— О Роуз.
— ...
— Эй.
Чем больше она её звала, тем сильнее та забивалась в угол.
Похоже, дело не только в психологическом шоке.
Ощущаемые остатки проклятия были настолько отвратительными, что само существование человека по имени О Роуз словно размывалось и исчезало из поля зрения.
— До какой же степени ты в это вляпалась, идиотка.
— Всё настолько серьёзно?
— Настолько, что если бы я её оставила, она бы до завтра не дожила.
— ...Что?!
Тон был ровный, но содержание противоположное. Проигнорировав ошеломлённый взгляд Юн Ви Со, Чжио присела, согнув колени.
— ...Кх… кхыык.
Она пару секунд смотрела на стонущую О Роуз, а потом — щёлк! — звонко щёлкнула сведёнными пальцами.
[Специализация, высшее заклинание 5-го ранга (модифицированное) — «Каденция Звёзд»]
Пааах!
От столкнувшихся пальцев вспыхнул свет звёзд, стремительно разлившийся вокруг.
Совершенно не похоже на упрощённую версию, которую она пробовала в Башне Вавилон, в снежной стране Адмии.
Двенадцать созвездий зодиака. Их очертания ярко расцвели в воздухе вокруг Чжио и остальных.
Кьяу! Фэйри-дракончик, прятавшийся до этого из-за давящей ауры проклятия, высунул голову из-под капюшона. Его хозяин, Юн Ви Со, тоже вертел головой, не скрывая восхищения.
И когда благословение Водолея подошло к концу…
— А?..
Взгляд обрёл фокус.
С лицом человека, в которого вернулась блуждавшая душа, О Роуз медленно подняла голову.
— А! Госпожа Роуз! Вы пришли в себя?
— ...Где я… и что произошло.
— Слава богу, с вами всё в порядке! Госпожа Чжио вам помогла. Вы помните, что случилось?
«Помню...»
Плечо О Роуз, поднимающейся с помощью Юн Ви Со, дёрнулось. Веки задрожали, и она резко повернула голову.
И когда её взгляд встретился с взглядом Чжио, молча смотревшей на неё…
она рухнула.
Слёзы хлынули мгновенно, и О Роуз с глухим стуком осела на пол.
— Я… я!.. Кхык, я не знаю, что натворила! Уааа, я просто… просто немного пожадничала! Хнык… перед тем как отнести это в Магическую башню, я хотела всего лишь чуть-чуть посмотреть!..
Юн Ви Со с горечью смотрел на рыдающую скорчившуюся О Роуз.
Он знал это чувство.
Когда случайно натворишь дел и потом видишь перед собой Кён Чжио, слёзы льются сами собой, даже если не хочешь плакать.
Не от страха. И не от ужаса.
А от мысли, что всё наконец закончилось.
От надежды и облегчения — «наконец-то я смогу выбраться из этой боли».
— ...Чёрт. Ты-то чего там всхлипываешь, дохляк? Вы тут что, все сговорились?
— А-нет… просто кажется, я понимаю, что сейчас чувствует госпожа Роуз...
С ума сойти. Чжио прижала ладонь к ноющему виску.
— Ладно. Где вещь, О Чанми [1].
— Вон… хнык… вон там, в ящике у кровати...
На дрожащий жест Юн Ви Со поспешно вытер слёзы и бросился туда.
Др-р-рак! Ящик выдвинулся.
— Госпожа Роуз… вы не ошиблись? Здесь ничего нет...
— Что? Н-не может быть!..
— Это ищешь?
— !
Топ.
Звук шагов совсем неуместный для этой комнаты.
С глухим звуком он прислонился к дверному косяку.
Рука в перчатке демонстративно покачивала плоскую деревянную шкатулку — чак-чак.
— Господин Ви Со, тебе бы потренировать чувствительность. Как-никак ранкер 1-го канала, негоже не замечать, есть ли рядом посторонние или нет.
— Д-дирек…
— А вон та, между прочим, заметила сразу, как только вошла.
Чушь какая-то.
Даже на одном канале уровень совсем разный.
Разве 30-е место способно уловить присутствие «топ-десятки»? Юн Ви Со в панике выкрикнул:
— Директор Чон!
— Сегодня удачный день? Дважды за день встречаю столь уважаемое лицо.
С безупречно вежливым выражением лица Чон Гиль Гаон дружелюбно помахал рукой. Чжио криво упёрлась на одну ногу.
— Я всё гадала, когда эта крыса вылезет.
— Наш Король ничем не болен? В мире не может быть такой красивой крысы.
— ...Дя-дядя?!
?..
А? Послышалось?
Кто кому дядя?
От неожиданного обращения Чжио усомнилась в собственных ушах, но лицо О Роуз было куда более ошеломлённым, и она завопила:
— Почему дядя здесь?! Нет, не так! Почему это вообще у дяди?!
Шок, хаос — полный фестиваль безумия.
Чон Гиль Гаон, с высокой вероятностью приходящийся О Роуз дядей по матери, элегантно улыбнулся.
— Ну… потому что я украл?
Так состоялось появление вора с убийственными характеристиками, ранкера №4.
