Том 2 Глава 11 — Глава 2.

Глава 2. Прибытие "Четверки" на север, по расписанию.    Я закрыл окно. - Сказал ли ты, что хотел? - спросила проводник. - Скажу при следующей встрече. - Да, так будет лучше, - мягко улыбнулась проводник и, взяв в руки микрофон, нажала на кнопку. “Ди-и-ин, ди-и-ин, дон”, - в салоне раздалась уникальная для Blue Train мелодия. Я поклонился и тихо вышел из купе.   - Благодарю за ожидание. Вы на борту поезда “Хокутосей 3”, отбывший в 19:03 со станции Уено и направляющийся в Саппоро. Ответственный за рейс - Ямада из Сендайского бюро железнодорожного управления “Японских национальных железных дорог”. Теперь информация о путевых станциях и времени прибытия. Омия – 19:28, Уцуномия – 20:27, Корияма – 21:52, Фукусима – 22:27, Сендай – 23:27. После Сендая выйдем к Хакодате. Станция Хакодате – 6:34, Мори – 7:26, Якумо – 8:05, Осяманбе – 8:29, Тоя – 8:59, Датемонбецу – 9:11, Хигасимуроран – 9:32, Ноборибецу – 9:48, Томакомай – 10:19, Читосе – 10:41 и конечная станция Саппоро – в 11:15.   Слушая эту длинное сообщение, я понимал, что путь будет длинным. В окне я видел “Keihin Tohoku” 205-й серии, шедший по паралелльной линии; именно на нем я всегда ездил на работу и возвращался домой. Все-таки много людей стремится домой, поэтому поезд был забит пассажирами. Еще утром я ехал на нем к Токийской станции... а теперь на “Хокутосее” обеспечиваю безопасность принца. Я чувствовал, что моя прежняя школьная жизнь и нынешний я быстро расходились, как эти два поезда.   Я вернулся в десятый вагон. - Все-таки Аой не успела? - с беспокоством сказала Коми. Тихо кивнул. В коридоре стоял и Бернина. - Наото, не обязательно столько много народа; все будет в порядке. Ты, Харука и… эмм… - он не знал имени Иваидзуми. Кроме того, именную табличку скрывал бронежилет. - I'm Iwaidzumi, - с жаром представился тот. «Да что ты говоришь? Вероятно, страна Бернины не из англоязычных, так что нечего на аглийском пытаться говорить. Вообще есть много таких нюансов, в которые лучше не лезть...» Но Бернина только улыбнулся, совершенно не обращая внимания: - Иваидзуми, значит, - говорил он. - И нас хватит. Кажется, Бернина пытался подбодрить меня. «Да что я творю?! Заставляю клиента беспокоится о себе?!» Я встряхнулся и покачал головой. - Не волнуйся. Мы справимся. - Угу, рассчитываю на вас, - нежно улыбнулся Бернина. Иваидзуми потряс большой чемодан, неизвестно чем забитый. Не понять, тяжелый ли он или легкий. - Для начала занесем багаж в комнату. Как разместимся? - Если не мудрить, то 4-ю на втором этаже отдать Коми, а ты и я — в 5-й на первом… - Хм, - Иваидзуми скрестил руки на груди, - распределение комнат — это трудновато, да… - С чего это еше?! Чего трудного выделить комнату для девушек и комнату для парней? - А что с охраной Бернины тогда? - и после краткого молчания Иваидзуми сам же и ответил: - Как насчет караула у дверей комнаты? - Хаа… - в последнее время я очень часто вздыхал. - Гляди, перед комнатой караулит сотрудник общественной безопасности. Что ты подумаешь? - Наверное, что там какой-то важный человек. - Именно. Если же еще и фанаты Бернины узнают, знаешь, какая суета поднимется. Так что лучше оставить это в тайне, согласен? Иваидзуми вроде бы подумал, а после кивнул. - Вот как… ну да. - Тем более, сложно так стоять, когда поезд трясет на ходу. Да и, допустим, если кто-то нацелится на Бернину, то первым под ударом окажется этот самый охранник. - Как и ожидалось, Такаяма, а ты продуманный… Ну и? Что делать? «Ты ж ведь ни капли не думал?» - Бернина, конечно, прошу прощения, но кто-нибудь один должен быть в твоей комнате. - Наедине с парнем?! - покраснела Коми. - Я не против, - без особых раздумий ответил принц. Верно, привык к такому отношению. Он взглянул на Коми и утвердительно покачал головой. - Коми, располагайся в 4-й. Когда девушка открыла дверь, выглядела она, словно смирилась с чем-то. В комнате виднелась лестница, кровати по обе стороны, секция для чемодана.   