл на земле чёткий силуэт… Дзинь—! Я рассёк воздух, словно стряхивая с клинка весь скопившийся иней. Град острых как бритва ледяных осколков, словно кинжалы, устремился вниз, вонзаясь в землю. Тук! Тук! Тук! Тук! Тук—! Я убедился, что ледяные кинжалы образовали заслон, защищая «горстку углей» от предателей и прихвостней Роксли. Постигнув суть Меча Снежного Цветка, я ощутил нечто вроде кощунственного восторга. Видеть, как придуманная мною сцена воплощается в жизнь, было почти как творить магию. Но сейчас было не время предаваться таким чувствам. Бум—! Я приземлился рядом с Роксли, упавшим перед горсткой углей. Тот хватал ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. — Т-ты, почему, как, с-сделал… — Живучий ублюдок. Ещё дышишь? Должно быть, латный доспех, в который он был закован, немного смягчил падение. И всё же от такого удара все его внутренности должны были смешаться в кашу. Хрясь—! Я ударил его по виску основанием рукояти. По руке прошло ощущение, будто я раскрошил нечто твёрдое. — Роксли мёртв! — Провозгласил я на весь мир. Люди, окружавшие ледяные кинжалы, вздрогнули, их тела инстинктивно отпрянули в шоке. Затем я вынес предупреждение: — Не пересекайте черту у ваших ног. В тот же миг, как вы это сделаете, я безжалостно отправлю вас на тот свет. — … — Если есть смелость — шагайте. Если нет — бросайте оружие сейчас же. Я окинул взглядом окружённую толпу. Кузнецы-предатели за ледяным заслоном предпочли выживание верности. Их единственным преступлением был недостаток отваги и убеждений. У меня не было права их судить. — Бихен!.. Внезапный окрик заставил меня обернуться. Это был Дженсон. Скорее недоумение, чем радость. — Какого чёрта ты здесь? — Ха, ха-ха!.. Ха! Я так и знал!.. Он плакал или смеялся? Его ноги дрожали. Затем рядом с Дженсоном показалось ещё одно знакомое лицо — Генри. — Так тебя зовут Бихен. Не знаю, что тут происходит, но… Снова услышав его голос, я понял. Это был тот самый парень, что недавно дерзко кричал Роксли, чтобы тот спускался. Как бы то ни было, обстановка оставалась напряжённой. Я снова перевёл взгляд в сторону и сказал: — Поговорим позже. Честно говоря, внутри поднялось странное, трудноописуемое чувство, и его послевкусие не отпускало. Всё из-за Дженсона. Возможно, он, как и я, стоял на пороге поворотного момента в своей жизни. Я чувствовал, что в этот миг мы с ним связаны, что сейчас мы с Дженсоном — товарищи. — Какого черта стоите, ублюдки! Убейте его! Убейте! За спиной раздался отчаянный голос. Сын Роксли, ведя за собой своих людей, поспешно спускался вниз. — Не двигаться! Если не хотите все умереть. Я бросил ещё одну угрозу, и прихвостни Роксли за ледяными кинжалами замерли. Я прикинул, что это были рядовые бойцы, в то время как спускающиеся со здания, скорее всего, были ядром организации. — …тц, чёрт. Сын Роксли, выйдя вперёд, увидел труп отца и скривился, не выказав и тени скорби. Теперь я разглядел его получше — тот ещё тип, оставь его без присмотра, он и на отцеубийство был бы способен. — Эй, сумасшедший ублюдок. Ты сбрасываешь людей на смерть? Ты вообще человек? — Слышать такое от тебя просто смешно. — Ха! Вы, имперские подонки, думаете, что вы какие-то шишки, раз мы вам кланялись? Думал, я не узнаю, что ты какой-то захудалый дворянчик? Я тоже дворянин, ублюдок! А-а-а! Чёртов выродок!.. Надо было тебя ещё раньше выпотрошить! Вот теперь он показал своё истинное лицо. Так даже лучше. — Выходи. Решим всё по чести, как дворянин с дворянином. — По чести? Ты заговорил о чести, да? По его кивку подбородка элитные прихвостни — больше дюжины — хлынули вниз по лестнице, как поток. Чего бы им ни недоставало, их самодовольные физиономии могли поспорить с лицами пиковых мечников. — Бихен! Ч-что нам делать?! — Стойте сзади. Я сделал несколько шагов вперёд, отдалившись от горстки углей. По имперским меркам эти ребята были в лучшем случае третьесортными. Второсортными, если быть щедрым. Насколько велика разница между рангами в прямом столкновечении? Второсортный мечник в одиночку справится с пятью третьесортными. Первосортный мечник равен пяти второсортным. «А