Чэнчэн не знала, считать себя счастливицей или неудачницей.
Отряд отправили на задание, которое оказалось ему не по силам. Капитан и Хаман погибли. Но тварь в теле Сяоху охотно помогала ей, а после пятого аттракциона сама нашла предлог уйти.
Оставалось воспользоваться подарком.
У ворот парка жетоны исчезли из кармана, и Чэнчэн впервые за эти дни вдохнула полной грудью.
Жива.
Для медиума близость смерти — ещё и закалка души. Она чувствовала: до следующей ступени, испытания, осталось совсем н
Чэнчэн не знала, считать себя счастливицей или неудачницей.
Отряд отправили на задание, которое оказалось ему не по силам. Капитан и Хаман погибли. Но тварь в теле Сяоху охотно помогала ей, а после пятого аттракциона сама нашла предлог уйти.
Оставалось воспользоваться подарком.
У ворот парка жетоны исчезли из кармана, и Чэнчэн впервые за эти дни вдохнула полной грудью.
Жива.
Для медиума близость смерти — ещё и закалка души. Она чувствовала: до следующей ступени, испытания, осталось совсем н
Чэнчэн не знала, считать себя счастливицей или неудачницей.
Отряд отправили на задание, которое оказалось ему не по силам. Капитан и Хаман погибли. Но тварь в теле Сяоху охотно помогала ей, а после пятого аттракциона сама нашла предлог уйти.
Оставалось воспользоваться подарком.
У ворот парка жетоны исчезли из кармана, и Чэнчэн впервые за эти дни вдохнула полной грудью.
Жива.
Для медиума близость смерти — ещё и закалка души. Она чувствовала: до следующей ступени, испытания, осталось совсем н