Кайус занял позицию напротив пролома. Первым в брешь шагнул мертвец в истлевшей кольчуге, занеся топор высоко над головой.
Глаза сузились. Дыхание ровное. Не от уверенности — от вбитой привычки. Мертвец дернулся вперед. И тут же споткнулся — гнилая координация подвела на груде камней. Челюсть твари отвисла в беззвучном вое.
За спиной врага Кайус увидел его сородичей, быстро подступающих к позиции.
Топот ног — и тварь уже рядом. Мертвец обрушил топор тяжелым рубящим ударом, целясь Кайусу в голову.
Резкий вскид меча — Подвесной блок принял удар.
Кромка в кромку. Сцепка. Руки дрогнули под напором инфернальной мощи. В силовом клинче он — труп. Кайус даже не стал пытаться.
Доворот кисти увел топор с центральной линии. Меч сработал как рычаг, обращая инерцию врага против него же. Рывок телом — клинок высвобожден. Короткий выпад — и меч пронзил горло мертвеца.
Верная смерть.
Или так он думал.
Реальность боя тут же выставила счет.
В груди взорвалась боль. Рот наполнился вкусом железа. Кайус, спотыкаясь, отпрянул, разрывая дистанцию. Ребра сжались. Хруст.
Очаг боли тут же охватило зудящим огнём. Едва он восстановил равновесие, как Здоровье поползло вниз, стягивая отбитое мясо и сращивая кости.
«Идиот! Именно из-за таких ошибок и умирают!» — голос отца, казалось, эхом отозвался в голове.
Остальная нежить быстро приближалась к пролому. Чтобы удержать «бутылочное горлышко», нужно задавить тварь, доставшую его. Меч ушел в нижнюю позицию. Гибкая стойка, универсальная для обороны.
Острую боль в груди он отбросил.
Мертвец вошёл в зону поражения, с замахом топором. Кайус отшагнул, позволяя инерции замаха провалить врага в неустойчивость.
Шаг вперед, выпад. Острие нацелено в череп твари. Тварь довернула бедро. В провалах глазниц — лишь голодная пустота. Мертвец повел топор в подлом обратном замахе.
Кайус побледнел. Прервать атаку? Уклониться? Единственный шанс — бросок в сторону. Но это потеря равновесия и сдача инициативы. Времени нет. До конца.
Он напряг пресс, скручиваясь, чтобы уменьшить профиль поражения.
Обух топора впечатался в косые мышцы, чудом разминувшись с нижним ребром. Воздух со свистом вылетел из легких сквозь стиснутые зубы.
Меч вошел точно в переносицу. Зачарованная сталь с хрустом прошила кость.
Дзынь! Убит Убогий Ополченец 11-го уровня
Кайус вышел из выпада, давя стон от пульсирующей боли в боку. К ней тут же примешался тупой, ползучий зуд регенерации. Глубокий вдох через силу — диафрагму свело спазмом.
Подоспели остальные.
Длинный меч взмыл вверх. Рукоять вжата в подмышку, плавающее острие нацелено в переносицу переднего. У того — ржавый прямой клинок и баклер. Сразу за ним нависал второй — в изъеденном коррозией нагруднике и с копьем наперевес.
Последний плелся позади. Он всё ещё пробирался через могилы.
Мечник пошел на сближение, выставив перед собой усиленный баклер. Копейщик пристроился в его тени, готовый жалить из-за спины напарника.
Кайус скрипнул зубами.
— Я справлюсь.
Он сделал колющий выпад. Ведущий мертвец среагировал мгновенно, с невероятной скоростью, для иссохшего тела. Баклер отбил меч от головы, тут же перейдя в контратаку. Острие метило в грудь.
«Чутье на Слабости» кольнуло висок. Мышечная память и «Кованный Войной» перевели вспышку интуиции в движение.
Полшага назад. Грязное острие рассекло воздух в волоске от туники. Кайус провернул кисти. Используя силу вражеского блока, он крутанул меч над головой.
Вес тела слишком сместился на заднюю ногу, чтобы проломить нежити череп, но...
Острие распороло ветхую кожу доспеха. Клинок вскрыл бицепс до кости. Из раны тут же хлынула черная патока. Магия некромантии или нет, но тварь по-прежнему состояла в основном из плоти и крови. Ей нужны были мышцы, чтобы двигаться.
Рука повисла плетью, меч едва держался в мертвых пальцах.
