Цинь Цзунву почувствовал, что всё его самообладание и воспитание в этот момент рухнули. Эта проклятая девчонка своими словами вывела его из себя.
Он ткнул пальцем в своё лицо и громко закричал:
- Смертная девчонка, ты хорошенько посмотри, я твой второй брат, Цинь Цзунву! Ты смеешь так со мной разговаривать, а! Кто тебе дал такую смелость?
Столкнувшись с его руганью, Сюй Линь ничуть не испугалась, она наоборот старалась как можно сильнее разозлить его.
- Ой-ой-ой, беленькая капустка, на грядке пожелтела, с малых лет без отца и матери, - Сюй Линь начала петь протяжным голосом. Пока Цинь Цзунву в недоумении слушал, Сюй Линь изменила слова песни, - Беленькая капустка хорошо растёт, откуда ни возьмись появился глупый хрен второй брат, второй брат уродлив, без кожи и без стебля, зелёные листья торчат...
Что за чушь, что это за песня такая? Цинь Цзунву чувствовал, что в этих словах есть какой-то скрытый смысл, но никак не мог понять, какой.
Встретившись с вопрошающим взглядом Цинь Цзунву, Сюй Линь не смогла продолжать петь. У этого тупого ублюдка ограниченный интеллект, ей не стоит тратить на него время.
Сюй Линь перешла сразу к делу, ткнув пальцем в нос Цинь Цзунву и начав ругать его:
- Ты, зелёная муха, с какой помойки ты вылез? Какое право ты имеешь появляться передо мной? Ещё смеешь говорить мне о сыновней почтительности, ты достоин? Кто дал тебе смелость называть себя вторым братом, ты достоин быть моим вторым братом? Из вежливости я называю тебя «эй», считаю тебя человеком, но если не буду вежливой, то ты для меня просто уличная собака, мусор для глаз. Я давно порвала все отношения с вашей семьёй Цинь, подписала документы, поставила печать, в газете было было опубликовано публичное заявление. Отношения разорваны полностью и окончательно, с тех пор мы пошли каждый своей дорогой, стали чужими людьми, более чем чужими. Ты, собачий хрен, что ты за блюдо такое, чтобы появляться передо мной? Советую тебе не искать неприятностей, откуда пришёл, туда и катись. Катись как можно дальше, не появляйся передо мной и не загрязняй мне глаза. Тебя не тошнит от себя, а меня тошнит.
Прямые оскорбления привели Цинь Цзунву в ярость. С тех пор как он поступил на государственную службу и стал начальником отдела, это был первый раз, когда кто-то указывал ему пальцем в лицо и ругал его.
В то же время Цинь Цзунву понял, что Сюй Линь действительно невзлюбила его и не признаёт его своим вторым братом.
Нет, она даже своих родителей не признаёт, она действительно бессердечная девчонка.
Хорошо, что они разорвали отношения.
Нет, он пришёл не для этого, он пришёл заступиться за сестрёнку Фан эр.
- Сюй Линь, заткнись, ты возомнила себя какой-то ценностью, как будто кто-то хочет признавать тебя. Хватит себя нахваливать.
Увидев, что Сюй Линь собирается ругаться, Цинь Цзунву быстро перебил её, не давая ей возможности открыть рот.
- Я пришёл предупредить тебя, чтобы ты держалась подальше от Фан эр. Если ты посмеешь обидеть Фан эр, я тебе покажу.
- Ха, ну давай, покажи мне, что ты можешь. И кто такая твоя Фан эр? Я её знаю? Если ты больной, то вали подальше, не бегай как бешеная собака и не кусайся.
Сюй Линь закончила говорить и с отвращением отвернулась, готовясь уйти. Если много общаться с бешеной собакой, можно поглупеть.
- Ты кого бешеной собакой назвала? - Цинь Цзунву от злости схватился за воротник, его хорошее воспитание больше не могло сдерживать накатившую ярость.
Ему очень хотелось схватить эту проклятую девчонку и проучить её. Он ткнул пальцем в нос Сюй Линь и крикнул:
- Не притворяйся, Фан эр - родная дочь твоего приёмного отца, она также маленькая принцесса семьи Цинь. Я тебе говорю, наша семья Цинь признаёт только Фан эр как маленькую принцессу. Ты хочешь занять место Фан эр? Мечтай! Если ещё раз посмеешь обидеть Фан эр, я тебе покажу.
О, Сюй Линь подняла бровь, она ещё не успела разобраться с этой самозванкой, а та уже торопится атаковать.
