Наш бесконечно долгий и утомительный путь от Итрона до Стора практически подошёл к концу. Не знаю, кто этому радовался больше всего – я или Альмия. На долю северянки выпало немало испытаний, начиная от не прекращающейся отдышки и заканчивая пребыванием в лапах перерожденки в образе гигантского розового паука. И я уж молчу про необходимость с её весом пересекать хлипкий подвесной мостик. Я тоже нервничал не меньше, поскольку именно на мои плечи легли практически все тяготы по нашей защите от различных опасностей. Альмия, из-за своего веса и раздавшихся габаритов, целиком и полностью полагалась на меня.
Полагаться на меня довольно глупо. Я как-то привык заботиться только о себе, не распыляя силы на других. Особенно тех, с кем едва знаком.
Однако до самого Стора оставалось ещё около трети дня пути. Мы же свернули немного в сторону и через непролазные дебри отправились к моему знакомому магу, чтобы он возвратил Альмии её прежний облик.
Гинкар – так звали мага. Уж не знаю, когда именно он подался в отшельники и стал жить так далеко от людей. Но на это у него были какие-то свои, особые причины. Мне о них никогда не говорилось напрямую, но они имелись. Хотя с его знаниями и умениями в области магии, я бы уж точно нашёл им подходящее применение. Если ты можешь вызвать землетрясение по щелчку пальцев, то зачем прозябать в диком лесу, когда можно неплохо подняться. Поступление на королевскую службу один из многих вариантов. Придворные маги имеют солидное ежемесячное жалование, не говоря уж о том, что работёнка у них совсем несложная. Вызвать раз в неделю дождь из лягушек или устроить солнечное затмение на потеху королевской свите и самому королю.
Не жизнь, а сказка.
– Знаешь, леса меня уже начали утомлять, – проговорила Альмия.
– Аналогично, – согласился с ней я.
– У нас они тоже есть, но не везде такие густые, как здесь.
– В тепле деревья лучше растут.
– Больше никаких лесов ближайшие месяцы. Хватит с меня. Буду ошиваться только в крупных городах.
– Таких, как Стор?
– Вот именно.
– Пожалуй, я поступлю схожим образом.
Я думал, что сейчас Альмия заведёт свою старую песню о том, что нечего мне за ней таскаться. Но девушка промолчала. Видимо, она уже смирилась с моим присутствием в её жизни.
На самом деле, я что-то давно не задумывался о нашем дальнейшем будущем.
Нашем. Почему нашем-то?! Мы нынче просто временные союзники, которые объединились под общим знаменем. И имя этому знамени – перерожденцы. Точнее, двое перерожденцев. Дзумаса Тока и Баква. Хотя Баква утверждала, что она вовсе не перерождалась, а просто случайно оказалась в нашем мире, и вообще является богиней ветра. Вспоминая «безумный смерч», созданный девушкой с голубыми волосами, я готов был поверить её словам.
Богиня ветра или очень сильный маг, которая пытается запудрить нам мозги. Надо будет Гинкара расспросить о магии ветра, он наверняка что-то знает.
В этой части леса царил полумрак. Казалось, вечерело, но на самом деле ещё не наступил даже полдень. Всё из-за того, что здесь в изобилии произрастало такое удивительное дерево, как канфамир. В переводе с древнего языка, которым когда-то пользовались местные жители, канфамир означал не что иное, как «густая шевелюра». И в этом была доля истины. Листья на кронах канфамира росли так близко друг к другу, что создавали очень плотный покров, через который с трудом проникало солнце. Вдобавок к этому сами листья имели не обычный для флоры зелёный цвет, а совсем иной – сиреневый.
Полумрак, прохлада и близость болот должны были породить просто нереальное количество комаров и прочих насекомых, но этого не произошло. Всё благодаря Гинкару, магией разогнавшему весь этот гнус, который и сунуться не смел туда, где проживал маг.
Я ненадолго замер, ожидая, что меня тут же облепят комары. Ни одна мошка даже не приблизилась ко мне, а это означало, что совсем скоро мы будем на месте.
