Юй Цзяоцзяо зашла в ближайшую лавку готовой одежды и небрежно выбрала наряд, который выглядел более-менее прилично. Платье было недорогим, всего около дюжины лян. Она с мольбой посмотрела на Цинь Чанъаня.
Цинь Чанъань с видом глубочайшего уныния достал из-за пазухи слиток серебра и расплатился.
Баньюэ за его спиной давился от смеха.
Сколько лет он служил князю, но впервые видел, чтобы тот покупал одежду женщине.
Цинь Чанъань косо глянул на Юй Цзяоцзяо:
— Долги этому князю отдавать будет непросто.
Юй Цзяоцзяо хихикнула, придвинулась к Цинь Чанъаню и прошептала так, чтобы слышал только он:
— А можно расплатиться натурой?
Зрачки Цинь Чанъаня слегка сузились:
— Идет. Только потом не жалей.
Юй Цзяоцзяо опешила и застыла.
Глядя, как Цинь Чанъань быстро поднимается в карету, она поспешила следом.
«Эй, постой! Я же пошутила!»
Неужели он всерьез намерен потребовать с неё оплату телом?
При воспоминании о неудовлетворенном взгляде этого мужчины прошлой ночью, у Юй Цзяоцзяо всё тело заныло.
На ней и так мяса почти нет, а Цинь Чанъань слишком силен. Он же её просто сломает!
Сев в карету, Юй Цзяоцзяо с заискивающей улыбкой посмотрела на Цинь Чанъаня.
Тот притворился, что спит:
— Сказанного не воротишь.
Юй Цзяоцзяо хихикнула:
— Я не благородный муж, я всего лишь женщина.
Цинь Чанъань приоткрыл один глаз. Угроза в его взгляде была очевидной.
Юй Цзяоцзяо испуганно сглотнула и тут же сменила пластинку:
— Слово женщины — кремень! Сказала натурой... кхм-кхм, значит, натурой!
Цинь Чанъань удовлетворенно закрыл глаза, а улыбка на лице Юй Цзяоцзяо превратилась в гримасу боли.
«Конец. Знала бы, оставила бы немного серебра, а не отдавала всё матушке Сан».
«И что теперь? Сколько ночей мне придется отрабатывать эти тринадцать лян?»
Карета двигалась на север, проехала через оживленный центр столицы и достигла дворцовых ворот.
Вокруг ворот стояла стража. Увидев карету с иероглифом «Цинь», которой управлял сам Баньюэ — символ резиденции князя Цинь, никто из стражников не посмел их остановить. Пропустили сразу.
Проехав еще некоторое время по территории дворца, они добрались до внутренних покоев. Дальше даже карета Цинь Чанъаня проехать не могла. Юй Цзяоцзяо пришлось пересесть в паланкин.
Паланкин остановился у входа во внутренний дворец, дальше нужно было идти пешком.
После всех этих переездов прошел почти час, прежде чем Юй Цзяоцзяо наконец добралась до дворца Тайхэ, где проживала Вдовствующая Императрица.
Они выехали в начале часа Дракона, а когда прибыли, час Змеи уже подходил к концу.
Впервые встречаясь с самой почитаемой женщиной в гареме, даже в присутствии Цинь Чанъаня Юй Цзяоцзяо немного нервничала.
— Дочь подданного желает Вдовствующей Императрице безграничного счастья и спокойствия.
— Приветствую тётю-Императрицу.
Увидев Цинь Чанъаня, Вдовствующая Императрица тут же замахала ему рукой:
— Ань-эр, иди сюда, дай тёте на тебя посмотреть.
Цинь Чанъань подошел, и она взяла его за руку:
— Загорел. И зачем Император отправил тебя искать эту Траву Долголетия? Ветер, солнце... смотри, как ты почернел.
Цинь Чанъань легко улыбнулся:
— Тётя, я сам вызвался. Император лишь позволил мне проявить сыновнюю почтительность.
Вдовствующая Императрица с укоризной посмотрела на него:
— Ладно уж, всё защищаешь своего брата-Императора.
Сказав это, она перевела взгляд на Юй Цзяоцзяо, которая всё ещё стояла на коленях:
— Это и есть старшая дочь семьи Юй?
Юй Цзяоцзяо опустила глаза:
— Дочь подданного Юй Цзяоцзяо приветствует Вдовствующую Императрицу.
Вдовствующая Императрица хмыкнула и подняла руку:
— Подними голову, дай посмотреть.
Юй Цзяоцзяо подняла лицо, способное повергнуть в трепет всё живое.
Вдовствующая Императрица внимательно осмотрела её:
— Внешность неплохая, только слишком худая.
Еще бы не худая после трех лет аскезы в храме Наньань?
— Ань-эр сказал, что это ты нашла Траву Долголетия?