Сюй Линь подумала: «Я хотела пока оставить всё как есть, но некоторые люди сами нарываются. Ну что ж, хе-хе, тогда не вините меня, что я буду жестока».
Маленькая принцесса семьи Цинь, да? Интересно, будет ли семья Цинь и дальше носить её на руках, если узнает, что её биологический отец - шпион?
Но прежде чем это сделать, Сюй Линь решила, что некоторых людей нужно проучить, нельзя быть слишком доброй к ним.
Поэтому Сюй Линь подняла ногу и ударила Цинь Цзунву в пах. От боли Цинь Цзунву вскрикнул и согнулся.
Его интеллигентное, но отвратительное лицо стало багровым, от боли на глаза навернулись слёзы.
Но это было только начало. Сюй Линь огляделась по сторонам, убедившись, что никого нет и нет камер наблюдения. Можно было действовать свободно.
Поэтому Сюй Линь подняла ногу и начала бить его, целясь в самые больные места. Она ударила его 18 раз, прежде чем остановиться.
Не то чтобы Сюй Линь не хотела продолжать, просто она заметила, что кто-то идёт издалека, и ради безопасности решила уйти.
Сюй Линь свернула на тропинку. Сегодня она не пойдёт в Запретный город, это к несчастью. Лучше она отправится за покупками в кооператив снабжения и сбыта.
Сюй Линь бежала быстро. Дорога, на которую обычно уходило двадцать минут, благодаря талисману скорости заняла всего две минуты.
Сейчас было рабочее время, в Кооперативе снабжения и сбыта было немного людей. Сюй Линь, войдя в кооператив, направилась к прилавку с наименьшим количеством людей и самыми высокими ценами.
- Служу народу! Товарищ, здравствуйте, я хочу купить часы, - громко сказала Сюй Линь.
- Служу народу! Товарищ, здравствуйте, у нас есть часы Мэйхуа и Шанхай, какой завод вас интересует?
Сюй Линь посмотрела в сторону, куда указывала продавщица, и увидела, что часов выставлено немного, не так, как в будущем, когда прилавки будут завалены часами.
Оба бренда, Мэйхуа и Шанхай, были хороши. В её пространстве тоже были такие часы, она забрала их у Тигра.
Вспомнив о Тигре, она подумала, как у него дела, не столкнулся ли он с плохими парнями. Надо будет потом проверить, может быть, её ждёт приятный сюрприз.
Сюй Линь немного отвлеклась, а затем указала на Шанхай и сказала:
- Мне нужны те женские часы Шанхай.
- Хорошо, эти часы стоят 120 юаней плюс один талон на часы, - продавщица увидела, что Сюй Линь достала деньги и талон, значит, она действительно хочет купить часы. - Я сейчас настрою вам время.
Она взяла часы, на которые указывала Сюй Линь, подняла голову и посмотрела на большие часы, висящие на стене кооператива снабжения и сбыта, начала настраивать время и сказала:
- Сейчас 8:31, видите, я точно настроила.
- Спасибо, товарищ, если бы вы не напомнили, я бы забыла сверить время, - с улыбкой поблагодарила Сюй Линь, передала деньги и талон, а затем с радостью надела часы на запястье.
Продавщица не удивилась, часы были дорогой вещью, и каждый, кто их покупал, сразу же надевал их на руку. Ей нужно было быстрее выписать чек.
Сюй Линь убрала чек на покупку часов и подошла к соседнему прилавку, громко обратившись к продавщице:
- Служу народу! Товарищ, здравствуйте, я - образованная молодежь, которая скоро поедет в деревню, мне нужно приобрести вещи для поездки, пожалуйста, дайте мне 13,6 кг ваты, 5 метров хлопчатобумажной ткани, 5 метров габардина, 3 метра рабочей ткани, 2 метра лавсана...
Сюй Линь закончила перечислять нужное количество и начала доставать деньги и талоны, объясняя:
- Я еду на северо-восток, там очень холодно, мне нужно сделать два толстых одеяла и два комплекта тёплой ватной одежды, поэтому мне нужно много ткани, пожалуйста, помогите мне, товарищ.
- Не проблема, служу народу, - увидев деньги и талоны в руках Сюй Линь, продавщица стала обслуживать её с большим энтузиазмом.
Примечние:
Для понимания: в магазине кроме ваты Сюй Линь заказывает разные виды ткани. Габардин - шерстяная ткань, а лавсан - синтетическая (из нее изготавливают плащи,зонты).
Обновлено: 17.01.2026