Я оказался прав. Ещё буквально четверть версты по прямой, и мы вышли к хижине Гинкара. Впрочем, хижиной данное строение я бы постеснялся называть. Это был самый настоящий монолитный дом, сделанный на совесть. Ровные стены из тщательно обработанного камня, крыша покрыта черепицей, которая, как я помнил, никогда не темнела и всегда имела один и тот же ярко-красный цвет. Должно быть, Гинкар защитил её каким-то заклинанием. Жилище мага могло похвастаться двумя большими окнами, в которые были вставлены особые стёкла. Через них нельзя было увидеть, что находится внутри, зато изнутри прекрасно просматривалась улица. Нигде и ни в одном королевстве я ничего подобного никогда не видел, а это наводило меня на мысль, что и здесь замешана магия. Мне всегда хотелось расспросить об этом Гинкара, но я прекрасно понимал, что маги бережно охраняют свои секреты, и мне в лучшем случае расскажут какую-нибудь наспех выдуманную небылицу.
– Неплохо он тут устроился, – присвистнула Альмия, разглядывая дом.
– Есть такое, – сказал я. – Хотя внутри всё довольно-таки скромно. Гинкар не очень-то любит роскошь.
– Роскошь – удел благородных людей, а нам и так неплохо.
– Согласен.
– А твой друг точно дома?
– Предыдущие два года был здесь, и вряд ли он решит сменить место жительства. К тому же раз мы прошли к дому, то он нас давно заметил и ждёт.
– Как это?
– Он тут всю ближайшую округу своей магией опутал. Даже комар без его ведома не пролетит, не говоря уж о людях. Больших людях.
– Эй! Что за намёки?! – Альмия попыталась отвесить мне подзатыльник, но я оказался проворнее, и девушка просто сотрясла ладонью воздух.
Может, не стоит возвращать ей былой облик? Припомнит мне недавние издёвки и набросится с мечом.
Скрипнула тяжёлая дубовая дверь и из дома нам навстречу вышел Гинкар собственной персоной. Последний раз я был у него полгода назад, но старик за это время ни капли не изменился. Всё та же серая мантия, доходившая почти до самой земли, всё та же густая борода, морщинистое лицо и хитрый взгляд с неизменным прищуром. Гинкар словно просвечивал своими глазами насквозь, отчего у меня периодически пробегали мурашки по спине.
Маги есть маги. С ними надо держать ухо востро, даже если вы их считаете своими друзьями.
– Каги Прентау, – проговорил Гинкар хриплым голосом. – Давненько ты ко мне не заглядывал.
– Здравствуй, Гинкар Затворник, – поприветствовал я старика.
– Не затворник, а Отшельник, – поправили меня. – Сколько раз тебе повторять?
Мы улыбнулись друг другу и пожали руки.
На самом деле я никогда не забывал, что прозвище Гинкара – Отшельник. Однако мы условились, что у нас будет особое приветствие. Я стану называть его Затворником, а он меня поправлять. По словам старика, это сделано для того, чтобы понять, что я – действительно я, а не кто-то иной под моей личиной. Гинкар как-то обмолвился, что его разыскивает очень сильный и очень злой маг, который может менять личину. Наверное, именно поэтому старик прячется здесь, дабы не быть обнаруженным.
– Ты и даму свою привёл, как я погляжу, – проговорил Гинкар. – С весьма аппетитными формами, должен заметить.
Аппетитные – это да. Можно сотню человек накормить и ещё про запас останется.
– Слушай, старый чёрт, я не его дама, – огрызнулась Альмия, хотя в её положении могла бы этого не делать.
– О! Я узнаю этот говор! Не иначе северянка. Из какого ты королевства, милочка?
– Во-первых, я вам не милочка, а во-вторых, я из Ханилии.
– А в-третьих, она та ещё грубиянка и заноза в заднице, – счёл нужным добавить я. Если Альмия не перестанет грубить Гинкару, он вполне может послать её куда подальше и даже не пытаться помочь девушке.
Альмия злобно посмотрела на меня, мой же взгляд был предельно холодным и многозначительным. Надеюсь, она поймёт без слов, что надо вести себя в рамках приличия с тем, кому не в тягость превратить человека в дымящиеся останки.
– Ты чересчур строг с ней, Каги, – усмехнулся Гинкар. – Девушки из её племени и её возраста всегда имеют трудный характер. А дурь в голове – явление временное, как правило, оно выветривается с годами.
Справедливые слова, но в случае с Альмией я не был уверен, что со своей дурью она когда-нибудь расстанется. Разве что одновременно с жизнью.
Тем не менее мы сюда не за милыми беседами пришли. Гинкар это отлично понимал, поэтому пригласил нас в свой дом.