Так-с, и кто же станет нести караул: я или Иваидзуми, было подумал я, но... «А? Эй, куда!» - Что ж, замкомандира. Охраняй принца как следует. Если что я в комнате, - сказал Иваидзуми и исчез в 5-м номере. Зная, как он постоянно спит за столом в служебной комнате, я сомневался, что Иваидзуми быстро придет на помощь. - Тогда я отнесу свой багаж и сразу приду к тебе, - сказал я. - Что ж, жду тебя, Наото, - говорил Бернина, глядя снизу вверх. И, помахав рукой, зашел в комнату.   «Все ж он такой милаха...» Отчего-то мое сердце забилось чаще от мысли, что я буду наедине с Берниной. Неужели у меня «эти» наклонности?   Ужин, кажется, заказывали еще при покупке билетов на «Хокутосей», и потому выходило пять полных наборов на четверых людей. Разумеется, делить часть Сакураи я и Бернина не собирались. Время ужина назначено на 19:45. Мы с Иваидзуми разместились в 5-м номере на первом этаже. Внутри имелся узкий коридор, а по обе стороны стояли кровати. Высота номера была по мне идеальной, но для Иваидзуми едва ли… В миллиметре от удара головой о потолок, Иваидзуми наклонился к сумке и начал что-то вытаскивать. - Что ты делаешь? - Готовлю снаряжение, - ответил он. Иваидзуми был весьма хорош в ближнем бою, а оружием служила полицейская дубинка. Она и у меня имелась, но почему-то отличалась по форме. - Эта телескопическая дубинка ведь отличается от моей, да? - А, это? Парень ухмыльнулся и крепче схватился за рукоятку, и затем резко взмахнул. За пару взмахов дубинка значительно удлинилась. - Э-эй, опасно же! - Все в порядке. Это тело на уровне рефлексов владеет «Амаямой Гиити — Истина». - Что это еще? Ты так полицейскую дубинку назвал? Я был испуган, а Иваидзуми только вздохнул: - Ничего ты не знаешь, Такаяма. Амаяма Гиити — это мастер мечей... «Мне-то откуда знать?! Что это еще за супер-знаменитость?!» - Господин Амаяма Гиити, конечно, не изготавливал таких вещей, но за двадцать лет он создал эту единственную «Истину Амаямы Гиити», - сказал Иваидзуми и значительно оглядел дубинку. - А что случилось с той, которую выдали при назначении? - спросил я. Иваидзуми хмыкнул: - Да погнулась, во время драки в Омии. Я поговорил с отцом и он мне эту одолжил. - Чего?! Твоего отца?! - Да не, ничего такого. Просто старое хобби. «Нет, ты очевидно что-то упустил о своем отце…» В этот момент я заметил оранжевый Т-образный предмет рядом с Иваидзуми. - В нашем снаряжение разве и такое есть? - Нет, это мое, личное. - Снова личное, значит… - Этот молот специально изготовили в Италии. Знаешь же, в окнах вагонов используют закаленное стекло, которое просто так не разбить. А с этим — легко. - И куда ты бежать собрался? - Такаяма. Надо быть готовым ко всему, ибо никогда не знаешь, что произойдет. «Кто же одаряет этого парня подобной мудрости?» - В какой это ситуации надо выбивать стекла вагона? - Эмм… «Видишь? Нет такой вероятности?» Иваидзуми думал, но вскоре воскликнул: - Впереди нас ждет тоннель Сейкан, не так ли? - Так, но что с того? - Допустим, поезд совершил вынужденную остановку посреди тоннеля. В это время началось аномальное наводнение, и поезд стало затапливать. И как раз-таки бежим через окно… - Именно этого делать и не стоит! Выйдешь наружу, точно утонешь! - Но ведь всякое может произойти, ага? - Иваидзуми оставался чрезвычайно серьезен. «Ладно», - сдался я и поднялся. - Я к Бернине. Скоро ужин, так что прибери все это и подходи. - Так точно! «О чем он вообще думает?» Выйдя из комнаты, я заметил проводницу Ямаду, которая недавно