Лю Цзюньи больше не выдерживала. Однажды, дождавшись, когда Хун Боцзюнь уйдёт, она собрала вещи и уехала из города, где прожила столько лет.
С трудом ей удалось устроиться преподавателем английского в Университет Шуандань. Лю Цзюньи надеялась, что новые заботы и расстояние постепенно сотрут прошлое.
Но Хун Боцзюнь всё-таки разыскал её. Он снова принудил её к близости, сфотографировал произошедшее и потребовал денег, пригрозив распространить снимки.
Лю Цзюньи боялась огласки и могла потерять из-за этого работу. Поверив обещанию, что после выплаты он исчезнет, она отдала ему все сбережения.
Через несколько дней Хун Боцзюнь вернулся. Деньги он уже проиграл, поэтому сначала избил Лю Цзюньи, а потом заставил её занимать средства у знакомых, чтобы продолжать играть.
Сегодня он явился в пятый раз. У Лю Цзюньи больше не осталось денег, и это окончательно вывело его из себя.
Шум драки услышали Ли Чэнъюй и Су Юньмань.
— Учитель Лю, вы сами позволили этому зайти так далеко, — сказал Ли Чэнъюй. — После первого же визита нужно было вызвать полицию. А когда он нарушил обещание и вернулся, следовало остановить его. Нельзя раз за разом уступать человеку, который пользуется вашей слабостью.
Су Юньмань тоже нахмурилась. Она не понимала, как можно столько терпеть откровенного негодяя. На месте Лю Цзюньи она, даже не имея физического преимущества, дралась бы до конца.
Лю Цзюньи не стала оправдываться. Она лишь опустила голову и тихо заплакала. Сама она уже не могла сказать, в какой момент уступка за уступкой превратила её жизнь в ловушку.
Вскоре приехала полиция и увезла Хун Боцзюня. Ли Чэнъюй и Су Юньмань как свидетели отправились в участок и дали показания. Теперь Хун Боцзюню грозило наказание за изнасилование, вымогательство и угрозы.
Казалось, жизнь Лю Цзюньи наконец вернётся в нормальное русло. Но через несколько дней она пришла на занятия с измученным лицом, а затем внезапно уволилась и исчезла, никого не предупредив. Если бы в группе Ли Чэнъюя не сменился преподаватель английского, он даже не узнал бы об её уходе.
— Хм, — Ли Чэнъюй поднял брови и не стал больше думать о человеке, который лишь ненадолго пересёк его путь.
В середине декабря мистер Джон из «Голдман Сакс» приехал в Китай вместе с несколькими сотрудниками. В офисе Ли Чэнъюя они завершили передачу очередного пакета акций.
С прошлого визита Джона прошёл всего месяц, но стоимость новых активов достигла 65,3 миллиарда долларов. Акции восемнадцати компаний, включая «Теслу», «Нвидиа» и одного известного производителя микросхем, оценивались в 4,1 миллиарда. Ещё 61,2 миллиарда приходились на «Эппл».
— Мистер Джон, «Голдман Сакс» не зря считают крупнейшим инвестиционным банком, — с улыбкой сказал Ли Чэнъюй. — Вы сумели собрать для меня 7,32 процента акций «Эппл» за такой короткий срок. У компании десятилетняя история, а её акции распределены между множеством владельцев. Ваша эффективность впечатляет.
— Владельцы решили, что цена достигла вершины, — объяснил Джон. — После прошлой встречи я через нашу сеть сообщил, что готов покупать бумаги с премией. Акционеры сами начали обращаться ко мне, так что эта часть работы оказалась проще, чем ожидалось.
— Кстати, за «Теслу», «Нвидиа» и остальные компании вы платите прежнюю надбавку в тридцать процентов. Для «Эппл» достаточно десяти. Продавцам мы обещали только пять процентов.
— Благодарю за профессионализм. Приступим к расчёту.
После оформления сделки пакет «Эппл» перевели на имя Ли Чэнъюя. Он сразу открыл мобильный банк и начал перечислять деньги на счёт «Голдман Сакс».
В прошлый раз рыночная стоимость его американских активов составляла 101 миллиард долларов. За месяц непрерывного роста она достигла 178,5 миллиарда. Ли Чэнъюй без колебаний перевёл 72,65 миллиарда и оставил себе ещё 105,8 миллиарда долларов.
— Мистер Ли, рад нашему сотрудничеству, — сказал Джон и связался с финансовым отделом.
Только после подтверждения платежа он позволил себе вздохнуть свободнее. Покупка такого количества акций «Эппл» была рискованной. И рынок, и сама группа «Голдман Сакс» считали, что бумаги достигли пика. Если бы Ли Чэнъюй не смог расплатиться или цена резко упала, банк понёс бы огромные убытки. Даже внесённые ранее десять миллиардов долларов наличными могли не покрыть такой провал.
Обновлено: 07.08.2026