Внутри было всё по-прежнему обставлено просто и без изысков. В одной огромной комнате помещались два громадных шкафа, на полках которых вперемешку стояли старинные рукописи и склянки с непонятными жидкостями. Помимо шкафов здесь находилась кровать, на которой спал Гинкар, стол, буквально усыпанный свитками и всякими безделушками, стул возле него и большой чугунный котёл, расположившийся прямо посередине комнаты. По утверждению мага, в этом котле он варил особые зелья, а заодно и готовил себе еду. Я только не мог взять в толк, как можно сделать, к примеру, суп в той же самой ёмкости, в которой полчаса назад варили какую-нибудь отраву.
Поскольку стул в доме был лишь один, то его, естественно, занял хозяин жилища. Гинкар какое-то время молчал, разглядывая нашу странную парочку. По большей части его взгляд останавливался на Альмии. Эту девушку трудно не заметить.
– Не нужно быть прорицателем, чтобы догадаться, что вы пришли сюда не просто так, – изрёк Гинкар.
– Совершенно верно, – сказал я. – У нас есть одна маленькая проблема.
– Ну, проблема ваша явно не такая маленькая.
– Ты прав, она просто огромная.
Я думал, что Альмия сейчас взорвётся от переполняющей её ненависти. Но девушка пока сдерживалась, наверняка размышляя, в какой момент и как она мне отомстит в будущем.
– Ты ведь поможешь ей? – спросил я.
– Задача не из простых, – пробормотал Гинкар, поглаживая свою бороду. – Но я с ней справлюсь.
– Хорошая новость.
– Но для этого придётся потрудиться тебе, Каги.
– Я что-то должен буду сделать?
– Ага. Принести одну траву с болот неподалёку. Я со своими старыми костями на это весь день угрохаю, а ты молодой, тебе раз плюнуть. Это особая трава, она поможет снять магию с северянки. Ты, кстати, нас не представил друг другу. Невежливо, знаешь ли, так поступать.
Хорошие манеры – не мой конёк. Я пусть и обладаю известной степенью вежливости, но мне далеко до всяких аристократических особ. Да и не припомню, чтобы я хоть когда-нибудь с кем-то любезничал. Я из простого народа.
– Меня зовут Альмия, – представилась северянка. – Ваше имя Каги мне уже сообщил.
– Очень любезно с его стороны, – расплылся в улыбке Гинкар. – Скажи-ка мне, Альмия, как же это тебя так угораздило раздуться? А ещё лучше, позволь мне самому угадать. Перерожденцы, так ведь?
– Да, одна самодовольная тварь, которая своим прикосновением делает людей жирными.
– Вы её хоть прикончили?
– Нет, – вступил в разговор я. – Они ушли от нас.
– Они? – Гинкар изогнул одну бровь.
– Их было двое – парень и девушка, – пояснил я. – Про парня тебе только что сказали, а девушка утверждает, будто она богиня ветра, хотя я предполагаю, что она просто владеет особой магией и никакой богиней не является.
– Ветер… Звучит интересно.
Гинкар опять умолк, продолжая наглаживать свою густую бороду. Он не стриг её лет пятьдесят, наверное. Она была настолько длинной, что доходила старику почти до колен, а сейчас, пока он сидел, борода частично лежала на полу.
При известной сноровке её можно вместо метлы использовать.
– Я слышал, что в Сторе сейчас одновременно находятся трое перерожденцев, – произнёс Гинкар.
– Откуда, интересно, ты это услышал? – пробормотал я.
– У меня свои источники, ты же знаешь, – ухмыльнулся маг.
– Ага, знаю, – сказал я. – За ними изначально и собирался, но после встречи с Альмией планы немножко изменились. Однако Стор нам всё же придётся посетить.
– Потому что туда направляются эти двое, – добавила Альмия.
– Выходит, что теперь там будет пятеро перерожденцев, – заключил Гинкар. – Вы уверены, что справитесь с ними со всеми? Они ведь обладают особыми способностями, а уж какими – остаётся только гадать.
– Поэтому мы сейчас здесь, – сказал я как бы с намёком. – Нужно решить проблему Альмии и спросить у тебя по поводу кое-каких амулетов.
– Понятно.
У Гинкара имелся в наличии целый ларец с амулетами на любой случай. До сегодняшнего дня я всю эту магическую шелуху избегал, но, по всей видимости, придётся изменить себе. Без защитных амулетов с Дзумасой Токой и Баквой будет очень сложно справиться. Не говоря уж о трёх других перерожденцах, которых мне заказали убрать.
