Глава 17 — Глава 17: Непостижимые люди

«...Почему я здесь?» Примерно в то время, когда солнце клонилось к закату, Сохён, спавший без задних ног, наконец очнулся. — А сам как думаешь? Вот к чему приводит безрассудство: бросаешься на кого попало, а потом валяешься в таком виде, — ответил я. — ... Я ожидал, что, очнувшись, он устроит скандал, но, как ни странно, парень молчал. Глядя на него, безмолвно сверлящего взглядом потолок в лаборатории госпожи Хёнхва, я заговорил первым: — Ты ведь знаешь, кто такой И Джинмён? — Знаю, не дурак. — Знал и всё равно полез на рожон? — ... Он снова замолчал. «Значит, и он здесь оказался не просто так?» Как и у меня, у него, должно быть, были свои причины. — В чём дело? — спросил я. От моего вопроса он нахмурился и забегал глазами. После долгого колебания он приподнялся на кушетке и ответил: — ...Есть кое-что. — Если не хочешь говорить, я не буду допытываться. Но в следующий раз так не делай. Я ограничился этим предупреждением. Всё равно не думаю, что моё вмешательство сильно поможет. — ...Тц. Вместо ответа он коротко цокнул языком, а затем, оглядевшись, спросил: — Где мы? — В лаборатории Хёнхва-ссам. — Хёнхва...? Та учительница, с которой ты близок? — Ага. Она притащила тебя сюда и дала лекарство на случай, если с телом что-то не так. Услышав объяснение, он осмотрелся и увидел госпожу Хёнхва, которая спала, примостившись в углу. Затем он перевёл взгляд на меня, потом снова на неё. — ...Что? — спросил я. — ... Повращав глазами какое-то время, он тихо произнёс: — ...У вас не слишком большая разница в возрасте? — Ого, у тебя талант нести чушь? — А, ты же тоже старый? — Да ты совсем страх потерял, малявка? — Что? Малявка?! Ах ты, старый хрыч! Так подходил к концу этот полный событий день практического экзамена. * Прошла неделя со дня практического экзамена. Войдя в шумный класс, Хан Джину призвал учеников к порядку. В руках он сжимал пачку бумаг. — Так, цыц все! Живо замолчали, пока я вам бошки не поотрывал. Когда в классе стало более-менее тихо, он прислонился к трибуне и заговорил: — Значит так, сегодня у меня для вас важное объявление. Есть идеи, какое? — Результаты экзамена? — предположил один из учеников. Указав на него пальцем, учитель воскликнул: — В точку! Положу их на стол, потом проверите. Там же баллы за практический экзамен, так что прячьте их получше. — Зачем прятать? — А что, такой смелый? Уверен в себе? Ну-ка, поглядим... Сейчас проверим. Та-ра-ра-рам... пам-пам... кум-жак-жак... — ... Напевая под нос и перелистывая экзаменационные листы, он наткнулся на фамилию спросившего и широко раскрыл глаза. — Двадцать семь баллов? Серьёзно, двадцать семь? — Пфф! — Ха-ха-ха! — Господин учитель! Один ученик густо покраснел, а остальные разразились смехом. Успокоив снова зашумевший класс, Хан Джину продолжил: — А теперь к главному. Ын Гарам и Ын Сохён. — ...? — Что? Услышав свои имена, оба, до этого витавшие в облаках, с недоумением посмотрели на него. — Вы двое, выйдите вперёд. По его приказу Ын Гарам и Ын Сохён встали перед классом. В помещении воцарилось ледяное безмолвие. Хан Джину обвёл взглядом учеников. — Ну... честно говоря, вряд ли кто-то будет горевать, но с сегодняшнего дня эти двое переводятся в другой класс. Есть желающие попрощаться? — ... Хан Джину спросил на всякий случай, но никто из учеников не проронил ни слова. — Ну и тяжёлые же вы люди. Могли бы хоть немного поучиться общаться с коллективом. — Ну, нам не привыкать, — спокойно ответил Ын Гарам. — С чего бы мне прощаться с такими ничтожествами? — ядовито бросил Ын Сохён. «Больше месяца прошло, а они так и не завели ни одного друга...» Вздохнув, учитель даже в чём-то восхитился их упрямству. И тут в середине класса кто-то поднял руку. — О...? Решила попрощаться? Даже сам Хан Джину, предложивший это, не ожидал реакции. Ученица, поднявшая руку, Хан Арым, медленно покачала головой. — Нет, не