Ни шока, ни боли. Рана не замедлила мертвеца. Шаг вперед. Скрутка бедрами — и вес мертвого тела вложен в дикий, размашистый удар.
Вооруженный копьем напарник тоже не давал передышки. Стоило Кайусу снова отступить, уходя от безрассудной атаки передового, как задний мертвец сделал выпад, наседая с копьем.
Страх прострелил нервы. Рывок головой в сторону. Щеку распороло огнем, горячая влага хлынула на шею. Ржавое лезвие вскрыло щеку до десен, обнажив их перед затхлым теплом подземелья.
Он судорожно вздохнул. Воздух ужалил открытую рану на щеке, рот наполнился кровью. У него не было времени на раздумья. Регенерация сожрет Здоровье, но закроет рану. Ему нужно закончить бой.
Глоток. Горло обволокло вкусом железа.
Мертвец в авангарде заваливался вперед, увлеченный инерцией собственного удара. Кайус попытался сделать выпад, чтобы добить врага. Но его напарник не давал передышки: серия колющих выпадов отогнала Кайуса от союзника, вынудив уйти в глухую защиту.
Обмен ударами завяз в пате. Кайус едва уклонялся от неуклюжих, ущербных замахов переднего мертвеца, пока его напарник с копьем пресекал любые попытки сближения. Каждая потерянная секунда приближала последнего мертвеца с дубиной. Пат. Если третий вступит в бой, хрупкое равновесие рухнет. И не в пользу Кайуса.
Нужно было что-то делать, и быстро.
Хуже того, у него не было бесконечной выносливости мертвецов. Мышцы жгло огнем, грудная клетка ходила ходуном, судорожно втягивая воздух. Каждый вздох отдавался костяным скрежетом в двух почти заживших переломах, и каждое такое трение замедляло процесс регенерации.
И всё же он начинал «читать» ополченцев. Пусть они были неистовыми, сильными и неумолимыми, в их движениях сквозила механичность. Однообразие. Предсказуемость. Он ещё не видел, чтобы кто-то из мертвецов делал что-то большее, чем чередование нескольких неуклюжих рубящих и колющих ударов.
С каждым выпадом и диким замахом Чутьё Слабости и его собственный боевой опыт высвечивали всё больше уязвимых мест.
Передний мертвец снова вложил в замах вес всего тела. Ослабшая рука и неудобная тяжесть меча лишили его равновесия на неровной земле. Ещё одна брешь. Та, которую, как он знал, прикроет очередной выпад замыкающего мертвеца.
Внимание Кайуса предельно сузилось. Клинок крутанулся, парируя удар копья, который он уже предвидел. Используя отскок клинков, он перевел клинок в нисходящий разрез, начисто срубив голову потерявшему равновесие мертвецу. Обезглавленное тело обмякло.
Дзинь! Убит Убогий Ополченец 14 уровня
Без паузы его меч взметнулся обратно, отбивая ещё один прощупывающий выпад.
И ещё один.
Теперь наступал он, давя на мертвеца-копейщика.
Тот отступал, пытаясь разорвать дистанцию, чтобы пустить в ход оружие. Укол, затем ещё шаг. Снова укол. Повторить. Стоило Кайусу дёрнуться в атаку, как копьё взмывало вверх, перекрывая сектор атаки.
Короткий финт. Резкий тычок мечом в воздух — ложная атака.
Копьё взметнулось вверх. Момент настал.
Подсечка. Клинок врубился в иссохшую плоть, перерезая коленное сухожилие. Мертвец повалился вперед. Кайус сохранил инерцию клинка, закручивая корпус для вертикального удара.
Меч вонзился в прогнивший череп.
Дзынь! Убит Убогий Ополченец 12 уровня
Дзынь! Навык «Чутье на Слабости» достиг 17 уровня!
Торжество захлестнуло его, рот растянулся в диком оскале, отозвавшемся болью в медленно затягивающемся порезе на щеке. Он не сводил глаз с единственного оставшегося мертвеца, ощупывая языком рану. Он кожей чувствовал сырой воздух там, где его собственная плоть извивалась, стягивая края раны.
Мертвец сжимал огромную палицу обеими руками. На теле — длинная, на удивление целая кольчуга, на голове — мятый грязный шлем.
— А этот орешек будет покрепче.
Кайус воспользовался мгновенной паузой в битве, чтобы оценить свои ресурсы.