– Итак, что за траву с болот мне надо принести? – спросил я.
– О, ты её сразу узнаешь, – ответил Гинкар. – Она красного цвета, единственная в своём роде. Правда, её не так много произрастает, поэтому тебе придётся чуток полазить и поискать.
– Много хоть принести надо?
– Не особо. Сколько уместится на ладони.
– Понял.
Я направился к выходу, полный решимости побыстрее разобраться с этим делом. У самой двери меня окликнула Альмия:
– Мне пойти с тобой? – спросила она.
– Нет необходимости, – сказал я. – Оставайся с Гинкаром.
Надеюсь, Альмия окажется достаточно молчаливой, чтобы не докучать старику. Терпение у него поистине безграничное, но острый язык северянки способен его пробить. Не хочу вернуться с травой и застать на месте Альмии кучку пепла. Впрочем, сама будет виновата, если с ней что-либо случится.
От жилища Гинкара до болот было рукой подать. Всего минут десять быстрым шагом. Именно таким шагом я и шёл. Чем скорее мы уладим свои дела здесь и двинемся в Стор, тем лучше. Тока и Баква наверняка добрались до дозорной башни. Но проникли ли они в неё? Вопрос, конечно, интересный.
Я уже говорил, что башня надёжно запечатана сильным заклинанием и вход внутрь простым смертным заказан. Да и магам, пускай и очень способным, тоже. Однако Дзумаса Тока и Баква отнюдь не были простыми смертными.
Меня по-прежнему мучил вопрос: а что эта парочка так хочет достать в башне? Чернокнижник, давным-давно нашедший там своё последнее пристанище, наверняка хранил у себя кучу интересных предметов. Скорее всего, за одним из них и велась охота. Может, и не за одним, а за всеми сразу. Голову даю на отсечение, что они невероятно ценны. Даже бесценны.
Ладно, опустим лирику, вернёмся к поиску травы на болотах.
Не люблю я болота. Земля под ногами колышется, и ты не знаешь, какой твой шаг станет последним, когда тебя поглотит проклятая трясина.
Я добрался до болот за рекордно короткое время и теперь смотрел себе под ноги в поисках травы красного цвета. На самом деле, травы здесь произрастало не так уж и много. В основном мох и всевозможные грибы, которые выглядели аппетитно, но уж я-то знал, что лучше их не есть, если не хочешь отравиться. К грибам, как и к магии, я отношусь настороженно. Я в них почти ничего не смыслю и не знаю, какие являются съедобными, а какие ядовитыми. Вот моя маменька знаток грибов.
Болота атаковали меня неприятными запахами. Казалось, будто здесь кто-то сдох и медленно разлагался. Отовсюду доносилось кваканье лягушек, сверху изредка прилетала птичья трель.
– И где эта чудо-трава? – пробормотал я.
Надеюсь не придётся плутать до ночи, иначе ничего не останется, как проситься к Гинкару на постой. А поскольку кровать у него только одна, то и спать мне предстоит на полу. Пережив последние насыщенные событиями дни, я очень хотел поспать в нормальной комнате нормальной таверны. Одна-две ночи хорошего крепкого сна и можно идти на перерожденцев хоть с голыми руками.
Спустя примерно полчаса плутания, я наконец-то нашёл нужную траву. Она росла на небольшой кочке и её было достаточно, чтобы уместить на моей ладони. Сорвав необходимое количество травы, я двинулся в обратный путь.
Совсем скоро мучения Альмии, вызванные избыточным весом, закончатся. Очень надеюсь, что она скажет хотя бы пару слов благодарности. Однако наиболее вероятно, что всё будет принято, как должное.
Подходя к жилищу Гинкара, я с удивлением увидел сидящую на ступенях Альмию. Удивление моё было вызвано не тем, что она сидела, а тем, что она вернулась в своё прежнее состояние. Стройная, красивая, с впечатляющей грудью. Клинок лежал у девушки на коленях, сама же она старательно заплетала волосы в косу.
– О, вернулся, – завидев меня, сказала Альмия. – Ты это, помоги там ему.
– Что происходит? – поинтересовался я.
– Ну, твой друг вернул мне мой облик и без этой красной травы. Она вообще была не нужна.
– Как это?
– Он просто хотел спровадить тебя и остаться со мной наедине.