помогла мне. Сейчас она как раз проверяла билеты. Возможно, стоит сообщить ей о Бернине… Я направился к тамбуру между десятым и одиннадцатым вагонами, где находилась Ямада. После моего рассказа женщина от удивления воскликнула. - Это тот принц, которого по телевизору показывали?! Как и ожидалось, о принце знали повсюду. Подняв указательный палец, я шикнул. - Да, поэтому… старайтесь никому не говорить. Не хотелось бы иметь дело с толпой фанатов… - Поняла. Эх, дома узнают, обзавидуются, - радостно улыбнулась Ямада. «Вроде… Сакураи сказала, что ей показалась неоднозначной история с поломкой лифта...» - Госпожа Ямада, а ничего странного в поезде не происходило? - Странного? Да вроде нет… - Ну, верно. - Кстати! - вдруг вспомнила Ямада и с улыбкой произнесла: - Было тут одно хулиганство. - Что именно? - Вот это в стене салона нашли, - проводница развернула мятую бумажку и показала мне. «В этом поезде кто-то умрет» - было написано там. - Да это, да это же угроза убийства! - Ахаха, такое часто встречается, ничего ужасного. - Правда? - Как бы сказать. Рейс на таком типе поезда — это всегда волнительное путешествие. Ощущаешь себя главным героем какой-нибудь драмы, не правда ли? Некоторые пассажиры думают, что станут жертвой драматического убийства, а группе студентов только острые ощущения и подавай. Так что бывает. Я не совсем понял подобного настроя, но… - Не стоит ли провести расследование? - Пусть ты так и говоришь, но у нас 300 пассажиров, а обыскивать комнаты из-за одной бумажки… По большей части, ничего и не находится, - спокойно ответила Ямада, видимо, имеющий большой опыт в работе проводником. - Так вот оно что. - Да, так что не волнуйся. Работа тяжелая у вас, но постарайтесь насладиться поездке на нашем «Хокутосей». Что ж, мне пора, - проводница немного поклонилась и вышла в коридор. Следом из тамбура последовал и я. «Что это?» Я заметил, что у комнаты Бернины стоял мужчина в черных очках. Я приближался, но он вскоре скрылся в 1-м номере. Мне показалось, что тот мужчина специально поджидал там, что-то изучая; я проверил электронную почту, писем из Службы безопасности или от Сакураи не приходило. Если говорить о работе, то пусть мы и являлись сотрудниками Службы железнодорожной безопасности, но мы еще студенты; которых к тому же вместо четырех осталось три. «Надеюсь, ничего не произойдет...» Я постучал в дверь. - Бернина! - крикнул я, но все равно не получил ответа. В этот момент в моей голове мгновенно смешались все таинственные происшествия: мужчина в черных очках, поломка лифта, записка с угрозой убийства! «Неужели...?!» Я налег на ручку; дверь оказалась не заперта, и с щелчком отворилась. «В самом деле, это опасно!» Я быстро ворвался внутрь. В комнате висел сумрак. Свет был отключен, а занавески плотно задернуты. Вскоре поезд сбавил скорость, и по инерции дверь захлопнулась. Теперь я лишился и света, идущего из коридора, - и оказался в полной темноте. «Где же Бернина?.. Неужели его похитили?!» Так, вроде с левой стороны была диван-кровать, по центру — проход. А выключатель — у окна? Взволнованный за судьбу Бернину, я поспешил вперед, не дав глазам свыкнуться с темнотой. Отчего почти сразу же, со всего размаху, ударился ногой о какую-то перегородку. - А-ай! Я потерял баланс — и повалился на диван. Под разостланным одеялом я четко ощутил чье-то мягкое тело. - Ах?! - раздался незнакомый мне женский голос. «Женщина? Кто это? Неужто преступница, напавшая на Бернину?!!» - решил я. Просто никаких иных путей появится ей здесь не было. Удерживая края одеяла, я навалился всем весом, чтобы преступница не выскользнула. Она начала дергаться из стороны в сторону, то вправо, то влево. Не знаю, была ли она лицом ко мне, или спиной, поскольку та была