то чтобы попрощаться... Просто в какой класс их переводят? — Ха-а... Да, зря я на что-то надеялся. Эти двое переводятся в класс А-1. — Класс А...? — Да ещё и в первую группу? — Ну... с их-то уровнем неудивительно. — Странно, что они вообще были здесь. Только тогда в тихом до этого классе поднялся гул. — Что ж, есть ещё вопросы? — Нет. — Хорошо. Тогда... соберите вещи после этого урока. Закончив, Хан Джину отправил их на места. — Ладно, сегодня мы обсудим основы... как его там... окна статуса... — Статуса? — Да господи, понимайте вы меня с полуслова! Пока не прибил. В общем, эта магическая формула будет нужна вам в будущем так же часто, как дыхание... Он только собирался возобновить урок, как вдруг... Бам! Передняя дверь класса распахнулась с такой силой, будто её хотели выломать. Увидев незваную гостью, Хан Джину мысленно вздохнул. «И откуда в этой девице столько дурной силы...? Опять у неё глаза горят». Это была Чха Хёнхва. — Ын Гарам! И Ын Сохён! Я их забираю! — Ага. А ты когда-нибудь спрашивала разрешения? — Вы двое! Живо за мной! — ... Она указала на Ын Гарама и Ын Сохёна ещё до того, как закончила фразу. Ын Гарам, тихо вздохнув, встал с места. Но Ын Сохён не спешил. — Ч-что за дела? — Да не болтай, иди давай. — Погоди, а я-то зачем?! — Придём — увидишь. Ын Сохён пытался сопротивляться, но в итоге Гарам просто вытащил его за собой. Глядя на их спины, исчезающие так же стремительно, как они и появились, Хан Джину подумал: «Интересно, настанет ли в моей жизни день, когда я пойму эту троицу...» Хан Джину уже достиг стадии полного смирения. * Библиотека, наполненная тихой классической музыкой. И Джинмён сидел на своём месте, подперев подбородок руками и нахмурив брови. В его мыслях всплывал образ одного студента, которого он видел днём. «Его способности явно были не так высоки...» Навык «Проницательность», позволяющий видеть характеристики противника. Тогда статус Ын Гарама, проверенный этим навыком, не был впечатляющим. «Но эти показатели выросли... прямо во время боя?» В ходе оценки характеристики Ын Гарама определённо увеличились. Случаи, когда Охотник растёт во время битвы, встречались, но такой скачок был чересчур резким. «К тому же, эта его аура... Совершенно непостижимо». Как действующий Охотник S-ранга, он прошёл через многое. Он видел, как люди внезапно пробуждали навыки в бою, и такие резкие скачки, как у Ын Гарама, не были чем-то абсолютно невозможным. Но в самом существовании Ын Гарама чувствовалось какое-то несоответствие. Погружённый в раздумья, он посмотрел на дверь библиотеки. — Дворецкий, войди. — Слушаю. Дверь открылась, словно его ждали, и в комнату вошёл пожилой мужчина. Он почтительно спросил: — Вы звали, господин? — Я хотел кое-что спросить. Дворецкий молча ждал продолжения. — Как ты думаешь, может ли Охотник обладать аурой, превосходящей его собственные возможности? — Хм... Похоже, что-то произошло. Под пристальным взглядом И Джинмёна дворецкий задумался, поглаживая подбородок. — Слабый может притворяться сильным. Я не раз видел временное увеличение характеристик или стремительный рост во время боя. — Это верно. — Однако «аура» — это то, что естественным образом пропитывает тело вместе с силой и опытом. Обладать аурой, превосходящей собственный потенциал... Насколько хватает моих скромных знаний, это невозможно. — Хм... И Джинмён издал неясный звук, выслушав чёткое объяснение дворецкого. «Но та аура, что я почувствовал от мальчишки, определённо не принадлежала обычному студенту...» Даже как Охотник S-ранга, он не мог полностью полагаться на навык «Проницательность». Нельзя было сказать, что Ын Гарам просто скрывал свою силу. Существо, которое становилось тем непостижимее, чем больше о нём думаешь. Для него Ын Гарам выглядел так, будто кто-то другой занял это тело. — ...