Юй Цзяоцзяо склонила голову, без зазрения совести присвоив заслугу:
— Дочери подданного просто повезло случайно наткнуться на Траву Долголетия. Но всё благодаря Его Высочеству князю Цинь, который проявил доблесть и достал траву с отвесной скалы.
Вдовствующая Императрица явно осталась довольна ответом:
— Хм, я помню, ты когда-то училась медицине у придворного лекаря?
Юй Цзяоцзяо снова опустила глаза:
— Отвечаю Вдовствующей Императрице. Дочь подданного действительно изучала искусство врачевания у лекаря Сюя и видела изображение Травы Долголетия в медицинских книгах. Но дочь подданного глупа и бесталанна, я лишь немного разбираюсь в медицине, не более. Обычно я люблю экспериментировать с мазями для красоты.
Цинь Чанъань молча наблюдал, как Юй Цзяоцзяо врет и не краснеет.
Она не разбирается в медицине? Но смогла с первого взгляда определить, что он заражен «Гу Бабочки»?
Она бесталанна? Но нашла способ подавить действие яда?
Она глупа? Но одной иглой мгновенно лишила человека жизни?
Вдовствующая Императрица подняла бровь и с интересом посмотрела на Юй Цзяоцзяо:
— О?
Юй Цзяоцзяо продолжила:
— Насколько известно дочери подданного, корень Травы Долголетия идет в лекарство, но и листья — вещь ценная. Нужно взять всего один лист, добавить горькую хризантему, осенний зимовик и немного весенних почек, чтобы получить отбеливающую мазь. Она делает кожу гладкой, как яйцо, а при длительном использовании разглаживает морщины и омолаживает лет на десять, не меньше.
Слова Юй Цзяоцзяо мгновенно покорили сердце Вдовствующей Императрицы.
Она сжала платок. Даже будучи на вершине власти, услышав про «омоложение на десять лет», она не смогла сдержать волнение:
— Это правда?
Юй Цзяоцзяо была сама почтительность:
— Перед лицом Вдовствующей Императрицы дочь подданного не смеет лгать.
Вдовствующая Императрица обрадовалась.
Корень Травы Долголетия пошел на лекарство, и ей было жаль выбрасывать листья. Кто бы мог подумать, что у них такое применение!
Мамушка Си, стоявшая рядом с Вдовствующей Императрицей, первой заметила перемену в настроении хозяйки и тут же вмешалась:
— Барышня Юй знает, какое наказание грозит за обман Вдовствующей Императрицы?
Юй Цзяоцзяо распростерлась на полу:
— Дочь подданного не смеет обманывать. Если Вдовствующая Императрица не верит, я могу приготовить мазь прямо сейчас, и вы сможете испытать её на ком угодно. Если обещанного эффекта не будет, дочь подданного готова принять любое наказание.
— Приготовление мази несложное. Если есть все ингредиенты, потребуется всего один час.
Один час?!
Вдовствующая Императрица выпрямилась:
— Раз ты так говоришь, давай попробуем. Если будет эффект, я щедро награжу тебя. Если нет — понесешь наказание.
Юй Цзяоцзяо лежала на полу, и никто не видел, как в её глазах пылает жажда власти:
— Дочь подданного повинуется.
Как и ожидалось, ни одна женщина не устоит перед искушением красоты.
Особенно стареющая Вдовствующая Императрица.
Сегодня, увидев её, она добьется своего.
Одного Цинь Чанъаня как покровителя недостаточно, чтобы справиться с Се Минем и семьей канцлера. Ей нужна власть.
Перед лицом абсолютной силы любые интриги — что попытка богомола остановить повозку.
Услышав уверенные слова Юй Цзяоцзяо, Цинь Чанъань нахмурился. Только сейчас он начал смутно осознавать, что, кажется, его снова использовали.
Вдовствующая Императрица уже не могла дождаться, когда увидит чудодейственную мазь:
— Встань.
— Мамушка Си.
— Рабыня слушает.
— Отведи её и подготовь все ингредиенты, которые она назовет.
— Слушаюсь.
— Барышня Юй, прошу.
Юй Цзяоцзяо последовала за мамушкой Си. Выйдя из ворот дворца Тайхэ, она разминулась с мужчиной, идущим навстречу. Знакомый запах, уникальный аромат благовоний, въевшийся в самую её суть, заставил Юй Цзяоцзяо инстинктивно вздрогнуть.
Третий принц! Се Минь!
Её муж из прошлой жизни, мучивший её три года!
Се Минь скользнул взглядом по Юй Цзяоцзяо, которая отшатнулась в сторону, словно от змеи.
Мамушка Си почтительно поклонилась:
— Старая рабыня приветствует третьего принца.
Но Се Минь смотрел прямо на Юй Цзяоцзяо:
— Подними голову.
Пальцы Юй Цзяоцзяо дрогнули. Она медленно подняла голову.
В момент, когда их взгляды встретились, ногти Юй Цзяоцзяо вонзились в ладонь до крови!
Обновлено: 19.02.2026