под одеялом. - Спокойно! - сказал я. Даже в такой ситуации я хотел уладить все мирным способом. Преступница на мгновение дернулась, но тут же расслабилась и успокоилась. «Вот и хорошо», - обрадовался я. Будь Иваидзуми здесь, то он мог бы и в бой вступить, но я, хотя и обладал необходимой подготовкой, не был так уверен в себе. - Я не причиню тебе боли. По движениям головы я так понял, что преступница кивнула. Я еле различал силуэт, но очевидно, что она лежала на боку, придерживая руками одеяло. «Ах да. Надо для начала свет включить...» Я потянулся к выключателю и щелкнул. В это же время дверь отворилась и в комнату вошли Коми с Иваидзуми. Обернувшись, я увидел, что стояли они, прикрыв рот. Верно, удивлены… Ну, правильно, я же ведь задержал преступницу. - Такаяма, ты… - начал Иваидзуми. - Что ты творишь, Такаяма? - продолжила Коми. «Э?! Это еще что за реакция?» Мне показалось, что это на меня смотрели, как на преступника… - Уаа?!! Бернина?!! - я мгновенно спрыгнул с дивана.     На диване лежал Бернина, с растрепанными волосами и одеждой. Он приподнялся. - Прости! - воскликнул я. - Я думал, это преступница, напавшая на тебя! - А, нет, ничего. От неожиданности я сам перепугался… К Бернине подошла Коми: - Ваше Высочество, Вы в порядке? - Да, все хорошо. - Такаяма, объяснись? - поднявшись, спросила Коми. Почесывая голову, я принялся объяснять: - Понимаете, ну, это… Сакураи же говорила, что поломка лифта вроде и случайная, а вроде и нет… Потом проводница показала записку об угрозе убийства… Затем мужчина в черных очках и Бернина не отвечал… - теперь, выслушивая свое же объяснение и понимая всю несуразность, я густо краснел, а голова склонялась ниже и ниже. - Ахаха, это еще что, Такаяма? - Хахаха, Наото, ты как те мальчишки с их фантазиями! - Коми и Бернина громко захохотали надо мной. - Замкомандира, держи себя в руках, - с пораженным видом произнес Иваидзуми. - Ребят, простите, - поклонился я. Приводя в порядок волосы и одежду, Бернина поднялся с дивана. В то же время он поведал, что за время всех рабочих встреч он так так устал, что стоило добраться до дивана, как его сразу начало клонить ко сну. Он укрылся одеялом и заснул. И проснулся он только тогда, когда я упал на него. В общем говоря, я был одним из тех, кто грезит стать главным героем какой-нибудь драмы. Если так подумать, то во время путешествий никого ведь не похищали. - Наото, я конечно рад, что ты так беспокоишься обо мне, но переусердствовать не надо. - Угу, я слишком много думал… - Но это так похоже на Такаяму, - сказала Коми, вытирая слезы, выступившие от сильного смеха. - Я проголодался, идемте есть. - Иваидзуми, будь человеком, хоть немного. Бернина засмеялся и поднял руку: - Я «за»! От этих физических упражнений я и сам проголодался. «Правда, мне очень жаль, Бернина!» И затем мы направились к столовой. В руководстве компании не особо заботились о прибыльности рейса, но, тем не менее, количество вагонов-ресторанов сократили. Если, к примеру, в билет всех пассажиров могли включить тариф за перевозку, то в вагоне-ресторане плату вносили только те, кто поел, отчего в целом содержание такого вагона являлось не выгодным. В давности время в пути было настолько долгим, что пассажирам приходилось есть именно в вагонах-ресторанах. Но со строительством синкансена время поездки резко сократилось, как и сократилось количество людей в поездах и на вокзалах. Однако «Хокутосей» был спальным экспрессом, пассажиры которого желали неспешного путешествия, следовательно, никак не обойтись и без вагона-ресторана. Кажется, только этот вагон пах новизной. Вагон-ресторан, кое-как пережив угрозу своего существования, совершенно не нес в себе двоякого духа Сёвы. Пройдя из девятого в восьмой