что насчёт пикового мечника?» Будучи Бихеном Бенкоу на ранней стадии пикового мастерства, я мог с лёгкостью одолеть десять первосортных. — У-а-а-а-а! Почему же эти глупцы так бесстрашно бросаются в атаку, вопреки объективной реальности? Потому что они невежественны, не знают даже таких основ. Жалкое зрелище. Топ, топ, топ, топ— Я опустил меч в правую нижнюю стойку и двинулся вперёд. Короткие шаги, высокая скорость. Моим «союзникам» позади, должно быть, казалось, что я добровольно иду в пасть демонического зверя. Хруст—! Первый удар прошёл по диагонали вверх и влево. Они не то что увидеть — даже осознать траекторию моего меча не могли. Один этот взмах отсёк обе руки самому дерзкому и глупому из них, главарю. Он поймёт это лишь после того, как я разверну меч обратным хватом, проткну бок стоящего рядом… Выпад—! …выдерну клинок, слегка приподниму локоть и вонжу его в горло того, кто сзади… Выпад—! …а затем проскользну в центр их строя и взмахну мечом по широкой дуге… Вжи-и-их—! Семь человек пали одновременно. Стук— — Ха-а-ах… — Б-бежим!.. Забрать их жизни до того, как они успеют прийти в себя — единственная милость, что я мог им предложить. Когда всё закончилось, на ногах в этом месте остались только двое: я и безрукий глупец. Но и тот рухнул на задницу, оставив меня в одиночестве направлять меч на сына Роксли. Я слегка склонил голову. — Подойди. Прямо сюда. — … Его лицо стало белым как смерть. Когда он приблизился к телу отца… — П-пожалуйста, пощади… Хруст—! Его голова, вращаясь, взмыла в воздух и приземлилась рядом с головой Роксли. Я отправил отца и сына в путь вместе. Пусть соблюдают сыновний долг в загробном мире. Лязг— Вложив меч в ножны, я снова обратился к людям за ледяной преградой. — Прихвостни Роксли, немедленно бросить оружие. Остальные… Я замолчал. В конце концов, я стал их «мечом» лишь по случайному совпадению целей. Моя роль на этом была сыграна. «Может, просто проследить, чтобы они разоружились, и уйти?» Когда я вытирал кровь, брызнувшую на щеку, со стороны внешнего края оцепления послышался топот множества ног. Не только я — все обратили взоры туда. Стоявшие рядом люди расступились влево и вправо, открывая вид на прибывших: это был «Зефирос». — …что здесь происходит? Несс Сервай во главе отряда пробормотал, сидя в седле. Вокруг воцарилась тишина, так что я отчётливо его слышал. — … С полуоткрытым ртом он оценил обстановку, а затем остановил свой взгляд на мне. Мы встретились глазами. — Молодой господин Бихен! И почему она здесь? Из-за спины Несса показалась Джуэл, а за ней и Джейден. «Использует Джейдена как какого-то мальчика на побегушках». Я со злостью скрестил руки на груди и уставился на приближающегося Несса. Но раздражало меня не только это. Число бойцов «Зефироса», следовавших за Нессом, было до смешного малым. А их снаряжение? Дрянное. Хуже, чем у деревенского патруля. — Несс, на прогулку вышел? — Что здесь происходит? Почему вы там, Бихен Бенкоу? Меня чуть не стошнило. Что за лицемер. Как же хорошо он носил эту маску спокойствия. Я уже всё понял. Как и в случае с Культом Алого Пламени, «Зефирос» и на этот раз проявил своё постыдное бездействие. «Я бы с радостью их всех уничтожил…» …но это была бы бессмысленная резня. Говоря хладнокровно, у меня не было ни права, ни повода убивать его. «…пока что». Едва я успокоил клокочущую внутри ярость, как из-за спины внезапно раздался голос: — Бихен Бенкоу сокрушил продажного Роксли! Я обернулся. Толпа расступилась, открывая мне вид. В центре, в окружении кузнецов, стоял Дженсон. — Бихен Бенкоу! — … — Сокрушил продажного Роксли!.. Он кричал с такой силой, что его тело дрожало. Его крик на мгновение принёс тишину… — Бихен Бенкоу! — Подхватил стоявший рядом Генри, вскинув руку. — Сокрушил продажного Роксли!.. Окружающие кузнецы в один голос открыли рты. — Бихен Бенкоу! — Сокрушил продажного Роксли! Их единый глас разнёсся эхом. «…» Это был трепет? Странное чувство, которого я никогда не испытывал в прошлой жизни, окутало меня. Я снова перевёл взгляд. Перекошенное лицо Несса было тем ещё зрелищем. — Хах. Что ж, а это не так уж и плохо.