Глава 17. Несговорчивая старуха
Ань Сусу с трудом проглотила полчашки каши, остатки вылила в чашку Ань Юэцяна: «Третий брат, доешь».
Ань Юэцян без возражений доел за ней — даже такие крохи были для него желанными после тяжелого трудового дня. Жидкая каша не давала нужного насыщения.
В этот момент в комнату вошла бабка Ань, пообедавшая у старшего сына, и теперь, откашлявшись для важности, она заявила:
«Сюмэй, к свадьбе Сянъяна нужно как минимум два новых одеяла. У твоей невестки не хватает тканевых талонов. Я слышала, Сусу получила много талонов и денег в награду — пусть отдаст брату. И ещё 30 юаней — нам нужно обустраиваться. Завтра мы с дедом переезжаем».
При этом она бросила на Ань Сусу злобный взгляд.
«Мама, эти деньги и талоны — награда Сусу от уезда, — возразила И Сюмэй. — Она ведь тоже скоро замуж выходить будет — как можно отдавать их Сянъяну?»
И Сюмэй возмутилась такой откровенной несправедливостью.
«Это же заём у невестки, а не подарок! Какие могут быть претензии? Сусу, быстро отдай!» — бабка Ань повысила голос, услышав отказ.
«Это мои деньги! — вскипела Ань Сусу. — Разве это нормально — чтобы младшая сестра оплачивала свадьбу брата? Все эти годы вы контролировали семейные финансы — неужели не накопили на такое событие?»
«Молчи, когда старшие разговаривают! Это же временный заём. Когда ты выйдешь замуж, я тебе больше приданого дам», — бабка села на кан, с неодобрением глядя на внучку. Та с детства ей не нравилась, а теперь ещё и хитрости набралась — деньги у неё как клещами вытягивай. Но и давить нельзя — после внушения деда нужно действовать мягче.
«Бабушка, я не отдам. Когда переезжаю — нужно покупать еду и вещи для дома. Если всё отдам, чем мне питаться?» — Ань Сусу и не думала расставаться с честно заработанным.
«Незамужняя девчонка собралась одна жить? Кто тебе такое позволил? Юйцай, как отец, ты ничего не скажешь?» — старуха перевела взгляд на сына.
«Мама, вы же сами видели — в комнате Сусу вам с отцом будет тесно, — замялся Ань Юйцай. — Если она хочет переехать — я не против. Да и аренду уже заплатили — возврата нет. Я осмотрел тот дом — он просторный. Раз уж вы здесь, хочу предложить: может, наша ветка отделится? Вы сможете занять наши комнаты, и семья старшего брата разместится свободнее. Но это наша собственность — если решим вернуться, место должно быть готово», — после паузы Ань Юйцай высказал заготовленное.
«Что?! Вы все хотите уйти?!» — старуха Ань остолбенела.
Бабка Ань не верила своим ушам. Её всегда покорный второй сын вдруг заговорил таким тоном — не иначе как бес вселился!
«Да, мама. Я не могу позволить детям жить одним. С нами им будет безопаснее. Да и второму сыну пора жениться — в нашем тесном доме места нет. Кто-то всё равно должен переехать. Лучше уж нам», — Ань Юйцай выпалил всё одним духом и робко взглянул на мать.
Привыкший за долгие годы во всём подчиняться, он теперь чувствовал себя неуверенно, впервые приняв самостоятельное решение.
«Вот как! Возомнил о себе, Ань Юйцай? Вздумал улететь из родного гнезда? Хорошо, уходите! Но тогда — полный раздел. Ни комнат, ни имущества вам не достанется. Ежегодно платите мне и отцу по 30 юаней на содержание — и катитесь все ко всем чертям!» — бабка пылала гневом, сверкая глазами в сторону Ань Сусу.
Всё из-за этой строптивой девчонки! Без неё второй сын и не подумал бы о переезде. Вторая ветка семьи — основные работники, приносящие столько трудодней. А третья — одни лентяи, на них не положишься. Мечтают уйти да ещё и имущество забрать? Ни за что! Пока она жива — не бывать этому!
«Мама, как же так? Аренда ведь тоже деньги требует. Вы лишаете нас всего — чем мы будем кормиться?» — возмутилась И Сюмэй.
Такая несправедливость развеяла её последние сомнения. Да, тот дом с мрачной историей, но разве можно терпеть такое унижение? Она уже в годах, скоро сама станет свекровью — сколько можно жить в постоянном угнетении?
«Кто вас гонит на съёмное жильё? Разве здесь вам невмоготу? Просто не хотите пускать меня с отцом! Мы что, не ваши родители? Не заслужили заботы? Таких неблагодарных ещё поискать! Когда в голодные годы ты, Юйцай, чуть не помер с голоду, я по соседям ходила, милостыню выпрашивала, чтобы тебя выкормить. Женила, внуков дождалась — и вот благодарность!»
«О, небеса, взирайте на это непочтение!» — с этими словами бабка плюхнулась на пол, принявшись голосить и колотить себя в грудь.
«Что случилось? Мама, встаньте, на полу холодно!» — старший сын Ань Юйфу, услышав шум, поспешил помочь и усадил мать на кан.
«Юйфу, не могу я больше! Твой брат хочет разделиться, уйти от нас! Жизнь моя кончена!» — ухватившись за любимца, старуха разрыдалась ещё громче, поливая второго сына и его жену бранью за непочтительность.
«Брат, я не собирался делить семью! Просто Сянъян женится — места мало. Если родители переедут к нам, будет тесно. Сусу предложила снять дом — он принадлежит семье Лу, и вы также знаете, как обстоят дела в этом доме. А Юэцзинь и Юэцян хотят последовать за ней. Но как я могу отпустить троих детей одних? Вот мы с женой и решили переехать всей семьёй. Уже заплатили аренду, начали уборку... А мама так отреагировала!» — Ань Юйцай поспешил объясниться.
Обновлено: 19.01.2026