вагон, мы миновали массивную дверь с золотистой табличкой «Хокутосей». Внутри вагона-ресторана обнаружили пять столиков на двоих по одну сторону и пять столиков на четверых — по другую. Удивительно роскошный интерьер. На полу ярко-красный ковер, а на столах — белые скатерти; свет настольных ламп создавал особенную атмосферу «взрослости». Если это не уровень высококлассного французского ресторана, то я не знаю. «Да, обычный вагон-ресторан, чего там», - думал я, поэтому так и пришел в униформе сотрудника безопасности, и я явно был ни к месту. До назначенного времени ужина еще оставалось время, но некоторые пассажиры уже ели. Было много семейных и пожилых пар, бросалось в глаза, что они хорошо ладили, но никак не походили на шпионов; сидел здесь и мужчина с красивой женщиной, которая явно не была ему ни дочерью, ни женой. Нас сразу заметили официантки, стоявшие в глубине салона; одна из них поспешила к нам и легко поклонилась: - Д-добро пожаловать. Я так полагаю, господин Такаяма? «Видно, новенькая», - в девушке ощущалась какая-то невинность. Дизайн униформы в вагоне-ресторане не спешил за трендами и походил на форму горничной. Поверх черного платья был туго повязан оборчатый белый фартук, а на голове — повязка. - Пожалуйста, сюда, - резко обернулась официантка и провела к единственно не занятому месту. И после того, как удостоверилась, что мы сели, скрылась на кухню. Мы разместились за столиком на четверых. Рядом с Берниной сел Иваидзуми, Коми — у окна, а я — у прохода. Кстати говоря, один набор на человека стоил восемь тысяч йен. Это ж сколько обедов-то? Притом роскошных. Это был день, когда Бог решил вознаградить меня за тяготы дня предыдущего, когда я чуть не помер. Сначала закуски, потом рыбные и мясные блюда и, наконец, десерт. Все шло в той прежней «взрослой» атмосфере, но которую в один момент порушил мужчина, похожий на льва. Впрочем, вечер все равно прошел весьма необычным. Слышал, что на ужин сотрудникам безопасности давали стандартный, тот, что продается на станциях. Но в этот раз ужин был особенным, поскольку сопровождали мы Бернину. И все же, несмотря на то, что мы работали в Силах железнодорожной безопасности, а Бернина — принц, разговоры за ужином шли об учебе, мечтах и тому подобное. Конец ужина пришелся на короткую остановку в Уцуномии. - Уцуномия… Значит, 20:20 на часах. Не было никаких сомнений, что слова Коми верны. - Не продаются ли и на станции? - произнес Иваидзуми, глядя в окно. - Что хотел купить? - Уцуномия же, значит, гёдза. Очевидно же? «Ничего очевидного!» - Ты не наелся еще? - Эх, три порции бы… «Куда делось то, что ты сейчас ел?!» - Ты ж больше всех и ел, даже добавки хлеба просил… - Эмм, чувствую, что желудок не принимает таких изысканной пищи. «Когда ел, казалось иначе».   С нашего места с Коми виднелась кухня, но перед ней стояли три официантки, дожидаясь заказа. Вагон-ресторан уже пустел, так что времени у них прибавилось. Когда я взглянул на этих официанток, одна — та, которая встретила нас — неожиданно мне подмигнула. «Ч-чего?!» Ни разу не принимавший подобных знаков внимания я естественно замешкался, не зная, что делать. Однако, заметил этот жест не только я. - Такаяма, а отчего эта девушка тебе подмигнула? - спросила Коми. - Э?! М… мне-то откуда знать! - Ты что-то сделал ей? - Нет, нет! Ничего, ничего я не делал! - мне, обычному старшекласснику, в жизни бы не хватило смелости подмигнуть официантке. Завидев, как мы расшумелись, официантки тихо захихикали, а ту, что подмигнула, стали подталкивать в нашу сторону. - Ну, разве, что немного… - кивнула она и подошла ко мне. - Такаяма! - Д-да! - молниеносно ответил я на обращение, свойственное знакомым. «П-почему эта девушка так ко мне обращается?» - подумал я. Впервые я тщательно вгляделся в лицо официантки.   «Аа! Мари, Сассё Мари!»   Мари и я учились в одной железнодорожной школе Кирю, в одном классе; тогда ее более знали, как Торитецу («Железная птица»). Но сейчас — с иной прической и не в школьной форме она была неузнаваема. - Почему ты здесь, Сассё? - От того, почему ты здесь. - Так и ты по программе OJT? - Верно. Помнится, я раньше и говорила, что пойду работать проводницей. И Сассё улыбнулась привычной нежной улыбкой. - Да, такое слышал, но я вовсе не ожидал, что увижу тебя в вагоне-ресторане «Хокутосея»! - встретившись после долгой разлуки, с одноклассницей, которая так тепло к тебе относилась, я забылся в некоторой эйфории. - Девушку зовут Сассё Мари. Мы учились в одном классе, - представил я ее остальным. - Вот как. Ну раз одноклассница, то ладно, - сказала Коми, с чувством довольного снисхождения. - Такаяма, я сейчас на работе… - Удачи с OJT! - И тебе того же, - еще раз подмигнула Мари и ушла. После завершения ужина вагон-ресторан переходил в режим паба. До десяти вечера можно было заказать выпивку или слегка перекусить. Мы покинули его и отправились к десятому вагону. Я и Коми шли впереди Бернины и Иваидзуми. - Вроде нет ничего странного, а? - Да как обычно. Хотя нас и назначили сопровождать Бернину, но, по сути, мы просто путешествуем, - Коми обернулась к принцу: - Бернина, на тебя ведь ни разу не совершали покушений, не так ли? - Угу, ни разу. Правда, в Японии меня чуть не похитила какая-то женщина… «Похоже, что правда было...» Он улыбнулся. - Что ж, Такаяма. Позаботься о Бернине, - сказала Коми и скрылась в номере. - Такаяма. Случится что, звони на мобильник. Будет драка, я мигом примчусь. «Да не будет!» И Иваидзуми скрылся из виду. - Тогда… войдем. - А, да. Отчего-то разговор вышел неуклюжим, запинающимся.   В первоклассном номере потолки были высокие, так что можно стоять во весь рост, не сгибая колен. «Но почему же?» - подумаете вы, - «почему в номерах этого поезда такие низкие потолки, что не раз и головой ударишься?» Да потому, что поезд был двухэтажным, и одним из следствий этого являлись низкие потолки. Бернина сел на диван-кровать, а я в кресло рядом с ним. - Наото, но ты не сможешь так спать? - Типа того. Но я на дежурстве, отчего мне и не положено крепко спать. Так что в самый раз. - Но здесь ведь еще кровать есть, потому и вдвоем можно спать как следует, не так ли? - с заботой произнес Бернина. - Спасибо, обо мне не волнуйся. Та самая кровать, о которой говорил Бернина, находилась под диваном; при извлечении она примыкала к нему и получалась двухспальная кровать, где и спали рядом друг с другом… «Но не соглашаться же мне?» - Вот как. Ну, Наото профессионал ведь. - Ах нет, только стажер. - Стажер? К чему это? - с удивлением спросил Бернина. - Чтобы устроится в «Японские национальные железные дороги». - Ради работы в компании проходить такую службу? Почему ты так хочешь туда попасть? - Чтобы жить стабильной жизнью. - Хее… Наото, а ты забавный. - Думаешь? Просто выражаясь, я хочу пройти жизнь без всяких, всяких происшествий. В ночи синий поезд бежал по линии Тохоку на север. За окном, во мраке, виднелись огни далекого-далекого города. В этом краю имелось много убыточных железнодорожных линий, но сопротивление местной власти и законодателей удерживало их от закрытия. На днях председатель компании («Японские национальные железные дороги») даже удостоился аплодисментов в парламенте, заявив, что прибыль от синкансена покроет дефицит линий местных. Основная часть пути Тохоку устарела, и потому имела множество дуг и кривых.   