Слова Линь Хоуъюаня заставили лица молодых практиков немного посветлеть.
Раз в долине обитали сразу два вожака на поздней стадии, значит, духовная жила здесь была вовсе не средней ступени второго ранга, как думал Шимин, а как минимум высшей.
А в таком месте наверняка скрывалось немало ценного помимо персиков и вина.
Позволение оставить трофеи себе не могло не радовать.
Шимин собрался с Шицзе и остальными братьями. Посовещавшись, они решили разойтись и прочесать долину поодиночке.
Место было не слишком большим, но и маленьким его не назовешь.
Перед тем как разойтись, Шицзе и другие признали, что недооценивали Искусство Лазурного Дерева. Их взгляд на эту «пенсионную» технику в корне изменился.
— В мире нет слабых техник. Если кажется иначе – значит, сам практик не умеет ими пользоваться, — слова Шимина заставили братьев крепко задуматься.
И в самом деле: нет «самой сильной» магии.
Есть только та, что подходит тебе. Если заставить того же Шицзе практиковать медленное и тягучее Искусство Лазурного Дерева, это вошло бы в противоречие с его пылким сердцем Дао. Он никогда не достиг бы восьмого уровня к двадцати пяти годам так легко и естественно.
Поколение Хоу тоже разбрелось по долине. Линь Хоувэй рванул вглубь первым – хоть вино и полагалось сдавать клану, «попробовать» капельку-другую ему никто не запретит.
Шимин попрощался с Шици и пошел своим путем.
Стоило ему углубиться в заросли, как перед глазами всплыло сообщение:
Подсказка: «Иди на север к теплой пещере. Там ты найдешь детеныша обезьяны с огромным потенциалом!»
Шимин внутренне возликовал. Снова детеныш, да ещё и многообещающий!
Он невольно вспомнил тех двух красноволосых вожаков. Вероятность того, что это их приплод, была крайне высока.
Подавив волнение, он с удвоенным азартом принялся за поиски. Такой зверь мог оказаться ценнее всех прочих находок.
Он летел на мече, лавируя между персиковыми деревьями.
Примерно через четверть часа Шимин остановился у отвесной скалы.
Стена высотой в тридцать чжанов была сплошь усыпана острыми выступами и нагромождениями камней – место дикое и неприступное.
Посреди утеса виднелся зев пещеры около трех метров в высоту.
«Похоже, это оно», – Шимин просканировал вход божественным восприятием. Внутри никого из сородичей не было.
Он направил меч вверх и влетел прямо в грот.
Вход располагался высоко – видимо, чтобы другие звери не могли забраться внутрь.
Для прыгучих красноволосых обезьян такая высота была сущим пустяком.
Внутри оказалось на удивление просторно. В проходе могли бы свободно идти в ряд пять человек. Стены были ровными, словно обтесанными мечом или топором.
Шимин заинтересовался еще больше: похоже, когда-то здесь обитал человек.
В конце туннеля открывался зал размером в десяток чжанов. Судя по всему, здесь и жил вожак.
Едва переступив порог, Шимин почувствовал, как его обдало волной чистейшей духовной энергии.
Он невольно сделал вдох, и Искусство Лазурного Дерева само пришло в движение, перерабатывая ци. Всего один вдох заставил энергию в каналах течь на пятую часть быстрее.
«Какая чистота! Неужели источник жилы находится именно здесь?», – Шимин едва сдерживал восторг.
Осмотревшись, он заметил, что зал почти пуст. Лишь у центральной стены, в небольшом углублении около трех метров шириной, стоял бассейн, над которым поднимался легкий белый пар. Духовный пруд!
Сердце Шимина забилось чаще. Стало ясно: это и есть средоточие жилы высшей ступени второго ранга.
Здесь энергия была настолько плотной, что начала конденсироваться в жидкость.
Нечто подобное было на Горе Клыкастого Дерева – Пруд Лазурного Лотоса. Но тот питался от жилы третьего ранга и был куда больше. Впрочем, и этот пруд был несметным сокровищем. Узнай о нем какой-нибудь мелкий клан, они бы рискнули всем, чтобы его захватить. На рынке такой ресурс стоил бы больше десяти тысяч духовных камней.
Хотя подобные вещи почти никогда не выставляют на продажу.
— У-у! — Раздался слабый писк.
В углу Шимин обнаружил нечто вроде гнезда из трав. В нем копошился рыжий комочек размером с человеческого младенца.
Этот звук был ему знаком – Золотокрылый Богомол пищал так же жалобно и требовательно, когда хотел есть.
«И правда, обезьяний детеныш!», – Шимин подошел ближе. Малыш был точной копией вожака, только уменьшенной в десятки раз.
Увидев человека, обезьянка на миг замерла. Затем её мордочка исказилась, она оскалила крохотные молочные зубки и начала грозно размахивать лапками.
В глазах Шимина эта «свирепость» выглядела умилительно.
Он с интересом понаблюдал за ней, а затем, как и в случае с богомолом, достал нефритовый флакон и налил в чашу немного духовной воды.
Малыш продолжал скалиться и злобно ворчать, явно не доверяя угощению, хотя сам уже вплотную прижался к стене – отступать было некуда.
Понимая, что уговорами дело не решится, Шимин применил технику деревянных оков, обездвижив кроху. Затем, стиснув зубы, он выдавил каплю собственной эссенции крови.
Она упала в чашу с водой. Шимин начал плести печати, и духовная энергия в воде закружилась, формируя особый узор.
Это был духовный контракт – простейший способ установления связи «хозяин-слуга».
Правда, работал он только на детенышах. У взрослых и сильных зверей сознание уже сформировано, и подчинить их без подавляющего превосходства в силе невозможно.
С Золотокрылым Богомолом у Шимина был такой же контракт.
Напоив обезьянку заговоренной водой, он увидел, как та крепко уснула, и убрал её в мешок для духовных зверей.
Теперь у него было два питомца с огромным потенциалом. Шимин одновременно чувствовал и гордость, и тяжкое бремя ответственности.
«Ещё один рот, который нужно кормить!»
Он осмотрел гнездо. Трава, из которой оно было свито, оказалась не простой – она буквально сочилась энергией. Ценный ресурс.
Шимин не стал скромничать и забрал её всю. Пригодится либо для дела, либо для того же малыша.
Закончив с «постелью», он перевел взгляд на самое важное. Нужно было добывать средства, иначе с двумя такими едоками он скоро пойдет по миру.
Достав пустой флакон, Шимин зачерпнул из пруда добрых двести цзиней духовной воды. Когда уровень жидкости в бассейне заметно просел, он остановился.
Пруд принадлежал клану, и Шимин знал, что жилы можно перевозить и пересаживать, хотя и не был уверен, хватит ли у его семьи мастерства для такого подвига.
В любом случае, двести цзиней воды – это уже три тысячи духовных камней, если продавать в розницу. Для него это было целое состояние.
Шимин уже собирался уходить, довольный добычей, как вдруг мешок на его поясе задергался. Золотокрылый Богомол отчаянно застрекотал, просясь наружу.
«Неужели здесь есть что-то ещё?»
Обновлено: 02.02.2026