Я ровным счётом ничего не понимал. Альмия говорила какие-то странные и непонятные вещи. Я потребовал разъяснений и получил их выше крыши.
Оказалось, что Гинкар сразу положил на Альмию глаз и захотел с ней покувыркаться. Естественно, после того, как уйду я, а северянка вновь станет стройной. Я ушёл, старик снял магию Токи и решил предаться плотским утехам.
Вот же старый козёл! Никогда не замечал за ним подобного.
– И что ты сделала? – спросил я.
– Вырубила его прежде, чем он околдовал меня, – ответила Альмия. – Я ж далеко не дура. Не хватало ещё дарить свою невинность какому-то старому хрычу.
Вырубить мага – это надо умудриться. Видимо, Гинкару похоть совсем разум затмила. Другого объяснения я попросту не вижу. Какой бы сильной Альмия ни была, но с магами состязаться ей в одиночку явно не под силу. Если только с какими-нибудь третьесортными.
– Сиди здесь, – сказал я. – Пойду попрошу прощения за твоё поведение.
– Прощения? – от удивления Альмия раскрыла рот. – Ты в своём уме?!
– Полностью. Гинкар – сильный маг, и он запросто может в будущем наслать на нас какое-нибудь проклятье. Мне такая перспектива совершенно не улыбается, а тебе?
– Мне тоже. Но я не считаю, что в чём-то виновата.
Выбросив собранную красную траву, я вошёл в дом. Гинкар сидел возле чугунного котла, держась обеими руками за голову. Старик обернулся на шум и посмотрел на меня туманным взглядом.
– Сильна, чертовка, – простонав, проговорил он.
– Северянка ведь, – отозвался я. – Ты как?
– Жив буду. Повезло тебе с ней.
– Смотря в каком смысле.
– Во всех смыслах. Ты уж прости, что-то я умом слегка поплыл.
– Это я должен извиняться за Альмию.
– Совершенно излишне. Я получил ровно то, что заслужил. Ну, зато её проблему решил.
– Я видел. Премного тебе благодарен. Она-то наверняка поблагодарить забыла.
Я помог Гинкару встать и усадил его на стул. Старик уже окончательно пришёл в себя и теперь можно было спрашивать об интересующих меня амулетах. Собственно, мне требовалась в первую очередь защита от магии ветра. Какая-никакая, но защита нужна. И неплохо бы узнать кое-что про дозорную башню Стора.
– Вот, держи.
После заданных вопросов Гинкар протянул мне невзрачный амулет в виде семиконечной звезды, сделанный из серебра и подвешенный на простой верёвочке.
– Самое действенное средство против магии ветра, – пояснил старик. – Даже если ей будут тебя бить в упор – ничего тебе не сделается.
– И ты вот так просто мне отдаёшь подобную ценную вещь? – изумился я.
– Не беспокойся, у меня ещё такие есть. Был бы этот амулет в единственном экземпляре, я бы заставил тебя заплатить. Ну или оказать какую-нибудь услугу.
– Но это ещё не всё, что мне нужно…
– Понимаю, но со взломом дозорной башни я тебе ничем помочь не смогу. Не мой уровень, знаешь ли. Да и сомневаюсь, что твои перерожденцы сумеют туда попасть. Так что ты с лёгкостью отыщешь их где-нибудь в Сторе.
– Хорошо.
Вдобавок к амулету Гинкар снабдил меня пятью новыми мешочками с дымовой завесой, а также тремя маленькими склянками с зельем – в двух было сонное зелье, а в одной любовное. Отдавая последнее, старик хитро мне подмигнул и произнёс:
– Авось пригодится для твоей новой подружки.
– Она мне не подружка, а фактически коллега, – серьёзно сказал я, но от зелья отказываться не стал. – У нас чисто деловые отношения.
– Когда-нибудь дела будут улажены.
Я нахмурился, но ничего не ответил.
На полпути к двери я обернулся и сказал:
– Мой тебе совет, Гинкар. Если ты всё ещё в состоянии возбудиться при виде юной девы, то набрасывай время от времени на себя личину молодого красавчика и отправляйся в Стор.
– Цеплять девочек? – спросил старик.
– Верно.
– Я так и делаю каждую неделю. Иначе бы уже давно свихнулся в этой глуши.
Мы улыбнулись друг другу, после чего я покинул дом гостеприимного мага.
Обновлено: 18.02.2026