Вскоре мы миновали и станцию Корияма. На часах 21:53. Разумеется, ничего не произошло из ряда вон выходящее. Как и говорила Коми, эта поездка походила на обыкновенное путешествие. А что же — иные двое давно бы спали? Вот только в номере класса «ройял» был и душ. Запас воды, конечно, ограничен, но в первоклассном, лучшем номере «Хокутосея» принять душ — да запросто. Бернина покопался в сумке и вытащил вещи и смартфон. - Я в душ, - сказал он. - А, да, приятного. Открыв складывающуюся пополам дверь и войдя в кабинку, он наполовину выглянул: - Смотри, не подглядывай. - В самом деле, я — журавль, что ли? «Чего?» - говорил его взгляд. - Да это знаменитая японская фантазия. - Журавль заходит в душ? Я пожалел о своих словах. - Эмм… как примешь душ, так и расскажу эту историю. - Понял. Сжав в руке дорогой на вид смартфон, Бернина закрыл дверь. Судя по тому, что он не боялся взять телефон с собой в душ, видимо, водонепроницаемый. А эта эмблема с I и &, это же Prevision вроде? Сразу послышался звук душа, словно рассыпающихся капель дождя. Отчего-то я почувствовал неуютно, руки пустыми. Поскольку я на работе, то мангу или какую-нибудь игру не брал. «Ах, да». Я вытащил из кармана телефон. Может быть, уже по привычке, но я кинулся смотреть новости. Местные: «Взрыв бомбы во время саммита Тояко». «Премьер-министр снижает акциз на 10 процентов». И тому подобные новости мелькали в ряд. «И сегодня ничего особенного...» Обычно я не увлекался иностранной повесткой, но в этот раз, видимо, сыграло присутствие Бернины. Я открыл новостную ленту о событиях за границей. «Что же это?» «Серьезное ДТП в Атере! А в той машине находились четыре члена королевской семьи?! Об их состоянии пока нет достоверной информации». «Это же Бернины...» Я поискал информацию более подробную, но на новостных сайтах так и не смог найти: ведь Атера была весьма маленькой страной. «Да что я могу...» Закрывая сайт, я вдруг услышал два громких удара. Первый, будто упали на стенку душевой, а второй — от падения предметов. Как ни думай, но это ненормально! - Бернина! Ты в порядке?! - припал я к двери. - А… да… - слышался тихий, слабый голос. Я ударил в дверь сильнее, чем прежде. Тук, тук, тук, - бешено стучало сердце. - Ответь же. Ты в порядке? - но в этот раз вообще никакого ответа. Ни во время учебы, ни в руководстве таких ситуаций не было, и я не знал, как реагировать. Неужели нет кого-то иного на роль героя в этой драме?! «Что же, что делать?» - Бернина, я вхожу!» - громко сказал я, но ответа нет. Пусть он и просил меня, не заглядывать, пусть произошел тот стыдливый случай до ужина, но мной действовала интуиция. Я надавил, но дверь оказалась запертой изнутри. Отойдя чуть назад, я взял разбег и ударил дверь плечом. «Ой, больно-таки». Раздался щелчок и она подалась. В комнату повалил пар. Я вошел в душевую, но из-за белого густого пара видимость затруднена. Обмахиваясь, я огляделся. Бернина сидел на полу, прислонившись к стене, как усталый путник после долгой дороги. - Бернина! Увидев, что он открыл глаза на мой зов, я, по крайней мере, знал, что Бернина в сознании. Но то, что он мне никак не отвечал, несомненно, плохой знак. - Держись! - промокая под душем, я похлопал Бернину по лицу. - У, угу… - смог он только ответить. «Так, для начала надо перенести его в кровать!» Обхватив спину и ноги, я рывком поднял Бернину на руки. «Ярко!» - ослепил меня свет. На какое-то мгновение я вспомнил, как меня также нес Иваидзуми, но то быстро прошло. В доли секунд я отнес Бернину к диван-кровати. Затем я побежал за полотенцем, дабы его вытереть. Но…   «Секундочку! Э?! Эээ?!!»   