✧
— Кстати... вы ведь оба из семьи Сончжин, да? Я совсем забыла.
После того как суматоха с обращениями немного улеглась, в гостиной.
Юн Ви Со с понимающим видом переводил взгляд с одного на другую. Чжио тоже скрестила руки, равнодушно.
«А-а, вот как оно связано».
Она ещё гадала, как проклятие Марокко, сделав круг, докатилось аж до Чон Гиль Гаона.
Самая глубокая связь в Корее, кровное родство, оказалась именно здесь.
Младший сын председателя корпорации «Сончжин» — Чон Гиль Гаон.
И единственная дочь его старшей дочери Чон Мира — О Роуз.
То есть, иначе говоря, дядя и племянница.
— Забавно. Выглядите почти ровесниками… ой, простите! Но всё-таки, если поставить вас рядом, вы и правда немного похожи.
— Да? Полукровка, но генетика председателя даёт о себе знать. Гены председателя потрясающие.
— Дядя!
Рука Юн Ви Со с чашкой задрожала.
«Я… я сейчас случайно услышал тайну рождения чебольской семьи, которую слышать не должен был...»
Но, несмотря на возглас О Роуз, Чон Гиль Гаон пил кофе с видом человека, которого интересует лишь вкус напитка.
Откинувшись на диване, он неторопливо сделал глоток. Поза такая, что хоть сейчас в рекламу бренда.
— Дядя, ты правда так собираешься себя вести?
— Мы не в эпоху Чосон. Что такого во внебрачном ребёнке? Шумят только родственники. Те, кому надо, и так всё знают, племянница. Бесполезно ненавидеть.
— Кто дядю ненавидит? Не то, я!..
Взгляд Чон Гиль Гаона, скользивший по краю чашки, метнулся к О Роуз.
В отличие от сводной сестры, которая при одном его виде морщилась, племянница его не ненавидела, это он знал. Более того, она чувствовала вину.
«Поэтому я и помог».
Но сложные родственные драмы дяди и племянницы мало кого волновали. Для кого-то это была просто скучная семейная грызня.
Король с терпением размером с ноготь и уже потерявший его, лениво потряс ногой.
— Вы что тут устроили? Мне эта драма неинтересна. Идите куда-нибудь и выясняйте отношения, а тут объяснение по делу. Сончжин? Кто интересуется делами под юбкой старого председателя, которого в лицо не знает.
— Г-госпожа Чжио... председатель Сончжин — это Чон Менчжэ.
— ?.. И что с того, дохляк Юн? Король Чжио обязана знать имена всех владельцев районных супермаркетов?
— Он… он вам торговый центр построил, и вы ещё вместе фото в инстаграм выкладывали…
— Ч-что?! Менчжэ? Тот самый Менчжэ, почётный председатель нашего фан-клуба, — это тот самый председатель Сончжин?!
— Да... ему уже под семьдесят, но это он...
Тр-р-р — дзынь!
Молниеносно всё прикинув, Чжио снова приняла важный вид и закинула руки на подлокотник дивана.
— Живите дружно. Этот Менчжэ — неплохой парень. Пусть живёт подольше.
— ...
— Я не потому, что переживаю, кто будет платить за электричество в моём торговом центре. Просто не чужой. Непочтительность — грех.
«Да именно из-за электричества ты и переживаешь...»
Тому старику бы уже притормозить, а он с возрастом совсем разошёлся.
От накатившего стыда Чон Гиль Гаон закрыл лицо рукой. О Роуз — тоже. Дедушка, ну серьёзно...
Как бы там ни было, суровая отповедь Короля, полностью довольного своим памятником посреди мегаполиса, завершилась.
Едва оправившись от смущения, Чон Гиль Гаон вздохнул и провёл рукой по тёмно-каштановым волосам.
Кожаные перчатки совершенно не по летней погоде. Именно в этот момент О Роуз наконец заметила эту неуместность.
— Рука… дядя, что с твоей рукой? Дай посмотреть!
Она резко дёрнула его за руку, рукав пиджака задрался, обнажив кожу.
Этого было достаточно, чтобы удар пришёлся в самое сердце.
— Д-дядя!..
— Директор...
Опустилась тишина.
Рука до запястья, словно изъеденная чем-то, с почерневшей, гниющей плотью.
Если снаружи всё так плохо, что творится под перчаткой и так ясно. Причём процесс шёл прямо сейчас.
— Ц-ц-ц. Ты силой перенёс проклятие на себя. Поглотил его. И вместе с ним взял на себя весь накопленный там грех.
От равнодушного диагноза Чжио О Роуз застонала, почти вскрикнув. Кён Чжио коротко цокнула языком.
Предсказуемо. До смешного.
— Наверняка думал, что выдержишь. Даже не разобравшись толком с масштабом противника.
«...Верно».
Он проигнорировал предупреждение интуиции и допустил ошибку в суждении. Непростительную и нехарактерную для него.
Чон Гиль Гаон криво усмехнулся.
Примечание:
1. Чанми с корейского — роза, роуз с английского — роза.
Обновлено: 18.02.2026