Ясно. Можешь идти. — Прошу прощения. Дворецкий так же вежливо поклонился и тихо вышел из библиотеки. В наступившей тишине комнату снова заполнили нежные звуки музыки. Спустя мгновение И Джинмён произнёс с блеском в глазах: — Ын Гарам... Действительно непостижимый парень. * — Вот. — ...? Как только они прибыли в лабораторию, Хёнхва протянула им две пачки бумаги. На каждой было по четыре листа, плотно исписанных магическими формулами. Ын Гарам и Ын Сохён приняли их с недоумением. Хёнхва с надеждой в глазах поторопила их: — Чего замерли? Давайте, активируйте. — ...Так внезапно? — спросил Ын Гарам. — С чего бы это мне? — проворчал Сохён. — Да не нойте, живее! Вы же справитесь? — Хм... Услышав её настойчивую просьбу, Гарам с подозрением посмотрел на неё, а затем перевёл взгляд на формулу. «Я-то справлюсь, но... Просить о таком студентов — это уже выходит за рамки, нет?» С его знаниями это было несложно, но для юного Сохёна объём мог быть чрезмерным. Однако, вопреки его опасениям, Ын Сохён, вчитываясь в формулу, уверенно ответил: — Что, позвала только ради этого? Да это же элементарно! — Конечно! Знаешь, сколько сил я потратила, чтобы сделать её проще? «Так вот почему от неё не было вестей какое-то время». Подумав об этом, Ын Гарам вздохнул. Слова Хёнхва наверняка были правдой. Но даже если она старалась её упростить, Сохён, принимающий это как должное, тоже не казался нормальным. «Сплошные гении вокруг...» — проворчал он про себя и быстро пробежался глазами по формуле. — Ну... это не так уж сложно... А? Погодите-ка... — Что? Что-что? Нашёл? Заметил?! — Ссам, вы слишком... — Точно! Я использовала ту самую теорию, которую ты применял раньше! Ну как? Гениально? Свежо?! — Нет, я имею в виду — вы слишком близко! — ... Ын Гарам отчаянно пытался оттолкнуть её, так как она практически залезла на стол. Глядя на них, Ын Сохён тихо пробормотал: — ...Разница в возрасте. — А ну молчать! — Ну так что, как тебе?! Танг! Чха Хёнхва в нетерпении хлопнула ладонями по столу. Увидев безумный блеск в её глазах, Ын Гарам, обливаясь холодным потом, заговорил: — Это определённо та теория, что я использовал... — Правда же?!! — Ссам, ну хватит!! Снова отпихнув приставучую учительницу, он спросил: — Так каков результат? Могли бы хоть сказать, что это за формула. Хёнхва посмотрела на него так, будто увидела что-то странное. — Разве ты не поймёшь, когда активируешь? Ты что, опять включил режим тупицы? — Пфф! — Ын Сохён, не смейся...? Посмотрев на смеющегося мальчишку, он продолжил: — ...Честно говоря, мне как-то не по себе. — А, мне тоже. Пахнет безумием, — вставил Сохён. — Какое безумие? Вы так говорите, будто я сумасшедшая! — ... — ... В этот миг оба редкостно сошлись во мнении: «Кажется, так и есть». — В любом случае! Это не опасно, так что пробуйте! Когда закончите, я подарю вам сюрприз. — О, на этот раз что, чай? Или кофе? — оживился Ын Гарам. — ... При слове «сюрприз» Гарам среагировал мгновенно. Сохён промолчал, но тоже не смог скрыть интереса. — Ну, не знаю. Думаю, это будет куда полезнее. — Я сделаю! — Ну... ладно, выбора нет. Оба начали направлять свою ману. Вскоре энергия быстро собралась на кончиках их пальцев. Хёнхва, наблюдая за этим процессом, будто видела ману своими глазами, и её взгляд загорелся интересом. «Насколько я знаю, они оба специализируются на физических навыках... Но талантом они точно наделены свыше, настоящие гении». Спустя мгновение мана, исходившая от тел Ын Гарама и Ын Сохёна, начала двигаться вдоль формулы, вырисовывая геометрические фигуры. У Ын Гарама узор был изящным и точным, как у лучших студентов магического факультета, а у Ын Сохёна — несколько грубым и резким. Две совершенно разные по характеру энергии нарисовали идентичные зеркальные формы, а затем впитались в их тела, возвращаясь в стабильное состояние. Формула активировалась успешно. — Около трёх минут...? Отлично сработали оба. Кратко похвалив их, она достала что-то из ящика стола. — А теперь — не шевелитесь. — ...!