Я застыл. Думаю, удивился бы любой, будь он на моем месте. Ибо в области груди приподнимались два небольших бугорочка, а там, где у парня должно быть, и в помине ничего не было. Причины не понимаю, но Бернина — девушка! Впервые в жизни видя обнаженную девушку, я не мог унять биение сердца. «Успокойся! Спокойно!» - твердил я себе. Но, собрав волю в кулак, я, как машинист, нажал на тормоза игравшим эмоциям. Сейчас приоритет — помощь! Наскоро вытерев мокрое тело Бернины, я переложил ее на выдвигавшуюся кровать и накрыл одеялом. Надеть на девушку нижнее белье или пижаму — было сверх моих сил! Я достал телефон. - Наверное, стоит с Коми посоветоваться? - и стал искать ее электронный адрес. - Наото… стой… - раздался слабый голос. Я стоял у кровати и смотрел сверху вниз. - Но в порядке ли ты? Я позвоню Коми, чтобы она врача привела. Бернина махнула рукой и бессильно закачала головой. - Прекрати… Я и вправду… в порядке… - Да какое тут «в порядке»? Она улыбнулась. Впрочем, цвет лица стал куда лучше. Душ тем временем автоматически отключился, таймер которого посчитал, что время вышло. - Я, похоже, просто устала… - Да не может так человек уста… «Ах, какой же я дурак! Ведь и до ужина, Бернина сказала, что устала. Надо было проявить внимательность!» - К тому же… - говорила Бернина, повернувшись к стене, - я случайно увидела новость… о моей стране… - А, ты об аварии… - Да… и когда я увидела, меня словно приступ анемии схватил. Будь ты простым гражданином или из королевской семьи, подобные вести о близких людях выбьют из равновесия кого угодно. - Но еще ничего не известно толком, не так ли? - Угу, так… Спасибо, Наото. - Что важнее, хорошо ли ты себя чувствуешь? Может врача лучше? Она натянула одеяло на лицо, которое от бескровно-бледного перелилось в ярко-красный цвет. - Ты… видел… да? В этой ситуации отрицать было бессмысленно. - А?.. Да… Прости… - Ничего, - покачала головой Бернина. - Сейчас ведь ничего не поделаешь. Но эта тайная информация, касающаяся только моей семьи. Я даже Харуке не говорила… - Вот почему ты не хочешь, чтобы я звал Коми и врача… - Именно так. - Я понимаю, что это случайно вышло, но не будет ли проблем? - Да все будет в порядке. Не беспокойся, Наото. Бернина аккуратно поднялась с кровати. Позади меня стояла блондинка, с небрежной прической, и мило улыбалась. - В-вот как. Х-хорошо. Когда я теперь знал, что Бернина — девушка, даже обращение по имени было волнительным. - Наото, некоторое время не оборачивайся. - Э?! Я что-то сделал?! - Мне, - краснея, говорила Бернина, - одеться… надо… - А, прости. Ведь верно! На ней же совсем ничего нет. Я повернулся к противоположной стене и занял осторожную позицию. Вскоре я услышал шорох скатывающегося одеяла и шаги к душевой. Затем слышал, как она одевалась. То же самое, было и в раздевалке Службы безопасности, но сейчас все ощущалось по-иному. Мне, конечно, было жаль получилось, но выглядело бы странно, если бы у меня, нормального парня-старшеклассника, не возникало интереса и волнения, зная, что позади переодевается самая настоящая принцесса. - Б-Бернина, можно повернуться? Обращаться по имени к девушке — тоже стало не по себе. - Да, можно. Я обернулся и увидел, как она выходила из душа. Смотря на нее, именно как на девушку, я посчитал ее чрезвычайно милой. - У меня есть одно желание… Неужто она скажет: «Можешь не рассчитывать на работу в компании»? Но Бернина говорила мягким и добрым голосом, по женскому. - Мог бы ты относиться ко мне, также, как и прежде, как к парню?.. - Конечно. Понимаю я. - Спасибо. Наото, все-таки ты хороший человек. - Не сказал бы… На меня смотрели большие глаза, в которых я кажется мог утонуть. «Ах, нет!» Стоит только подумать, что я в номере наедине с девушкой, сердце так и колотит. Похоже, что у паровоза в моей голове поломался тормозной рычаг. - Бернина, м-может к-кофе будешь? Хотя и баночное… Единственное, что пришло в голову. «Ну, типа такого», - подумал я. - Согласна, Наото, - сказала прежним мальчишеским тоном Бернина.