Ресурсы:
Здоровье — 94/200 (2/мин)
Выносливость — 0/190 (2/мин)
Мана — 120/120 (2/мин)
Кайус скривился: Выносливость на нуле. Из-за бешеного темпа в подземелье он влетел в бой, не восстановившись полностью. В смертельной схватке этот ресурс истощался куда быстрее, чем при обычной нагрузке — урок, который ему пришлось усвоить на горьком опыте во время первых спаррингов с отцом.
Теперь вся надежда лишь на «физуху», к счастью, подкрепленную характеристиками и навыками.
«Надеюсь, я получу за это уровень Физической подготовки».
Кайус расправил плечи и двинулся навстречу. Острие меча опущено — стойка полна ложных уязвимостей. Расчет на то, чтобы спровоцировать атаку, удобную для парирования.
Последний Ополченец шагнул в пролом. Тварь хлестнула палицей в вертикальном замахе. Меч Кайуса взметнулся навстречу. Жесткая сцепка с плотным деревом дубины — и жесткий увод в сторону. Скручивание корпуса высвободило клинок. Мгновенный выпад. Острие его меча устремилось к лицу мертвеца.
Тот отвернул голову в самый последний момент.
Полетели искры: клинок проскрежетал по стальному шлему мертвеца, разминувшись с лицом.
Уже восстановив равновесие, нежить ответила еще одним диким замахом. Кайус отшатнулся. Палица просвистела у самой груди, обдав потную кожу могильным сквозняком.
Он снова отступил, меняя стойку. Меч ушел за спину по диагонали.
Снова ложные бреши. Мертвец шагнул вперед.
Еще один замах.
Его грудь тяжело вздымалась, глубокое жжение осело в легких.
Еще шаг назад. Еще замах.
Он нанес удар снизу вверх. Усиленные мышцы напряглись в попытке вернуть ритм боя. Острие со скрежетом соскользнуло по кольчуге, вырвав у Кайуса рык разочарования.
Он снова занес меч, удерживая его над плечом. Впервые с его губ сорвался громкий крик, когда он обрушил меч вниз в яростном рубящем ударе.
Мертвец вскинул палицу, принимая удар на блок. Лезвие глубоко вгрызлось в дерево.
Тело сработало на рефлексах. Он чуть довернул запястья, толкая клинок вперед и разбивая сцепку. Меч скользнул мимо защиты ополченца, метя тому в горло.
Острие увязло в кольчуге, прикрывавшей шею твари.
— Грёбаная! Кольчуга! — с трудом выдавил он сквозь стиснутые зубы.
Нежить беззвучно атаковала снова. Кайус с досадой зашипел.
Он вскинул меч для блока, едва успев поймать дубину в блок. Чудовищная отдача едва не вырвала меч из рук.
Мертвец обрушил град ударов на его защиту. Сверхъестественная мощь и правило рычага работали на тварь. Руки Кайуса дрожали, глубокая боль простреливала мышцы, а кости скрипели от напряжения.
Не будь у него характеристик, он был бы уже мертв. Даже будучи на пятую часть сильнее и выносливее нормы, он держался из последних сил.
Паника начала подступать к горлу, дыхание вырывалось короткими хрипами.
Мертвец отпрянул — и тут же снова врубился в его клинок. Кайуса шатало, колени едва не подгибались под тяжестью удара.
Глаза закатывались, взгляд стал скорее звериным, чем человеческим.
Нужно было что-то делать. И немедленно.
Дубина взмыла снова, и Кайус не выдержал. Отскок. Дубина мертвеца врезалась в пол, выбив веер каменной крошки, и тут же метнулась обратно к Кайусу.
Он едва успел парировать.
Мысли метнулись к Хастуру. К отцу. В сознании вспыхнуло воспоминание.
Он сидел на краю поляны, горячая кровь заливала лицо и окрашивала обнаженную грудь в красный. Его тренировочный меч валялся в грязи где-то позади. Хастур возвышался над ним с протянутой рукой, с содранной на костяшках кожей. В ведущей руке он держал свой клинок. Темные кудри не скрывали добрых зеленых глаз отца, а лучики морщин резко выделялись на его не по годам молодом лице.
Рывок — и он уже на ногах.
— Запомни, сын. Мы не просто мечники.
Кайус тяжело дышал, расправляя плечи.
Мертвец, безмолвный, как и всегда, обрушил дубину в очередном тяжелом ударе. С резким криком Кайус вскинул клинок навстречу. Входя в жесткий клинч.
Удар сотряс весь скелет.
Прежде чем враг успел вложить силу, Кайус довернул клинок, переводя блок в отвод. Лишившись опоры, мертвец провалился в замахе. Используя инерцию, Кайус крутанулся на пятке. Его нога вылетела в подсекающем ударе.
Пятка сапога врезалась в шлем мертвеца.
Тот пошатнулся, потеряв равновесие.
Кайус уперся сапогами в землю. Меч — к груди. Вес на заднюю ногу. Резкий выброс передней — прямой пинок в корпус сбил ритм ополченца.
Мертвец рухнул. Шлем с лязгом ударился о гранитный выступ.
Рывок вперед. Дыхание со свистом вырывалось сквозь стиснутые зубы, разбрызгивая слюну. Перчатка скользнула по лезвию — жесткий захват полумеча.
Он рухнул всем телом на дряхлый труп врага. Тот перехватил дубину обеими руками, выставляя оружие навстречу. Окованное железом дерево врубилось в грудь. Взрыв боли. Сухой хруст — едва сросшиеся ребра лопнули снова. Ослабленный каркас не выдержал. Кайус закашлялся, орошая гнилую морду кровавой моросью.
Но он не дрогнул.
Кайус отшвырнул меч в сторону. Слишком громоздкий для такой тесноты. Он вырвал с пояса охотничий нож, нацелив острие в глаз мертвеца. Даже сейчас, прижатая весом его тела и лишенная возможности двигаться, тварь пыталась клацнуть зубами, одержимая бешеным желанием убить его.
Удар ножом вниз. Из глазницы выплеснулась черная жижа. Рука ощутила влажное сопротивление пробиваемой кости.
Яростный рык. Рывок всем весом тела. И всё было кончено.
Тело мертвеца наконец обмякло.
Дзинь! Убит Капитан Убогого Ополчения 18-го уровня
Кайус скатился с трупа, мешком упав на спину. Грудь судорожно вздымалась. Нож торчал в глазнице, как могильный знак. Он поморщился: каждый вдох заставлял обломки ребер тереться друг о друга с костяным скрипом.
Дзинь! Навык «Физическая подготовка» достиг 14-го уровня!
Дзинь! Навык «Кованный Войной» достиг 18-го уровня!
Кайус не сдержался. Он рассмеялся, невзирая на боль. Взглянуть смерти в лицо, победить и получить за это награду — в этом было что-то исключительное. Горькая, железная амброзия. Пьянящий нектар.
— Ты был прав, отец. Как всегда. — Он улыбнулся, глядя, как мягко светящийся мох отбрасывает пляшущие тени на свод пещеры. — Я выберусь отсюда, как только смогу. А потом я приду за тобой.
Примичатусы от Переводчика...
Бутылочное горлышко — тактическое использование местности (узкого прохода, дверного проема), которое лишает врага численного преимущества, заставляя нападать по одному.
Подвесной блок — защитная стойка, при которой рукоять меча поднята высоко над головой, а острие опущено вниз и вбок. Эффективно гасит и отводит тяжелые рубящие удары сверху, защищая голову и плечи.
Силовой клинч — ситуация в ближнем бою, когда оружие противников жестко сцеплено (крест-на-крест или прижато друг к другу), и исход зависит от физической силы или умения использовать рычаг.
Центральная линия — ключевое понятие в фехтовании. Воображаемая прямая, соединяющая центр вашего тела с центром тела противника. Контроль этой линии позволяет атаковать кратчайшим путем, одновременно закрываясь от прямой атаки врага.
Плавающее острие — положение меча, при котором острие не зафиксировано жестко на одной цели, а совершает мелкие движения, мешая противнику предсказать направление следующей атаки.
Баклер — маленький круглый кулачный щит. В отличие от больших щитов, он очень подвижен: им не просто закрываются, а активно отбивают удары и бьют в лицо.
Профиль поражения — площадь тела, открытая для вражеского удара. Поворачиваясь боком или скручиваясь, боец уменьшает свой профиль, делая себя более сложной мишенью.
Финт — ложное движение или имитация удара, цель которого — заставить противника дернуться в защиту и открыть настоящее уязвимое место.
Захват полумеча (Half-swording) — техника, при которой боец хватается левой рукой (обычно в перчатке) прямо за лезвие собственного меча. Это превращает длинный меч в подобие короткого копья или рычага, позволяя наносить очень точные и сильные уколы в уязвимые места доспехов или бороться в клинче.
Обновлено: 23.01.2026